В дом некромантки я всё же попал почти силой — ну, как силой… вежливо, но настойчиво. Она, конечно, пыталась отговориться, мол, «сейчас не время, дом в беспорядке», но я лишь склонил голову и улыбнулся так, как улыбаются те, кто всё равно войдёт. И вошёл.

Внутри оказалось… неожиданно обыденно. Ни тебе клубов фиолетового тумана, ни полок, уставленных черепами с подсветкой (хотя, головы неизвестных мне животных всё же имелись), ни котла, в котором булькает что-то зловещее. Комната встречала запахом сушёных трав, теплом от камина и столом, заваленным бутыльками, книгами и свёртками.

Некромантка шла впереди, но двигалась так, будто и сама тут была гостьей — взгляд её время от времени скользил по углам, как будто она проверяла, всё ли на своих местах. Несколько раз девушка машинально поправляла предметы, не глядя на меня, словно боялась, что я уловлю… что именно? Лишнюю вещь? Или отсутствие какой-то важной детали?

Я сделал пару ленивых шагов, осматриваясь так, чтобы она понимала — я в поиске.

— Ищете что-то конкретное? — спросила хозяйка этого скромного жилища, скрестив руки и опершись о косяк, но плечи её были напряжены, а пальцы то и дело сжимали ткань рукавов.

— Если скажу, что ищу улики, вы ведь всё равно скажете, что их тут нет? — уточнил, приподняв одну бровь.

— Угадали, — сухо ответила девушка, но губы её дрогнули, выдавая лёгкое раздражение и… кажется, нервозность.

Я обвёл взглядом полки, заглянул в угол, где на крючке висел её плащ, задержался возле окна, словно проверяя, нет ли там спрятанного магического круга. Ничего. Ну, или она умеет прятать следы так, что даже я не замечу.

Шумно выдохнув, отступил на шаг и развернулся к своей собеседнице:

— Ладно, оставим экскурсию. Давайте к делу.

— Какому ещё делу? — прищурилась некромантка, но я уловил в её тоне не только любопытство, но и тень осторожности.

— Разберёмся с твоим поклонником из мира костей, — кивнул я в сторону двора, где, судя по звукам, скелет до сих пор вяло перебирал ногами. — Вызовем его дух и проверим, правду ли он говорит.

Девушка моргнула, как будто не ожидала, что я предложу столь прямолинейный подход.

— Думаете, он соврал?

— Считаю, что нам стоит в этом убедиться, — пожал плечами. — А ещё вам нужно будет найти его могилу.

— Могилу? — переспросила зеленоглазая фурия, и в голосе её впервые за всё время проскользнула явная неуверенность.

— Да. Если он действительно не слушается некроманта и не засыпает, как положено, значит, кто-то мог «помочь» ему проснуться. Мы проверим, не подложил ли кто-нибудь что-то запрещённое.

Она на секунду задумалась, а затем медленно кивнула.

— Ладно. Но предупреждаю: если это ловушка и вы просто ищете повод, чтобы потом обвинить меня…

— Тогда тебе придётся очень постараться, чтобы я поверил в твою невиновность, — перебил, не убирая ухмылку.

Глаза моей собеседницы сверкнули, но вместо ответа она лишь развернулась и направилась к двери. При этом я заметил, что перед тем, как переступить порог, она оглянулась на комнату — так, будто не была до конца уверена, что оставляет всё в нужном виде.

Я пошёл следом, чувствуя, как у меня внутри медленно загорается азарт — тот самый, когда расследование начинает обрастать настоящим интересом.

Глава 8. Разбудить покойничка? Дубль два

Мирослава

Вот же нахал! Вломился ко мне ни свет ни заря, командует и распоряжается, будто он тут хозяин. А если этот незнакомец вообще самозванец? Я ведь ни одного документа его не видела — только слова и самоуверенный тон. Может, никакой он не инквизитор, а обычный проходимец, придумавший красивую легенду, чтобы меня запугать. Но стоило открыть рот, как язык прилип к нёбу — я лишь крепче выпрямилась, изо всех сил стараясь выглядеть спокойной (Хотя кто его знает, насколько у меня это вышло).

Мужчина говорил о вызове души умершего так буднично, словно просил вскипятить чайник. Вот только я понятия не имела, как этим заниматься. Я вообще до конца не понимала, как некроманты должны работать с душами. На первый взгляд, конечно, можно было сделать вид, что я уверена в себе, но внутри у меня шевелилось тревожное: а вдруг он в два счёта заметит, что я не настоящая?

Я прищурилась, вглядываясь в лицо своего незваного гостя, и он тут же приподнял бровь, в немом вопросе, да ещё с такой ухмылкой, будто прекрасно знал, что я что-то недоговариваю.

— Что-то не так? — лениво поинтересовался, и в его голосе сквозила насмешка.

— Нет, всё в порядке, — быстро ответила я, покачав головой и поспешно отведя взгляд.

— Блокнот! — вдруг осенило меня.

Зачем изобретать велосипед, если под рукой есть записи прежней хозяйки этого странного наследства? Я торопливо потянулась к сумке, вытянула потрёпанную книжицу и раскрыла её, делая вид, что всё под контролем. Страницы чуть похрустывали, а пальцы скользили по исписанным мелким почерком строкам. Я листала их с видом профессионала, будто это абсолютно естественный процесс, но внутри отчаянно надеялась: ну пожалуйста, хоть какая-то инструкция, хоть парочка чётких слов!

Я чувствовала на себе его взгляд, тяжёлый и внимательный, словно этот незнакомец видел каждую мою нервную морщинку. Сердце ухало в груди так громко, что я удивлялась, как он его ещё не слышит.

Я листала страницы всё быстрее, пока, наконец, взгляд не зацепился за что-то похожее на заклинание. Заголовок гласил: «Призыв заблудшей души. Методика предварительная». Сердце радостно ёкнуло, но уже на втором предложении радость испарилась: буквы складывались в какие-то полузакодированные заметки, то ли сокращения, то ли личные пометки прежней хозяйки.

«Пепел для проводника — в огонь (лучше древесный, но можно и зольник, если под рукой). Душу держать мягко, как хрупкий сосуд. Важно! Не задавать прямых вопросов о дате смерти (запутается и сорвётся обратно).»

Я нахмурилась. «Держать мягко» — это как, простите? В руках? На плечах? А что, если я вообще зацеплю не ту душу и ко мне вместо покойного явится соседский кот, почивший полвека назад?

Глотнув воздух, я сделала вид, что всё прекрасно понимаю. Пальцем