— Моему совету? — он слегка приподнял бровь. Ох, да вы еще и так умеете? Мне кажется, или капитан Эрден просто ходячая харизма с этим выражением лица?

— Вчера вы упомянули о необходимости оформить опекунство над детьми, — напомнила я и себе, и ему. — Сегодня утром я посетила управление по делам семьи именно с этой целью.

— А, — он кивнул, жестом предлагая мне сесть. — Похвальная оперативность. И каков результат?

Я опустилась на стул, аккуратно расправляя юбку:

— Мне отказали в постоянном опекунстве без согласия мужа, — сказала я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Но предложили вариант временного — при наличии рекомендации от официального лица.

Я прицельно стрельнула в него взглядом. Капитан слушал внимательно, не торопил. И тогда я подытожила:

— Например, от вас.

--------------------------------------------

Дорогие мои, пока Неста стреляет глазками в капитана, я хочу познакомить вас с еще одной историей нашего моба от Виктории Веры - "Третья тайна бедной Оливии"

https:// /shrt/kTvk

8.2

Капитан Эрден помолчал, изучая меня своим магнетическим профессиональным взглядом военного. Да с таким только допросы вести. Преступники, небось, сами тут же попросятся все тайны раскрыть. И свои, и чужие.

Я и сама почувствовала себя как на экзамене — будто он мог видеть прямо сквозь мою оболочку, самую мою суть. Вот как поймет сейчас все обо мне, вызовет инквизиторов, чтобы освободила чужое тело и дело с концом.

От этого стало даже чуточку не по себе.

— Госпожа Хаффер...

— Неста, пожалуйста, — поправила я его, не позволяя себе хоть немного смутиться под этим взором. — Я предпочитаю, чтобы меня так называли.

— Хорошо, Неста, — он произнес мое имя медленно, словно распробовать пытался. — Я должен быть с вами откровенен. Я знаю о ситуации в вашей семье.

Я напряглась. Что именно ему известно?

— Ваш муж — не самый уважаемый человек в Бленхейме, — продолжил капитан, тщательно подбирая слова. — А вы... простите за прямоту, — он вздохнул, опуская взгляд, — но до недавнего времени вас считали... нестабильной.

— До недавнего времени? — я подняла бровь, ничуть не обидевшись.

— До вчерашнего дня, если точнее. — Он снова посмотрел на меня и в глазах его в этот момент мелькнула странная искорка. То ли угрожающая, то ли еще какая. — Когда вы появились на рынке с детьми, ведя себя совершенно иначе, чем обычно.

— И это повод для отказа? — я сложила руки на коленях, выпрямилась, откровенно бросая ему вызов. Тон — по деловому строгий. Взгляд прямой.

— Напротив, — он вдруг улыбнулся. И я едва удержала свою позу. Вот ведь манипулятор! — Это повод задуматься, что происходит.

Ну ничего, в эту игру можно играть вдвоем.

— А что, по-вашему, происходит, — я чуть повела головой, чтобы откинуть с лица прядку, облизнула губы и мягко добавила, — капитан?

— Я не знаю, — он покачал головой, внимательно изучая мое лицо. — Но за последние пять лет службы я научился доверять своим инстинктам. И они подсказывают мне, что с вами что-то случилось. Что-то... необычное.

— Возможно, я просто выздоровела, — предположила я, старательно избегая прямой лжи. Пожала плечом, придавая себе нарочито мягкий вид в этой фразе. — Прежде мне нездоровилось, я проходила долгий курс лечения. И вот, от завершен.

— Возможно, — он кивнул, но было видно, что не верит такому простому объяснению. — Но не кажется ли вам странным просить рекомендацию для опеки над детьми, которых вы до вчерашнего дня почти игнорировали? Ни один из них не ходит в школу, гувернантки в вашем доме тоже не задерживаются, насколько мне известно. А вас с ними вовсе не видели ни единого раза.

Это был прямой удар, голая правда. И капитан Эрден точно знал, что мне нечего будет ему возразить. Но я была бы не я, если бы так просто уступила.

— Все заслуживают второго шанса, капитан, — я добавила в тон настойчивых ноток, но при этом заговорила на пол тона ниже. — Даже я. Особенно когда речь идет о детях, которым сейчас нужен кто-то, кто позаботится о них.

Капитан вернулся к столу и опустился в свое кресло. Подхватил бумаги, что лежали на столе и сложил их в аккуратную стопку, постучал краем об стол, собирая ровнее.

— Что ж, возможно, — он явно сомневался. — Но позвольте спросить: что изменилось? Почему вдруг такая забота?

А вот к этому вопросу я была готова. Еще пока шла прокрутила в голове доводы, которые могут в их реалиях показаться наиболее… адекватными.

— Потому что я поняла, что жизнь слишком коротка для... — я запнулась, подбирая слова, — для самообмана. Для отчуждения. Для сожалений. Иногда требуется... резкая перемена, чтобы увидеть то, что должен был замечать всегда. Эти дети, я… мой муж уехал, вы ведь знаете?

Эрден кивнул, свел брови к переносице. Недовольно. Осуждал Дирка или в принципе не хотел слушать мои жалобы?

— Мы остались одни в том большом доме. И я поняла — довольно. Довольно с меня и с этих детей мучений. Я должна взять все в свои руки. И как только я подумала об этом, то поняла, что у меня есть на это силы. И вот я здесь. Готовая менять свою жизнь. И жизни этих детей. Иначе зачем я попала в тот дом..? И вот я здесь, капитан. Теперь решение за вами. Позволите ли вы мне встать на этот путь. Или погубите благие побеги еще в самом начале их роста.

Ох, как завернула! Сама собой восхитилась! Какая проникновенная вдохновенная речь вышла! Я бы даже всплакнула, если бы увидела это в каком-нибудь фильме. Вполне в духе любимых мною мелодрам.

8.3

Капитан долго смотрел на меня, словно пытаясь разгадать головоломку. Затем он все же медленно кивнул, достал лист бумаги и… начал что-то писать!

— Я дам вам рекомендацию, Неста, — сказал он, не поднимая головы. Я едва расплылась на этом же стуле от облегчения. — Но с одним условием.

— Каким же?

— Я хочу лично убедиться, что с детьми все хорошо, — он поднял взгляд и снова посмотрел так, словно пронзает насквозь. — Если вы не возражаете, я навещу вас и вашу семью