И в нем ни капли осуждения и презрения. Только интерес, такой… профессиональный.

Я тем временем начинаю заплетать из ее роскошных волос тоненькие косички, которые затем собираю в красивый узел. Такую прическу я научилась делать на парикмахерских курсах. Когда-то я надеялась придать аккуратный вид своей непослушной гриве: старательно плела косички и делала завитки.

Свои волосы в итоге оставила в покое, но всем подругам с тех пор делала праздничные укладки и прически. Вот и здесь, в этом мире, пригодилось мое умение. Хорошо хоть, сестрицам не проболталась, что умею с волосами обращаться, — иначе они совсем бы заездили меня.

Украшаю узел на голове Лори шпильками с цветными бусинами и сверху прикрепляю заколку в виде птички. Отступаю посмотреть, что получилось — а красиво вышло, сама не ожидала.

Лори тоже смотрит на себя в зеркало, поворачивая голову из стороны в сторону. Потом достает круглое зеркало на ручке, рассматривает с его помощью прическу сзади.

Поворачивается ко мне и с круглыми глазами шепчет:

— Анна, ты даже мою маму превзошла! Красота, просто слов нет!

— А почему шепотом? — спрашиваю, почему-то тоже понизив голос.

— Ой, это я по привычке! Если при моей маме похвалить прическу, которую сделала не она, — обиды не оберешься, — объясняет Лори и начинает смеяться.

Я хохочу вслед за ней, чувствуя, как настроение подпрыгивает выше крыши — похоже, мне с соседкой очень и очень повезло! Ну хоть что-то приятное в этой ломаной сказке!

Это Лори, соседка нашей неправильной Золушки)

Глава 23

До обеда остается минут десять, когда в дверь стучат. Не бойко и официально, а так, будто стучит тот, кто боится потревожить. Я подхожу, открываю — и правда: у порога стоит девочка лет шестнадцати, вся такая застенчивая, в униформе дворцовой служанки.

— Простите… леди, вас приглашают в трапезную, — говорит она с придыханием, как будто произнесла магическое заклинание. — Обед подаётся в малой столовой, вас сопроводят.

Девочка пятится и исчезает, а я поворачиваюсь к Лори:

— Ну что, пошли очаровывать королевские тарелки?

Лори хихикает, поднимается, и мы направляемся в коридор, где нас уже дожидается очень важный слуга в серебристо-синей ливрее. Перед дверью в малую столовую уже толпится добрых три десятка девушек: шелестят юбками, поигрывают локонами, неловко переминаются с ноги на ногу. Кто-то придирчиво осматривает свой наряд, кто-то оценивает чужой. И всё это — под поверхностным слоем вежливости.

Я стараюсь не смотреть на их платья, потому что моё всё так же выглядит, будто его шили из старой занавески. Но зато у меня теперь союзник — соседка с чудесным характером и открытой душой. А это уже немало.

Нас ведут в длинный зал, похожий на миниатюрную версию королевской столовой: высокие окна, тяжелые шторы, столы на двенадцать персон, серебро и фарфор. Даже страшно становится — вдруг что-то зацеплю или уроню. Мы с Лори садимся рядом за самый последний стол. Я успеваю заметить, что сестрицы успели оккупировать самые видные места по центру.

Когда все расселись, в зал входит госпожа Левента — та самая грозная распорядительница, у которой даже тень, кажется, ходит по линейке. Голову держит прямо, высокомерным взглядом обводит зал, и сразу становится как-то… тише.

Она не повышает голоса, но всем хорошо слышно каждое слово:

— Леди, поздравляю! Вам невероятно повезло оказаться на отборе для Его Высочества принца Артура. Вас ждут несколько недель испытаний. Кто дойдёт до финала — будет решать принц, но вы можете повлиять на его решение. Ваш ум, характер, выдержка и способность вести себя достойно будут оцениваться ежедневно. И, возможно, даже более пристально, чем ваше участие в конкурсах.

Распорядительница делает паузу. В зале по-прежнему тихо, слышно, как муха бьётся в стекло со стороны улицы.

— Первый конкурс начнётся завтра. Его суть вы узнаете утром. Подсказок не будет. Совсем! Так что рекомендую провести вечер с пользой, а не в пустой болтовне.

Ещё одна пауза. Я краем глаза замечаю, как Люси замирает с вилкой на полпути к рту. Впрочем, в такой позе сидит большая часть девушек. Остальные, у кого нервы покрепче, — и я этим искренне восхищаюсь, — продолжают обедать, словно распорядительница достойна внимания не больше, чем та муха за окном.

— За нарушения дисциплины — покидаете отбор. За неподобающее поведение — то же самое. За попытку очаровать персонал или вмешаться в дела других участниц — на выход. На этом всё. Остальная информация будет завтра.

Распорядительница замолкает и кивает — и это, видимо, означает, что можно продолжить обед. Девушки вздыхают, кто-то шепчет «мамочки», а я смотрю на Лори. Она тоже в лёгком напряжении, но улыбается.

— Что бы это ни было, — шепчет она, — мы справимся. Главное — не носиться, как куры на огороде.

Я только улыбаюсь фразе своей новой знакомой и принимаюсь за обед.

Меню, кстати, просто сказка — никакой похлебки на воде, как дома. Тут тебе и тушёная утка с ягодным соусом, и хлеб свежий, и даже морковка — не просто морковка, а тонкими спиралями, уложенная веером. На десерт подают крем с орехами и вишнями, от которого у меня едва не началась эйфория. Так вкусно, что я с трудом удержалась от сладострастных гастрономических стонов.

Вдруг вспоминаю, как мачеха велела мне сидеть тихо, не привлекать внимания. Забавно: именно этой своей «серостью» я, похоже, и выделяюсь. В мире, где все блестят и сверкают, моё простое платье привлекает внимание намного больше, чем бриллианты размером с перепелиное яйцо в ушах у соседки слева.

Вздыхаю и, доедая обед, размышляю: когда же появится Грег? И чем бы мне его хорошенько отметелить за подставу с балом, но так, чтобы не повредить важные для жизни органы?

После обеда мы с Лори решаем пройтись по парку. Смысл сидеть в комнате? А так хоть погуляем, подышим свежим воздухом.

Но стоит нам только выйти и пройтись до ближайшей беседки, как к нам навстречу выходит принц Артур. Сюрприз-сюрприз!

Глава 24

— Анна! Как я рад видеть вас! — глаза у принца сияют, на губах улыбка. Вообще, он такой милый и симпатичный!

Лори рядом со мной сдавленно ахает и тут же приседает в элегантном реверансе:

— Ваше Высочество…

Вспомнив про манеры, вслед за ней тоже опускаюсь в… Ну, назовем это поклоном, хотя больше похоже, что кто-то сзади