- Верно. Есть какие-то проблемы? – надменный взгляд окатил холодом.

- Могу я узнать, с какой целью вы прибыли в Аграл? – не отступил Соним.

- Мне не обязательно отчитываться перед стражниками о мотивах своих поступков, однако, отвечу. Хочу познакомиться со страной, в которой я родился, - собеседник отвечал сухо, почти с безразличием, отчего пропадало желание задавать дальнейшие вопросы.

- Ваша Родина Аграл? – удивился командир. – Как случилось, что вы проживали в Симле?

- Во младенчестве меня отдали в рабство в счет дани. Сейчас срок закончился, - в полнейшей тишине дал исчерпывающий ответ Стоик. – Я удовлетворил ваше любопытство? - Он развернулся и собирался уйти.

- Постойте! У меня есть к вам несколько вопросов, - остановил его Соним.

- Командир, не надо настаивать, - проникнувшись судьбой молодого человека, попыталась остановить расспросы.

Господин Стоик неторопливо поднялся наверх, где по всей видимости снимал комнату.

- Николь, ты можешь идти, - улыбнулась мальчишке, внимательно прислушивающемуся к разговору взрослых. Обычно на детей мало обращают внимания, зато они стараются не пропустить ни слова.

- Почему он отказывается отвечать на вопросы? – недовольно выдохнул Соним.

- Вы выросли в Иратоне и не понимаете тяжесть судьбы жителя Аграла, которого либо самого, либо его родственников отдают в счет дани. Срок рабства одинаков для всех. Ни разу не слышала, чтобы кто-то доживал до конца. Детей редко забирают, они часто не выживают в пути, либо умирают от тяжелого труда. Взрослые мужчины не выдерживают, а что говорить о малышах? Женщины попадают либо в дома утешительниц, либо, если повезет, становятся наложницей без прав, - замолчала, представляя через что пришлось пройти господину Стоику. – Думаете ему не больно видеть подозрение во взгляде жителей Аграла?

- Тогда зачем вернулся? Его срок закончен, может устроиться в любом месте, - покачал головой Соним.

- Неужели не понимаете? В Симле господин Стоик был совсем один. То, что он дожил до своих лет, уже чудо! О его скитаниях и страданиях страшно подумать. Ни одной родной души рядом не было, только хозяева, которые не считали его за человека. Легко ли ему пришлось? Думаю, господин Стоик вернулся в Аграл, чтобы найти привязанность. Возможно, живы его родные, мысленно похоронившие его. Всем людям требуется любовь и забота. Особенно она необходима тем, кто идет по жизни в одиночестве.

- Ты говоришь о себе? – задал вопрос в лоб командир.

- Оставшись сиротой, остро почувствовала нехватку любви и поддержки. Я хотя бы живу в своей стране, а ему пришлось гораздо хуже, - с сочувствием смотрела на лестницу, по которой поднялся Стоик.

- Как ты справлялась? – заинтересовался Соним.

- Поначалу меня приютила соседка, - пожала плечами. – Лишние руки в работе пригодятся. Когда подросла, она хотела продать меня в наложницы провинциальному чиновнику.

- В наложницы? Сколько лет тебе было? – казалось, мои слова шокировали его.

- Четырнадцать, - вздохнула. – Попыталась сбежать, но меня закрыли в сарае. Задаток тетка уже получила. Я удрала во время пути, когда везли в дом чиновника. Наверняка, он не простил потери и наказал тетку, но я не стала интересоваться ее судьбой. В столице перебивалась случайными заработками, пока меня не попросили выследить кое-кого. У меня получилось. Вора поймали, наказали, и я придумала заняться частным сыском. Нравится призывать к ответу негодяев.

– Занимаясь частным сыском невозможно выполнять работу в одиночку. Кто поставлял тебе сведения?

- Так я и рассказала! Коммерческая тайна, - назидательно подняла указательный палец.

- Мы на службе у короля. Не забыла? Надежные связи пригодятся в расследовании убийства, - пояснил он. – Могут твои осведомители узнать, кто из воров способен пойти на крайний шаг?

- Знаете, - задумалась после его слов. – Воры, особенно карманники, надеются на ловкость рук. Никто не связывается с убийством. За воровство ожидает суровое наказание, но если отняли жизнь, то смертная казнь гарантирована.

- Значит, ли это, что появились воры, не гнушающиеся душегубством?

- Я спрошу, - согласилась с ним. – Бедняки ради денег способны на многое … Надо узнать!

- Меня озадачивают слова одной из свидетельниц. Обратила внимание на ее замечание, что о доме милордов Маджин лучше ничего не говорить, иначе беду накликаешь? Что бы это значило? – допив свой напиток, спросил командир.

- В общей суматохе много говорили, но сейчас вспомнила. В ее словах прозвучало не просто предупреждение, а искренняя тревога, - немного подумав, согласилась с ним.

- Тело погибшей передали в дом. Пока у нас нет повода к ним приходить. Необходимо продвинуться в расследовании, чтобы появилась возможность пообщаться с хозяевами, - принял решение Соним. – Иди к осведомителям и расспрашивай!

- Есть, командир! – живо вскочила на ноги и помчалась в таверну, где когда-то промышляла частным сыском.

Хозяин встретил меня с доброй улыбкой. Клиенты, получившие результаты от моей работы, становились завсегдатаями заведения, что особенно радовало.

- Дайон! – воскликнул мужчина, затем поправился. – Стражница Вистам! Три года прошло, а я никак не привыкну называть тебя правильно.

- Дядюшка Пай, для вас я навсегда останусь Дайон, - успокоила его, потом понизила голос и попросила. - Я по делу. Позови моих ребят.

- Сделаю, - мне достался серьезный взгляд. – Присаживайся и перекуси чего-нибудь. Я угощаю! – последним замечанием он пресек попытку сопротивления.

Кто в здравом уме откажется от угощения?

Помощники появились, когда доедала сытную похлебку на мясном бульоне. Три подростка за последнее время сильно вытянулись. Турин, как и я, вырос на улице. Сорс – сын мелкого торговца, порой продающего краденное. Собственно, поэтому я познакомилась с мальчишкой, разыскав дорогой сердцу клиентки гребень на лотке его отца. Чорин – сын обедневшего аристократа. Как троица подружилась они и сами не помнят. Их свели обстоятельства, а позже они стали верными товарищами. Подружившись с Сорсом, я получила проворных осведомителей. Они не только шлялись по улицам в поисках заработка, но