class="p1">Чувствую себя влюблённой девчонкой, внутри которой бурлят гормоны и порхают дурёхи-бабочки.

— Андрюш, садись, я тебе омлетик приготовила, — суетится вокруг него свекровь.

Выставляет на столе в обеденной зоне одну тарелку.

Завтрак, я так полагаю, положен только мужчине.

Что ж…

Отличное начало дня.

Глава 4

Лара.

Пока Елизавета Александровна перекладывает омлет в тарелку, я беру Андрея в плен, обвивая его шею руками.

— Почему твоя мама здесь? С чемоданом, — шепчу на ухо.

— С чемоданом? — Андрей сводит брови над переносицей, а затем резко и виновато зажмуривается. — Чёрт, прости, совсем об этом забыл! У неё тараканов травят. Во всём подъезде.

Жаль, что не в голове…

— И что?

— Она не хочет дышать вредными химикатами.

— Наверняка это не так уж и вредно.

— Лар, — Андрей сжимает мою ладонь, целует поочередно каждый пальчик. — Я уже согласился, чтобы она пожила пару дней у нас.

— Было бы неплохо для начала обсуждать такие вещи со мной.

— Ты права. Я хотел. Но ты же знаешь, как быстро у меня всё вылетает из головы, когда на работе напряжёнка. С этим грядущим контрактом удивительно, как я имя собственное не забыл.

Смущённо улыбается.

И я, глядя в его открытое, красивое и мужественное лицо, просто не могу сердиться.

— Ну так что? Ты не против, если она останется?

Я против, если быть честной. Но меня припёрли к стене.

Не выгонять ведь мне теперь свекровь из дома. Она уже здесь.

— Ладно. Но только на два дня.

— Ты — чудо, — Андрей целует меня в лоб и садится за стол. Вешает свой пиджак на спинку стула.

Я наливаю нам всем кофе.

— Елизавета Александровна, садитесь с нами, — пытаюсь проявить дружелюбие.

Но свекровь лишь фыркает.

— Некогда мне кофе ваш распивать. Андрюша, сегодня я займусь твоими вещами. Хорошенько всё перестираю и переглажу.

— Мам, не нужно. Просто отдыхай.

— Очень даже нужно! У тебя есть хоть одна чистая рубашка?

— Полный шкаф.

— С трудом верится, что Лара стирает твои вещи.

— Лара не стирает, этим занимается химчистка, — Андрей с улыбкой уплетает омлет. — Ты же знаешь, мы много работаем.

— Ну, что ты много работаешь, я знаю…

Свекровь красноречиво замолкает, но продолжение её мысли отчётливо повисает в воздухе.

Это ещё один укол для меня, и я жду от Андрея защиты.

— Мам, не суетись, прошу. У нас всё так, как надо.

— У вас всё не как у людей. Давно пора указать женщине на её место.

Елизавета Александровна, резко развернувшись на пятках, выходит.

А я сижу, офигевше замерев с бутербродом, не донесённым до рта.

— Прости за это.

— Можно мне забрать своё разрешение обратно? Два дня — это ту мач. Я с катушек съеду с твоей мамой.

— Лар, слушай… — Андрей медленно помешивает ложкой кофе. — Может, она права?

Поднимаю на него серьёзный взгляд.

— Права в чём?

— Ну, ты правда много работаешь. Устаёшь.

— Я зарабатываю деньги.

— Верно. Но охота на мамонта — это задача мужчины, ведь так?

— А, то есть моя задача — подбирать в пещеру шторы и расставлять по подоконникам фикусы?

— Нет, но…

— Но?

— Может, это всё из-за накопленной усталости?

— Что — всё? Моё бесплодие, ты хотел сказать? Называй вещи своими именами, не стесняйся!

Теряя аппетит, отбрасываю так и не откусанный бутерброд обратно в тарелку.

— Не знаю, я просто… — Андрей устало растирает ладонями лицо. — Я просто предлагаю варианты.

— Почему же ты не предлагал эти варианты три, пять, семь лет назад, когда мы батрачили и почти жили в офисе? Тогда тебя вполне устраивало наше равноправие.

— Меня и сейчас устраивает.

— Не заметно.

— Я забочусь о тебе, — рычит он и раздражённо ведёт плечами. — Я хочу семью!

— А сейчас у нас что?

— Полноценную, Лар.

Резко выдыхая, соскакиваю со стула, как ошпаренная.

Отлично!

Кто ещё хочет назвать меня с утра неполноценной? Становись в очередь!

Глубоко дышу, оперевшись бёдрами о кухонный гарнитур. Мой невидящий взгляд буравит стену.

Это оплеуха от любимого человека. И ощущается она так болезненно, что сердце превращается в кровавые ошмётки.

В глазах становится горячо и влажно. Я смыкаю веки, запрещая себе плакать.

— Сладкая, — тёплые ладони обвивают мою талию. Тихий, но настойчивый шёпот разбегается по коже, заставляя тонкие волоски на моей шее вставать дыбом. — Прости. Я дурак. Не знаю, зачем это ляпнул. Это и моя больная тема тоже.

— Но не ты ловишь осуждающие взгляды каждый раз, когда разговор заходит об этом.

— Знаю. Виноват. Ну хочешь, врежь мне как следует, — он разворачивает меня лицом к себе, берёт за запястье, поднося мою ладонь к своей щеке. — Давай. Чтоб знал. Чтоб думал головой своей дырявой. Врежь.

Он показательно пытается ударить себя моей рукой, но я напрягаюсь, не позволяя.

Поджимаю губы, ласково ведя по гладко выбритому подбородку кончиками пальцев.

Наши прямые взгляды встречаются.

Внутри у меня снова всё плавится от нежности к этому мужчине.

— Какой же ты дурачок.

— Люблю тебя, сладкая, — губы Андрея припечатываются к моей ладони, оставляя влажный поцелуй. — Прости. Я не думаю так на самом деле.

— Ладно. Спишем это на нервное напряжение, связанное с визитом твоей мамы.

— Ты долго будешь собираться? Я могу тебя захватить.

— Нет, — мягко улыбаюсь. — Езжай один, я поеду на своей. Мне сегодня всё равно нужна будет машина.

— Хорошо. Тогда до встречи в офисе, Лариса Константиновна, — муж целует меня на прощание. — И не забудь позавтракать, пожалуйста.

Он выходит, захватив по пути со спинки стула свой пиджак.

Назойливые мысли тут же снова заполняют черепную коробку, а червячок сомнения подтачивает изнутри.

Может, Андрей прав, и мне нужно отойти на время от дел, передать весь бизнес в руки мужа и заниматься собой и домом, как подобает женщине?

Решив как следует обдумать эту мысль позже, ухожу в душ, смывать с себя налёт от неприятного утра.

Глава 5

Лара.

Наша фирма занимает этаж в офисном здании в центре города.

Кабинеты у нас с Андреем в разных концах — так мы постарались минимизировать случайные встречи на работе. Отделяться друг от друга в офисе просто необходимо, иначе границы рабочих и личных отношений очень быстро размываются, и всё тогда превращается в хаос.

Просматриваю документы на подписание.

Желудок утробно воет, ругая меня за то, что к завтраку так и не притронулась. А теперь я голодная, как зверь.

Закрываю папку и отправляюсь на поиски мужа.

— Можно к вам, Андрей Викторович? — заглядываю в его кабинет.

— Привет, — Андрей улыбается, поднимая голову от телефона. Кладёт его