равнину, тянущуюся от горизонта до горизонта.

Хорошо, что ещё не жарко. Я разгребаю песок и удобно усаживаюсь в получившейся ложбинке, прикрывшись накидкой из лёгкой светлой ткани.

Всё равно бы не уснула сейчас. До сих пор что-то внутри дрожит. Что дальше-то будет? Зачем я сюда пошла вообще?

Вспоминаю тех тварей, что показал мне Ваймин. Пока мы встретились только с двумя. А их там около десятка разных!

Да, кстати, чего это принц не спит? До такой степени мне не доверяет?

Я прилежно верчу головой, обозревая окрестности. За кого он меня принимает вообще? Я что, полная дура, чтобы не наблюдать добросовестно либо заснуть после того, с чем мы только что столкнулись?

Ваймин поднимается на холм и опускается на песок рядом со мной:

— Не спится чего-то! — произносит он. — Вроде и устал, а сон не идёт!

Не верю я ему, если честно. И отвечаю сухо:

— Из меня сейчас плохой собеседник! Видишь, по сторонам смотрю!

Ваймин ничего не говорит. Просто сидит. Не шевелится даже. Точно: не доверяет!

Очень неприятно всё это. И вообще, не люблю, когда над душой стоят.

С другой стороны, спокойней, когда ещё кто-то рядом. Стычка с шарами и птеродактилем впечатлила меня по полной.

У меня прямо раздрай какой-то в душе. С одной стороны, я желаю быть сильной и независимой, и чтобы уважали. С другой — так хочется, чтобы кто-то о тебе заботился, защищал, баловал даже. И как всё это совместить?

Я размышляю об этом, добросовестно наблюдая за окружающей обстановкой. Ни на покрытой волнами песка равнине, ни в распростёртом над ней ясном небе нет ни малейшего признака опасности.

— Замри! Не двигайся! — раздаётся вдруг голос Ваймина.

Я делаю, как он сказал, потому что таким тоном не шутят. Одновременно жутко пугаюсь. Но не шевелюсь, лишь таращусь изо всех сил в пространство, пытаясь разглядеть неведомую опасность.

На песок передо мной падает крошечная змейка. Я бы её и не заметила даже, настолько цвет чешуек сливается с поверхностью. Разве что выделяется более светлое брюшко, да коричневая зигзагообразная полоса на спине.

Даже не успеваю ни вскрикнуть, ни отскочить, как она окутывается огнём и исчезает в яркой вспышке магического пламени.

— Сидела у тебя на штанине, — нарочито спокойным голосом произносит принц. — Укус смертелен, и даже магия не факт, что поможет. Хотя это не магическая тварь, такие попадаются и в самом Рамноре, правда, совсем редко.

Я вскакиваю на ноги и тщательно оглядываю песок вокруг себя.

— Не бойся, больше нету! — успокаивает меня Ваймин.

— Надо... заклятье. Я сейчас! Понаблюдай вокруг, пока я сделаю! — сбивчиво лепечу я.

И тут я вспоминаю про Райнира и Тойнара.

— Подожди здесь! — шепчу я принцу, намереваясь сорваться с места и бежать. — Сначала сделаю на нашей стоянке!

— Не надо, я уже сделал! — останавливает меня Ваймин. — Но будет очень неплохо, если ты поставишь защиту тут, на вершине холма. Если что, я помогу!

— Я сама! Я делала недавно!

Отхожу на пару шагов и сосредотачиваюсь. Воспроизвожу в памяти все этапы наложения заклятья. Как ни странно, но присутствие Ваймина здорово успокаивает. Если ошибусь, он поправит. Делаю всё, как надо и возвращаюсь на своё место.

— Ты только Райниру не говори! — прошу я.

И тут же осекаюсь, потому что веду себя, как ребёнок. Стыдно до жути. Возомнила о себе, что я крутая, а на самом деле... Вот Райнир ругаться-то будет, когда узнает!

— Ну что ты, конечно! — улыбается Ваймин.

Мне даже неловко перед ним становится.

— Ты спать лучше иди! — говорю я. — Я правда справлюсь!

Он кивает и поднимается.

— Если что, мы тебя услышим!

Вот зачем я его отправила? С удвоенным вниманием озираюсь вокруг.

Я справлюсь! — старательно внушаю себе.

Солнце поднимается всё выше и начинает здорово припекать. Я достаю фляжку и отхлёбываю прохладную воду. Как хорошо всё-таки владеть магией!

Выливаю на ладонь и провожу по лицу. Потом немножко смачиваю свою накидку.

Внезапно замечаю в небе над горизонтом чёрную точку. Это ещё кто? Может, просто обычная птица?

Да ещё и не одна. Две. Чёрт, кажется, это те самые птеродактили!

Я поднимаюсь и бегу к нашей стоянке, при этом истошно вопя:

— Воздух!

Не знаю, почему вдруг мне именно это в голову приходит. Может, от просмотренных в родном мире фильмов про войну. А может, и вовсе генетическая память. Мой прадед воевал в Великую Отечественную, а прабабушка пережила ленинградскую блокаду.

Разбуженные спутники выскакивают из-под тента.

— Причём тут стихия воздуха? — недоумевает Ваймин.

— Опять эти твари! — цедит сквозь зубы Райнир.

В моём сознании начинает вырисовываться интересная идея. Но думать об этом сейчас некогда, и я делаю, как мы и договорились на случай атаки с неба — сплетаю защиту для себя и Тойнара. Чтобы остальные могли не отвлекаться на нас.

Хорошо, что птичек всего две. Потому что они реально опасны. Вон, рядом втыкаются в песок сброшенные ими острые лезвия. Как они это делают вообще?

Райнир и Ваймин не жалеют огня, и вскоре напавшие на нас монстры валяются на песке в виде обугленных кучек.

А я, наконец, додумываю до конца пришедшую мне в голову мысль:

— Ты, кажется, интересовался, причём тут воздух? — спрашиваю я принца.

Глава 37

— Интересовался! — отвечает Ваймин, переводя дыхание.

— У птиц полости в костях и вообще в теле, наполненные воздухом! А ты как раз силён в этой стихии. Я с теми шарами именно так и работала — воздействовала на жидкость под их оболочкой! Попробуй и ты что-нибудь сделать с воздухом внутри них, если они опять на нас нападут.

— Звучит заманчиво! — задумывается он. — Пойду гляну, как они устроены!

Он действительно идёт и принимается копаться в воняющих гарью останках птеродактиля! Меня аж передёргивает от отвращения. Вот тебе и принц...

— Откуда ты знаешь такие вещи? — спрашивает он, когда возвращается.

— Так она их готовит! — усмехается Райнир. — Как ты относишься к кухне Лотарии?

— Очень положительно! — отвечает Ваймин.

— Закончим тут, вернёмся — устроим роскошный пир!

Он переводит взгляд на меня и спрашивает:

— Ты ведь не будешь против обрести ещё одного ценителя своего мастерства?

— Да нет, я же говорила, что люблю готовить! — отвечаю я.

Вот только готовка тут совершенно ни при чём. Про строение птиц я узнала ещё в родном мире. Из учебника по зоологии.

Но не рассказывать же им, кто я на самом деле? А почему бы и нет, кстати? Мне почему-то кажется, что они как раз нормально это воспримут. Они вообще другие, не такие, как