Не отпустить ее он не мог – правилами академии такое не запрещалось. Но учитывая то, что Александра обладала редким талантом ввязываться в неприятности, оставлять ее без присмотра было бы плохой идеей.

Следовательно, ему придется за ней присмотреть, решил Дарк, и эта мысль оказалась созвучной чему-то, спрятанному глубоко у него внутри.

Глава 8

– Я не могу взять вас с собой в город, – честно сказала я трем церберам, прощаясь с ними возле арочного выхода из академии. – И даже не пытайтесь меня уговорить. Ни ты, Пушок, ни ты, Котик! А тебя…

Вздохнув, я все же обняла Зайчика, а затем поцеловала его в расстроенную морду.

– Это слишком опасно, – сказала им. – Здесь, в академии, вы ни у кого не вызываете вопросов, если только страх и ужас у некоторых глупых студентов. А в городе ваше появление может привести к серьезным проблемам. Как для вас, так и для меня.

Потому что с проблемами сегодня я уже успела столкнуться, и они были в лице четверки Роя и Ханта, узнавших, что трон лидерства под ними покачнулся.

Нет, покачивания его они не ощутили из-за собственного громкого и язвительного гогота, с которым они встретили известие о том, что мне поручено собрать девичью боевую четверку.

Но это еще не все – до конца недели у нас будет проходить «битва оценок», и выигравшая в ней команда станет представлять факультет Некромантов на состязаниях внутри академии.

Сперва парни веселились над этим фактом, а потом, когда узнали о составе моей четверки, принялись смеяться над каждой из участниц. Ну и мне привычно досталось, не без этого.

Кстати, собрала я всех довольно быстро. Никто из моих подруг и Лианна, которая моей подругой не являлась, не стали отказываться.

Гретта быстро со всем согласилась – не только со своим участием, но и с тем, что придуманные мною имена отлично подходят церберам. На это ее любимец Пушок, на которого она наступила этим утром, а потом вопила на всю академию, тотчас же ее облизал.

– Ты же будешь капитаном нашей команды, – сказала она мне.

И это был даже не вопрос, а утверждение.

– Буду, – кивнула я.

– Тогда мы всех победим, – обрадовалась Гретта. – Надо же, я и подумать о таком не могла! Хант и Рей давно захватили лидерство на нашем курсе, и никто не осмеливался им кинуть вызов, пока не появилась ты. Но ты уверена насчет остальных? Я говорю о Роуз и Лианне.

– Уверена, – сказала ей, после чего отыскала Роуз, хромавшую с Мироздания на Зельеварение, и сообщила, что хочу видеть ее в нашей девичьей четверке.

А еще имена собак, таскавшихся за мной хвостиком.

Роуз тотчас же обняла за шею Котика, ее любимца, ведь именно он вынес ее на своей спине от лестницы до библиотеки во время Прорыва.

– Я с тобой, куда бы ты ни пошла. Даже в Лабиринт, – заявила мне. – А что мне нужно будет делать?

Обойдемся без Лабиринта, промелькнуло у меня в голове.

– Для начала отлично учиться, – ответила я. – А еще доверять своим ощущениям. Справишься?

– Справлюсь, – уверенно отозвалась Роуз. – С учебой у меня все хорошо, особенно с Предсказаниями. Плохо только с Физической Подготовкой, но меня освободили от нее до конца недели из-за моей ноги.

И я кивнула, заявив, что это отличные новости.

Лианна тоже не стала возражать против своего участия в девичьей четверке. Сказала, что она давно о таком мечтала, но не думала, что попадет в команду уже в самом начале четвертого курса.

Изумилась, когда услышала, что мы взяли еще и Роуз – та ведь только на втором курсе. А затем округлила глаза:

– Вообще-то капитаном должна быть Гретта, – заявила мне. – Она в Академии Альтариса с самого первого курса, а ты тут только появилась.

– Вообще-то, тебе стоит закрыть рот и во всем слушать нашего капитана, – парировала староста.

На этом и порешили. Лианна закрыла рот, но потом его открыла и согласилась во всем меня слушать. Иначе – я заявила, что мы выберем другую на ее место.

Пожала плечами на имена церберов, после чего ушла получать отличные оценки по Физической Подготовке, сказав, что со своей стороны принесет в нашу копилку только высшие баллы.

Ну что же, я тоже постаралась.

Занятие по Концентрации – высший балл у Александры Дельвейн. Никаких сложностей ни с одним заданием пожилого магистра у меня не возникло. Как раз наоборот, все было слишком легко для ученицы Академии Ведовства.

Теоретическая Некромантия – высший балл у Гретты, высший балл у Александры Дельвейн. Соревнуясь друг с дружкой, мы написали два объемных трактата об обитателях сельского погоста в условиях дождливой осени.

Единственное, выданное в канцелярии перо у меня было неудобным и непривычным, и я наставила несколько клякс. Расстроилась, но быстро перерисовала чернильные пятна в цветочки и сердечки.

Преподаватель взглянул на меня удивленно, но… поставил высший балл.

Практическое Врачевание – высший балл у Александры Дельвейн.

Ну да, я сама вызвалась отвечать к доске, а затем увлеченно и почти до конца занятия рассказывала всем о воспаленных и гнойных ранах, а также о личинках, которые могли в них завестись.

И все это – если вовремя не начать лечение.

Несмотря на то, что занятие было у последнего курса Некромантов, которые к этому времени должны были успеть многое повидать, паре девушек стало нехорошо. Они попросились выйти на воздух, а парни почти все сидели бледными.

Особенно Рей с Хантом, когда поняли, что мне снова поставили высший балл и угроза со стороны девичьей четверки для них стала очень даже реальной.

Заодно преподавательница искренне восхитилась моим рассказом. Спросила, откуда я так много знаю о ранах, на что я спокойно ответила, что в нашей академии Врачевание шло продвинутым курсом с первого учебного дня.

Ведьмочки, пусть и у себя на уме, но всегда, во все века, славились своими способностями к целительству. И тут дело вовсе не в наличии магии, а в том, что мы должны ведать, что творим.

Как и я.

Я тоже ведала, о чем говорила: уже приходилось сталкиваться.

А потом я столкнулась в коридоре возле столовой – нет, вовсе не с гнойной и воспаленной раной, а с нашим деканом, которого сама и подкарауливала.

Поприветствовала его, затем протянула список с именами девичьей четверки, а заодно и с полученными за сегодня баллами. Почесала руку, затем, пока декан читал написанное, спросила, как зовут его собак.

На это Дарий Велвуд растерялся.