счастливыми родителями оказалась семья Смитов из деревушки Гроски, а вторыми – Миллеры из похожей тьмутаракани, и ведьмовское чутье мне подсказывало, что они не имели к моему рождению никакого отношения.

Выходило, что делать в архиве мне больше нечего и лелеемая мною последние годы затея провалилась с громким треском, но сдаваться так просто я не собиралась.

Вместо этого еще раз пересмотрела все архивы и только после этого сдалась.

Вернула клерку книги, затем отказалась от его приглашения на обед, ужин и завтрак.

Сказала ему, что сейчас не могу.

Занята, потому что меня ждет посещение лекаря, у которого я лечу дурную женскую болезнь, полученную из-за любви к завтракам, обедам и ужинам с мужчинами.

Но как только я вылечусь, то мы сразу же и позавтракаем, а заодно и пообедаем, сообщила я клерку.

На это он изменился в лице и постыдно сбежал, а я вышла наружу из архива. Остановилась на мраморном крыльце под портиком, поддерживаемым множеством колонн. Втянула полную грудь вечернего столичного воздуха и услышала…

Это был свист спущенной тетивы.

Вернее, сперва раздался короткий щелчок, а затем уже свист.

Значит, все-таки арбалет, стукнуло в голову. Причем стрелок затаился где-то поблизости. Скорее всего, поджидал меня за одной из колонн.

При этом я обреченно понимала, что не успеваю. Уже ничего не могу сделать!

Хотя я попыталась, потому что сдаваться без боя – такое не в ведьмовской натуре.

Ринулась в сторону, прекрасно понимая, что не смогу ни уклониться, ни сорвать с платья и сжать в кулаке катализатор, напитанный Темной магией.

Пусть магии в нем было немного, но хватило бы на дополнительное заклинание.

Потому что обычную мою защиту – от порчи и сглаза, а заодно от содержимого ночных горшков, вылитых на голову с верхних этажей, – арбалетный болт пробьет как нечего делать.

Но он не пробил, так как одновременно произошли две вещи, которых я не ожидала.

Сперва я почувствовала, как по моим рукам заструилась магия – сильная, горячая, не похожая ни на одну из заимствованных ранее и переработанных под свои нужды.

Появление этой магии объяснить я не могла, потому что до катализатора я не дотянулась. И воспользоваться ею тоже не успела.

Откуда ни возьмись появился Дарий Велвуд и придал мне ускорение. Откинул меня в сторону с такой силой, что я полетела боком и еще немного носом в дверь архива.

Но не долетела, растянулась на мраморном полу крыльца. Приложилась локтем и коленом, зато без арбалетного болта в груди.

Смертоносная стрела просвистела совсем рядом над ухом – и волосы зашевелились на моей голове, – после чего впилась в ближайшую колонну позади меня. Так и торчала, тогда как я…

– Э-э-э… – выдавила я из себя. Затем попыталась перевести это в человеческое «спасибо», после чего предупредить Дария, что убийца совсем рядом и вряд ли он вышел на охоту всего с одним лишь болтом.

Значит, последует новый выстрел.

– Ы-ы-ы! – пробормотала я, потому что декан не стал меня слушать.

Вытащив из-за спины меч, он ринулся куда-то за колонну, и уже скоро я услышала металлический стук – похоже, упал арбалет, выбитый из руки убийцы, – а затем рухнуло и тело.

Но вряд ли оно принадлежало нашему декану.

На это я моргнула, а когда открыла глаза, то Дарий Велвуд уже вернулся. Спокойно засунул меч за спину, словно произошедшее было в порядке вещей, и уставился на меня сверху вниз.

– Ну что, погуляла? – будничным голосом спросил он.

– Угу, – ответила я. Разговаривать получалось пока еще плохо, но дар речи постепенно ко мне возвращался. – Погуляла.

Декан кивнул.

– Тогда пора домой, – заявил мне.

Ничего не объясняя, он склонился и подхватил меня на руки, после чего распахнул портал. Шагнул в него вместе со мной, а вышли мы уже в знакомом месте.

Это были ворота Академии Магии Альтариса, возле которых он и поставил меня на ноги.

– На факультет, живо! – приказал он. Затем добавил: – Мне нужно уладить кое-какие дела.

После этого уставился на меня так, словно подозревал, что Александра Дельвейн снова сбежит и отправится навстречу приключениям, в которых в нее стреляют из-за мраморных колонн подосланные непонятно кем убийцы.

– Вы правы, мне лучше вернуться на факультет, – пробормотала я. – А кто это был? – спросила у него, и мой голос прозвучал жалобно. – И зачем он пытался… меня убить?

– Пока не знаю, но собираюсь разобраться. Быстро в общежитие! – последовал очередной приказ, которому я тотчас… воспротивилась.

– Я не могу в общежитие, – сказала ему. – Мне еще надо дать настойку от алкоголизма. Ректор попросил.

– Ректору? – изумился Дарий Велвуд.

Выглядел он при этом настолько комично, что я едва удержалась от смешка.

– Он пока еще держится, – сообщила я скорбным голосом. – Но с упырями на кладбище нашего факультета настоящая беда.

– Хорошо, можешь сходить на кладбище, – немного подумав, позволил мне декан. – Эй, твари! – окликнул он прибежавших к воротам церберов.

Те, завидев меня, принялись повизгивать от радости и вилять хвостами.

– Охранять! – приказал им Дарий Велвуд, и прежде, чем я успела поблагодарить еще раз (мое «ы-ы-ы» на ступенях вряд ли могло сойти за благодарность), а заодно напомнить, что у псов теперь есть имена, он исчез в магических сполохах портала.

Я же вошла на территорию академии и уже скоро обняла Пушка, Котика и Зайчика, а на нас из своей сторожки с опаской поглядывал хранитель ворот.

– Уж погуляла так погуляла, – сказала я церберам. – Но пойдемте, я расскажу вам обо всем по дороге.

И зашагала с ними к Факультету Некромантии, чувствуя себя так, словно возвращалась домой.

У меня имелось о чем подумать и о чем рассказать. Конечно же, о произошедшем возле архива, где меня подкарауливали как неведомый убийца, так и наш декан.

Но если я оставила навозного жука в его собственном царстве, тогда… Кто из них прикрепил к моему платью артефакт-метку? И как тогда обнаружил меня второй?

И еще о магии, возникшей словно из ниоткуда, – о ней тоже не мешало бы подумать.

К этому моменту она испарилась без следа и больше не появлялась, напрасно я пыталась к ней обратиться. Можно было посчитать, что мне это почудилось на нервной почве, но дело в том, что я ощущала ее следы.

Магия была Темной и очень сильной.

***

Королевский дворец. Кабинет герцога Саверлока

– Ты знаешь, что это такое? – спросил герцог своего секретаря и доверенное лицо, молодого Дрейка Миллера.

Во дворце того все считали выскочкой и карьеристом: всего-то в двадцать три года безродный и никому ранее