Распорядительница замолкает, а в шеренге участниц начинается оживлённое шушуканье.

— Мы играли в такую игру в детстве, — шепчет мне Лори. — Это несложно. Главное, до старта мысленно построить свой маршрут. Затем выпрямиться и зафиксировать плечо с колокольчиком. Идти медленно, плавно перенося вес с ноги на ногу. Если сомневаешься, куда наступить, то делай паузы.

— А юбку можно подоткнуть, чтобы она не волочилась по полу? — шепчу в ответ, оглядев наши подолы до пят. Такими хочешь-не хочешь, а пол подметешь и помоешь заодно.

Лори озадаченно хлопает глазами. Потом неуверенно отвечает:

— Я о таком никогда не думала. Но если это не запрещено…

— То разрешено, — заканчиваю за неё.

Через минуту мы уже стоим на своих позициях. В руке у каждой колокольчик. На противоположном конце зала установлены таблички с именами участниц — контрольные точки, куда нам нужно добраться. Ну прямо спортивное ориентирование на короткой дистанции!

Судейская комиссия в составе короля-регента, принца Артура, госпожи Левенты и ещё трёх мужчин и одной женщины рассаживается в кресла на возвышении. Звучит команда приготовиться, и наш девичий зоопарк приступает к конкурсу.

Глава 27

Первыми срываются с места самые нетерпеливые. Девушки вытягивают руки с колокольчиками, делают шаг и… "Дзынь! Дзынь-дзынь!"По залу разносится звон, словно на Пасху.

Кто-то сразу получает штрафное очко. Кто-то аж два. Одна особо торопливая барышня умудряется за три шага собрать пять штрафов: три раза позвонила, один раз в лужу наступила и ещё край юбки в песок окунула.

— Леди Марианна выбывает, — вскоре объявляет госпожа Левента.

Девушка в розовом платье всхлипывает и выходит из зала. Первая жертва есть.

Я стою на своей позиции и неспешно оцениваю обстановку. Лужи, песок, листья. Маршрут надо выбирать аккуратно, змейкой. И главное — не торопиться.

Перегшлядываемся с Лори и я начинаю аккуратно подбирать подол своей серой юбки. Подтыкаю его за пояс, получается что-то вроде шаровар. Не очень изящно, зато практично и ткань не волочится по полу.

Рядом Лори тоже подбирает юбку. Несколько девушек с удивлением смотрят на меня, потом на мою подругу, а потом начинают повторять. Ну что же, идея пошла в массы.

Кики и Люси пока стоят на месте. Уставились на меня злобными взглядами. Я им мило улыбаюсь и делаю первый шаг.

Медленно. Плавно. Рука вытянута, колокольчик замер. Переношу вес на правую ногу. Левую поднимаю, ставлю мимо лужи и держу равновесие. Тишина.

Ещё шаг. И ещё. Дышу ровно, смотрю вперёд. Не на колокольчик — на него смотреть нельзя, сразу начнёшь дёргаться. Смотрю на табличку со своим именем вдалеке — вот наша цель, к ней и стремимся!

И вдруг чувствую чей-то взгляд. Тяжёлый, пристальный.

Краем глаза скашиваюсь в сторону судейского возвышения. Александр сидит в кресле, подавшись чуть вперёд, локоть на подлокотнике, подбородок на кулаке. И смотрит. На меня. Точнее… на мои ноги, которые сейчас открыты почти до колен из-за подвёрнутой юбки. Полосатые, к счастью, чистые и не сильно штопанные чулки у всех на виду.

Жар вспыхивает на щеках. Чёрт! Я же не в корсете, не в кружевных панталонах с рюшечками, как положено приличным леди. Не в ажурных чулочках и туфельках на высоком каблуке, как некоторые конкурсантки.

Хочется одёрнуть юбку обратно, прикрыться, спрятаться. Но колокольчик в руке: идёт конкурс, и уже поздно дёргаться.

Делаю следующий шаг. Стараюсь не думать о взгляде. Не получается. Кожа на ногах будто покрывается мурашками. Ощущение, что он не просто смотрит — изучает. Медленно, внимательно, с каким-то… Интересом?

Обхожу кучу листьев слева. Взгляд не отпускает. Я чувствую его затылком, спиной, ногами. Всем телом чувствую.

Впереди лужа. Останавливаюсь, делаю паузу, как учила Лори. И не выдерживаю — поднимаю глаза на возвышение. Наши взгляды встречаются.

Чёрт возьми, в его синих глазах что-то такое… Насмешка? Любопытство? Или… Он чуть усмехается одним уголком губ. Еле заметно, но я вижу, и это почему-то ужасно злит.

Сужаю глаза. Смотрю в ответ. Ну да, ноги голые… почти. Ну да, юбка задрана. И что? Зато я не споткнусь, не соберу на себя весь мусор с пола и дойду до финиша. В отличие от этих кукол в кружевных панталончиках.

Александр поднимает бровь. Усмешка становится шире. Вызов принят, что ли?

Отрываю от него взгляд. Делаю широкий шаг через лужу. Чисто! Переношу вес. Ещё шаг.

Мужской взгляд снова на мне, я его чувствую. По спине пробегает дрожь — только не понимаю, от смущения или от чего-то другого.

«Дзынь» — раздаётся справа. Одна из участниц вскрикивает — штрафное очко. И туту же объявление:

— Леди Варсавия покидает отбор!

Не отвлекаюсь, иду дальше. Но мысли не о маршруте, не о колокольчике. Мысли о том, что король-регент смотрит на мои ноги и чему-то улыбается. И почему мне это нравится? Нет. Не нравится. Не должно нравиться.

Впереди куча песка. Сосредотачиваюсь. Делаю широкий шаг. Чисто. Ещё один.

За спиной слышу голос Кики:

— Что она там сделала? С юбкой?

— Подоткнула, — отвечает Люси.

— А можно так?

— Не знаю… Но если она может, то и мы можем!

Ха, копируют меня. Ну и пусть. Слышу, как они тоже начинают подтыкать юбки. Шуршание ткани, недовольное бурчание. Потом их шаги.

И тут понимаю — Александр перестал смотреть на меня. Бросаю быстрый взгляд на возвышение. Он откинулся на спинку кресла, смотрит теперь куда-то в сторону, на других участниц. Лицо снова непроницаемое, скучающее.

Почему-то становится обидно. Идиотка, чему обижаться-то? Наоборот, хорошо, что отвернулся, меньше отвлекает.

Продолжаю путь. Ещё одна лужа, ещё куча листьев. Останавливаюсь, замираю, чтобы передохнуть. Рука начинает неметь, но держу ровно.

«Дзынь-дзынь-дзынь!» — слева раздаётся целая трель — кто-то споткнулся.

— Леди Элизабет, мы с вами прощаемся, — объявляет госпожа Левента.

Иду дальше. Медленно, методично. Впереди вижу Лори — она уже почти у финиша. Молодец. Спокойная, сосредоточенная, идёт как по ниточке.

А я пока на середине пути. Оглядываюсь — Кики и Люси тоже движутся. Медленно и копируют каждое моё движение. Ну и ладно, пусть хоть чему-то полезному научатся.

Продолжаю путь. Рука уже гудит, плечо ноет. Колокольчик такой лёгкий, а кажется, что держу гирю. Но сдаваться нельзя, впереди финишная табличка. Всего метров пять осталось.

И снова этот взгляд.

Возвращается, ощутимый, как прикосновение. Теперь уже не на ногах задерживается — выше. На талии. На спине. На шее. Проходит по позвоночнику, оставляя