Но она наглядно показала, что женщина может быть не только служанкой, постельной утехой и матерью наследников. Не всем это понравилось, но им пришлось признать, что и такое тоже бывает. Она родила двух сыновей и трёх дочерей. И, в свою очередь, дала им великолепное образование. С тех пор прошло много лет, однако традиция учить грамоте и наукам не только сыновей, но и дочерей широко распространилась среди благородных семейств лишь не так давно.

Всё это здорово, конечно, — соображаю я. — Вот только она ведь не дожила и не увидела. А, может, и вовсе разочаровалась, видя, что её усилия не приносят особых плодов, зато вызывают непонимание, а то и агрессию.

Хотя, возможно, по-другому и не бывает. И это всяко лучше, чем насильственные перемены и кровопролитие.

— Знаешь, я тут подумал... - продолжает Ваймин. — Мне уже давно пора обрести будущую королеву. Надоело слушать нарекания родителей. Да и среди придворной знати много недовольства на этот счёт. Все хотят стабильности. А это значит, что правящая династия должна продолжаться. Может, мы с тобой как раз подойдём друг другу?

От его слов аж дыхание перехватывает. Он что, серьёзно?

— Это... слишком неожиданно! — едва выдавливаю из себя я. — Я даже не думала...

— Просто прислушайся к своему сердцу! — произносит он и поднимается, чтобы уйти.

Да что он во мне нашёл такого? — недоумеваю я. Сижу в полной растерянности. Наблюдатель из меня ещё тот. Но я старательно верчу головой, чтобы не пропустить опасности. Потом встаю и принимаюсь наматывать круги вокруг колодца. Хоть как-то приду в себя, может. Потому что слова принца лишили меня покоя.

У меня даже уснуть не сразу получается. Лежу под тентом, рядом с Ваймином, между прочим, и думаю. Мне кажется, что я и вправду могла бы стать счастливой рядом с ним.

Взвешиваю и так, и эдак. Он добрый и умный. Красивый ещё. К тому же у меня есть мечта — бросить вызов пустыне и превратить Рамнор в благодатный оазис, полный цветов и плодов. Если мы вместе этим займёмся...

Чего мне ещё искать? Чего желать от жизни? Вот же оно, на тарелочке с голубой каёмочкой!

Глава 41

Я не выдерживаю и вскакиваю на ноги. И замечаю Райнира. Он стоит, чуть склонив голову. Меня охватывает вдруг странное, парадоксальное ощущение, что он, такой сильный, такой могущественный, такой властный — тоже может чувствовать себя одиноким и несчастным.

Я едва сдерживаюсь, чтобы не рвануться к нему. Обнять его, прижаться к сильному телу.

Какая нелепость! Он просто посмеётся надо мной! Или воспользуется случаем получить удовольствие. Хотя нет, скорее всего даже не станет сейчас этого делать. Он — слишком целеустремлённый. И наверняка воспримет мои чувства как досадную помеху.

Он оборачивается вдруг и я испуганно замираю. Он подходит поближе и говорит, твёрдо и даже сурово:

— Почему не спишь? Забыла, что всю ночь идти?

— Я просто... попить, вот... - в полном расстройстве отвечаю я. — Уже иду!

Опять укладываюсь рядом с Ваймином. И давлюсь слезами, изо всех сил сдерживаясь, чтобы меня никто не услышал. Какая же я всё-таки дура...

Моё колено касается бедра Ваймина. Тотчас отдёргиваю ногу.

А почему бы и нет, в конце концов? — принимаюсь думать я. — Он правда хороший человек!

Приподнимаюсь на локте и вглядываюсь в умиротворённое лицо спящего принца. Непослушные рыжие волосы рассыпались по свёрнутой куртке, положенной под голову вместо подушки. Он правда очень привлекательный! Так что мешает мне сказать ему «да»?

Наконец, всё-таки засыпаю. И ощущаю сквозь сон, как что-то вдавливается мне в бок. Наверное, камень попался. Ёрзаю в полусне, чтобы найти удобную позу. Усталость слишком сильна, чтобы заняться досадной помехой.

Лишь когда приходит время вставать, отдёргиваю покрывало. И обнаруживаю под ним самый настоящий человеческий череп! Нет, эта пустыня меня доканает!

Соображаю, что надо его закопать хотя бы. Нехорошо так оставлять.

Отхожу в сторонку и принимаюсь выкапывать яму. Прямо руками, потому что песок довольно рыхлый. Внезапно моя рука натыкается на что-то твёрдое. Неужто ещё один? Да нет, не похоже. Это явно какой-то металл.

Наконец, извлекаю из песка чашу. Очень тяжёлую и очень красивую.

А в следующее мгновение меня охватывает ощущение, будто за нами кто-то наблюдает. Причём очень пристально и напряжённо.

— Смотрите, что я нашла!

Мужчины оборачиваются. Я встаю и протягиваю им навстречу свою находку. Лучи заходящего солнца заставляют ярко сиять огромные драгоценные камни, вделанные в покрывающий стенки чаши орнамент.

Райнир крутит чашу в руках и передаёт Ваймину:

— Красивая штука! Золото, и камушки очень интересные!

— Ага! — кивает Ваймин. — Интересно, кто её сделал?

Тойнар тоже осматривает мою находку и возвращает мне.

— И что мне с ней делать? — спрашиваю я.

— Поставь её куда-нибудь! — отвечает Райнир. — Я бы взял для тебя, но, сама понимаешь, нам ещё идти и идти. Лучше воды побольше набрать!

— Да, конечно! — соглашаюсь я.

Мы едим, потом пьём и умываемся. Наполняем водой наши фляжки и бурдюки. Мужчины опять закрывают колодец плитой. А я ставлю на неё найденную мною чашу. Любуюсь напоследок её тонким узором. Потом надеваю на плечи мешок и шагаю вслед за Райниром.

А в следующее мгновение на меня льётся целый шквал очень сильных эмоций: недоумение, досада и удивление. Сменяющееся в конце концов растерянностью, после чего ощущение чуждого присутствия гаснет.

— Кто-нибудь чувствовал сейчас что-то необычное? — громко спрашиваю я.

Райнир останавливается и говорит:

— Было что-то странное! Как будто кто-то наблюдал за нами, а потом увидел что-то такое, что ему не сильно понравилось, и отвернулся!

— Это она! В смысле, женщина! — говорю я.

— Почему ты так уверена? — недоумевает Райнир.

— Не знаю. И объяснить не могу. Просто чувствую.

— Я склонен тебе поверить! — произносит Ваймин. — Такое чувство, что она не получила, чего хотела!

— Вот-вот! — выпаливаю я. — Именно это я и ощутила!

— Интересно, чего же она хотела? — задумчиво произносит Райнир.

— Может, ждала, что мы переругаемся из-за этой чаши? — осеняет вдруг меня.

— Логично! — одновременно произносят Райнир и Ваймин.

— В этой пустыне сложили головы немало охотников за сокровищами! — замечает принц. — Видимо, она ожидала этого и от нас!

Вполне возможно, именно череп кого-то из них я и закопала, — размышляю я. — Может, он и погиб-то из-за этой чаши!

И тут мне приходит в голову, что ещё полгода назад я бы мёртвого подняла своим визгом, обнаружив под постелью чьи-то останки! А теперь мне фиолетово как-то. Совсем другие вещи меня беспокоят. Хорошо это или плохо? Не знаю даже.

На небе догорает закат и зажигаются