и поднялся со скамейки. В руке он держал конверт с возможной зацепкой, связанной с Хаосом. А значит, можно ещё задержаться и погулять перед возвращением.

— Пора заглянуть к Хаммерам, пообщаться с ними, — кровожадно оскалился дракон. — Но сначала попробую местную пиццу, которую Джузеппе так нахваливал…

Глава 12

Москва

Небольшая, одна из десятка комнат для допроса. Единственная мигающая лампочка на потолке освещала окружающий полумрак неприятным глазу желтоватым светом. Стены, пол и потолок этого места, как и весь подземный этаж Московской базы Ордена пропитались старой кровью. Даже просто находясь здесь, вдыхая этот спёртый, влажный воздух, я будто бы слышал крики загубленных в этих подземельях душ. Людских в какой-то мере, но с человечеством уже не имеющих ничего общего.

Предатели, Хаоситы. Именно их страдания, именно их кровь, пропитали подземелья базы. Что в некоторой степени даже изменило саму реальность этого места, извратило его. Та же багрового цвета плесень на стенах пульсировала, словно живой организм. Одна из самых старых темниц Ордена. Ржавая пыль под ногами хрустела громче свежего снега при каждом шаге, пока я спускался сюда.

— Кха… ха… — хрипло закашлялся, сплевывая шмат крови прикованный к стулу с удерживающими механизмами по рукам и ногам пойманный британец. Лицо его — сплошь гематомы, ногти на пальцам вырваны. Всю одежду пропитала кровь, оставив от модного серого костюма одно напоминание. Чего уж тут, все тело Хаосита, куда не глянь, обзавелось ранами.

— Ну, что удалось узнать? — зашёл я внутрь камеры, сведя руки крест-накрест на груди.

— Немногое, господин, — сухо ответил палач Ордена. Рудольф Штрехен, сухопарый старик с прилизанными седыми волосами, аккуратной бородкой эспаньолкой и взглядом убийцы. — Физические пытки он выдерживает, хотя я только начал. Дайте мне ещё пару часов и я его дожму.

— Глупое мясо, — болезненно втянув в грудь воздух сквозь сломанный нос, Хаосит посмотрел на нас безумными глазами. — Вам не сломать меня. Плоть слаба — но душа моя принадлежит Хаосу! И он даёт мне силы!

— Уже в десятый раз это повторяет, ничего нового, — меланхолично произнёс палач, подошёл к столу с инструментами своего ремесла, после чего стал выбирать между пилой с кривыми зубами и чем-то похожим на гвоздодёр. — Сколько Хаоситов оказывалось в моих застенках, а песня у них всегда одна. Ровно до того момента, как у них в заднице не оказывается паяльник. Кстати, господин, желаете сами поучаствовать?

И взгляд у него такой, будто он предлагал мне лучший подарок из всех возможных. Палачи… специфичный мастера своей профессии, сколько с ними сталкивался, но у каждого из них не всё нормально с головой. Для такой работы нужен определенный склад ума и психики, постоянно пытать кого-то даже самый стойкий человек… М-м… не всегда выдержит. Добыть единожды информацию это одно, но на регулярной основе — совсем другое.

— Да, так называемый господин, не желаете поучаствовать? — оскалился остатками зубов Хаосит, передразнивая палача. — Или будущий Магистр Ордена этих идиотов слишком неженка? Ты не стесняйся, я тебя не осуждаю, ха-ха!

— Будущий Магистр Ордена? — приподнял я бровь, не обращая внимания на браваду, за которой скрыт страх. — Ты ошибаешься, Уильям Дрейк. Я не будущий Магистр Ордена и не его глава. Нельзя стать главой того, что тебе и так принадлежит.

Хаосит замолчал, переваривая мои слова, звучавшие в полной мере высокомерно и где-то даже глупо, пафосно. Скорее всего, он увидел молодого парня и решил, что меня сюда послал Магистр, как своего будущего преемника — всё же, одежда на мне была получше, чем носили рыцари Ордена, более представительного вида. Значит, не обычный рыцарь. Раз не рыцарь, то кто? Кто-то из начальствующего состава, но слишком молодой, опять же. Следовательно, возможно, будущий преемник Магистра. Так сказать постигающий работу Ордена изнутри, в самой её тёмной ипостаси. Это конечно не идеальная логическая цепочка, но вряд ли в своём состоянии Дрейк может слишком уж здраво рассуждать.

— Господин? — ах, да, ещё и обращение палача тоже добавляло мыслей Хаоситу, пытающемуся понять, кто перед ним.

— Оставь нас, Рудольф, — отдал я приказ. Мужчина немного поколебался, бросил взгляд на задумчивого Хаосита, и кивнул. Пила с лёгким звоном металла вернулась на столик, а дверь за моей спиной закрылась.

Я взял одинокий стул в углу, со скрежетом ножек по каменному, грязному полу подтащил его и поставил перед Дрейком. Тот не отрывал от меня своего немигающего взгляда, вырваться тоже не пытался.

— Так кто ты такой, малец? Господин? Странно слышать от Орденцов такое обращение к какому-то пацану, — принялся за анализ Хаосит, голос его звучал глухо, немного с хрипотцой. — Ты ведь был, когда рыцари меня заковали. Я видел твой бой, ты отличаешься от них. Ещё и твоя энергия… странный запах, но Хаос внутри меня реагирует на неё. Боится.

— И правильно делает, — холодно хмыкнул я. — Только ты путаешь понятия, Дрейк. Боится не Хаос, а часть силы Владыки в твоей душе. Жалкая крупица.

Он нахмурился, вновь пытаясь осмыслить сказанное.

— Пытаешься заговорить мне зубы? — в конечном итоге не пришёл он к какому-либо выводу, решив пойти по пути агрессии. — Ничего не выйдет, идиот! Хочешь пытать — пытай! Ты можешь сломать моё тело, но моя душа…

— … Не принадлежит тебе, — перебил я его, взмахом руки создавая на кончиках пальцем синий огонёк. Дрейк замер, прикипел взглядом к пламени, что будто маленькая змейка стал перетекать между моих пальцев. — Забавно, но ты первый Хаосит, с которым я общаюсь в своей новой жизни. И забавно вдвойне, что установки у тебя в голове ровно такие же, как и у тех, кто был в прошлом. Никакой индивидуальности, одна и та же закладка в душе, действующая на разум хуже любого дурмана. Я читал твоё досье, ознакомился с ним вдоль и поперёк перед этим разговором. Уильям Дрейк — третий, младший лорда Дрейка, восседающего в палате лордов и одного из шести адмиралов Британской Короны. С отличием закончил Гарвард, высокий магический потенциал, двухстихийник, имеется опыт каперства благодаря помощи отца. Пираты, в основном, но и на Ближнем Востоке ты успел отличиться. Да и на Западе тоже, твой вояж в Южных Штатах и разграбление рода Монсьера мне показался занимательным.

— Ты кто, мать твою, такой? — чуть наклонил он голову набок.

— В один момент что-то изменилось. Верно, Уильям? — не стал я отвечать на его вопрос. — Успешная карьера и сытая жизнь изменили свой курс. Твоего отца подперли конкуренты за внимание королевы, его фракция в палате лордов стала проигрывать по всем фронтам. Дрейков и ваших союзников давили, планомерно, беспощадно.