Эл подал мне дискету с надписью «Логово дракона» и с некоторым недоверием посмотрел, как я запихиваю ее в корпус от телевизора.

Короткая загрузка. На экране появилась довольно-таки грубо нарисованная типичная гостиная и список вариантов действий! «Поискать под диваном», «Отдернуть занавеску», «Пойти на кухню»…

— Понимаете, юноша, я делал игру из расчета на маленьких семилетних детей, им сложно вводить команды с клавиатуры, — начал объяснять мужчина хорошо поставленным учительским тоном. — В моей игре им нужно обыскать дом и найти похищенных драконом животных. Кошку, собаку…

Полное офигевание. Мужик не только на интуиции пришел к тому же геймплейному решению, что и я, но и, по сути, создал жанр поиска предметов, популярный у детей и домохозяек. Если он и в музыке так же хорош, то ценный кадр, надо брать. В том смысле, что в штат «Каналья Геймс».

— Мистер Лоу, ваше решение — отличное. Честно. И то, что вы ориентируетесь на детей — тоже блестяще. А теперь объясните мне и этим двум рок-звездам, что такое октава.

Глава 10

Эл поправил очки и привычно перешел на тон школьного учителя:

— Представьте спиральную лестницу. Октава — это один полный виток из двенадцати ступенек: семи основных и пяти дополнительных. Когда вы делаете круг и поднимаетесь на следующий этаж, названия нот повторяются, но сама мелодия звучит ровно в два раза выше.

— Почему она так называется? Корень «окта» говорит о восьми ступенях, — не удержался я от вопроса.

— Исторически сложилось. Изначально признавали только семь нот и первую следующего витка, итого восемь.

Мистер Лоу оказался просто находкой. Он так привык учить детей, что и взрослым лбам не стеснялся задвинуть хорошо поставленным голосом азы музыкальной науки.

— А что такое сольфеджио? — озвучил я еще одно страшное слово.

— Нотный алфавит. Умение перевести музыку в нотную запись, слышать ноты.

— Например… — я переключил телевизор на Коммодор и нажал несколько клавиш самопального синтезатора.

«Пип. Пииип. Пюп,» — пропищал компьютер.

— Ля, до-диез, ми, — не задумываясь, ответил учитель музыки, — мажорное трезвучие. Но последняя нота у вас сильно фальшивит.

— А я говорил, Си-Си, что коряво звучит, — сказал Томми. Он и правда обращал внимание, но я разницы не услышал.

— Мистер Лоу, скажите, а классические мелодии вам известны? Щелкунчик, Лебединое Озеро, Лунная Соната? Если мы приведем в порядок ноты, сумеете их сыграть?

— Безусловно. У меня академическое музыкальное образование. Вы перечислили общеизвестные композиции. Чайковский и Бетховен. Но возможности компьютеров играть музыку очень ограничены. Я пробовал.

— Послушайте это, — включил ему «В лесу родилась ёлочка».

— Отвратительно фальшиво, мимо нот. Но невероятно в сравнении с тем, чего я добивался от Эппл 2.

— Давайте сделаем лучше вместе. Но завтра, я, боюсь, не в тех кондициях, чтобы совершать подвиги.

Ночь звала меня продолжить работу над синтезатором немедленно. Но я же себе не враг. Кроватка тоже посылала мне свой настойчивый зов, забирая силы.

— Мистер Лоу, не нарушу ваши планы, если продолжим завтра с раннего утра? И, конечно, любой труд обязан быть оплачен. Вы даете частные уроки, как репетитор? Удвою вашу обычную ставку. И я намерен предложить вам постоянную работу в моей игровой студии. Но об этом позже, я сначала должен взглянуть на ваш код.

— И приходи на наш концерт! Вход бесплатный! — пригласил Томми.

— А как вы собираетесь играть без басиста? — спросил я.

Придумывались немного безумные варианты. Например, ударными темпами закончить синтезатор, чтобы он выдавал требуемые басы и вооружить им Томми.

— Стив приедет, наш временный басист. Он высокомерная задница и смотрит на нас, как на выскочек, но играет хорошо. И ноты знает, — ответил за всех Гарри.

Не надо мне тут Стивов! Да, я предвзят, но ребята тоже не самую лестную оценку временному бас-гитаристу дали. Не удивлюсь, если даже змею звали как-нибудь по-стивенски.

— Мистер Лоу, вы смогли бы сыграть на бас-гитаре? — предложил я.

Мелодии у нас не то, чтобы суперсложные, особенно Синий Трактор. Человек с пятнадцатью годами опыта и академическим образованием должен хоть в какой-то мере потянуть.

— Да, смог бы, в качестве эксперимента.

— Эл, вы клёвый! Был бы у меня в школе такой учитель — я бы, может, и ноты знал бы! — объявил Томми. — Я тогда дам свою гитару и подскажу, что и как у нас по игре.

Немного обидно, что все музыкальные планы сдвинулись, но у меня занятий и так хватает. Весь следующий день, пока Эл и группа знакомились да репетировали, я провел за компьютером, занимаясь портом Тетриса на Коммодор 64. Если уж новый комп дает кучу крутых графических возможностей, грех перед лицом Омниссии их не использовать.

Во-первых, отрисовал кубики фигур, как положено — с тонкими границами и цветными блоками. Усложнение кода минимальное — в массиве, определяющем наполнение экрана, стали храниться не нули и единицы, а нули и номера цветов. Отвел отдельный блок экрана для индикации следующей фигуры, чего на Эппл 2 в режиме низкого разрешения сделать по-нормальному не получалось. Добавил кнопки поворота по часовой стрелке и против. Музыку поставил — «В лесу родилась ёлочка», временно. Парочку пасхалок добавил.

Хорошо получилось. Правда, Линда, которая вызвалась быть тестером, наотрез отказалась надевать наушники.

Успел код мистера Лоу посмотреть. Мрак и тлен, конечно. Сплошной копипаст там, где можно вынести повторяющийся код в функцию. Никакого понимания о лучших практиках разработки и антипаттернах. Но, во имя Ктулху, он же учитель музыки, а не кодер, я для Эла таким же неандертальцем непонимающим выгляжу, когда речь о тонах и октавах заходит.

На концерте состоялся аншлаг. Театр в норме вмещал около трех сотен зрителей, а набилось, как минимум, вдвое больше. Мне и важным гостям, таким, как семья Уильямс, места в первом ряду выделили. Мистер Лоу на сцене выглядел забавно. Ему не нашлось рокерского прикида, либо педагог сам не пожелал надевать косуху, так и вышел в белой рубашке и галстуке-бабочке, как будто в консерватории. Под конец представления он тяжело дышал, а сорочка промокла от пота, но некий блеск в глазах появился. Взгляд человека, довольного хорошо проделанной работой.

Парни выдали весь свой репертуар, закончив новинкой — «Гимном древних» в легкой металл-обработке, сорвавшим натуральные овации.

— Ну а теперь мы приглашаем на сцену автора наших текстов. Он сейчас живет в Оукхерсте и