– Врата Сефирот. Я пройду через них. Уйду в Цветокрай.

Глаза Вейны округлились от удивления, она запустила руку в свои короткие белоснежные волосы и задумчиво уставилась на водопад.

– Так будет правильно, – продолжила я, желая верить своим же словам. Мне нужна непоколебимая вера, я боялась передумать. – Так хотел мой отец. Он бы ни за что на свете не отправил меня в другой край, если бы не понимал, что это необходимо для моей безопасности.

– А то письмо, ты уверена, что оно написано твоим отцом?

Я вновь кивнула, проведя рукой по раскрытому листу бумаги. Я рада, что Вейна сегодня принесла его с собой. Почерк отца я бы не спутала ни с одним другим. Будь моя воля, я бы не расставалась с этим письмом, сохраняющим последние слова моего отца. Но я знала, что мне вновь придётся отдать его на сохранение Вейне, как и это странное ожерелье.

– Но как ты будешь там выживать? – спросила девчонка, всё ещё не веря, что я решусь на такой шаг.

– Помнишь Фрейю? – повернулась я к Вейне, и та покачала головой. Я удивилась, как это девчонка не заметила, что в нашем крае гостила одна из цветущих. Видимо, Вейна настолько привыкла быть одна, что ей никто не нужен, за исключением её возлюбленного. – Это цветущая из Цветокрая. Она гостила у нас в крае. И нормально продержалась, несмотря на климат.

– Да она безумна! Из теплоты и царства цветущих растений отправиться в наши холода! – ахнула Вейна.

– Может быть, – согласилась я, вспоминая ту девчонку, интересующуюся нашим Снежным богом. – Можешь и меня считать безумной. Если раньше времена года спокойно сменялись друг другом и люди просто переходили из одного времени года в другое, то что мешает нам научиться жить в разных краях? И может, там я отыщу ответы на все вопросы.

Вейна ничего не ответила, погрузившись в свои мысли. Поэтому я осторожно спросила:

– И Стиан… если он прошёл через туннели, то оказался в Цветокрае. Он сейчас может быть там.

– Может, – вздохнула Вейна.

– Так, может, отправишься со мной? – спросила я, понимая, как многого жду от девчонки, которая даже не решилась отправиться со мной за Перелом. Она и так могла навлечь на себя гнев Мыслящих, отправившись со мной в их Обитель.

– Скади, – начала Вейна, тщательно подбирая слова. – Я безумно хочу узнать о судьбе Стиана. Хочу вновь его увидеть, но покинуть Ледомор… Это наш родной край. Я не знаю, что ждёт там, в Цветокрае. И ты же понимаешь, что вернуться назад уже не сможешь? Ты оставишь Ледомор без Озарённого. Ты подумала, чем это чревато? Может, Снежный бог разгневается и перестанет возводить защитные скалы. Что тогда ждёт нас всех?

– Снежный бог, – протянула я. – Или олицетворение Зимы. Не знаю, кто отвечает за эти скалы, но этот кто-то явно одобряет мои действия. Я уже нарушила столько правил! Но все эти правила не его, а Мыслящих! Может, ему они тоже не нравятся? Об этом ты не подумала?

– Слишком сложно, – вздохнула Вейна.

– Подумай, у тебя ещё есть время, – сказала я, не собираясь давить на девчонку. – Но я уйду через врата. В любом случае. Ты же не сдашь меня Мыслящим?

– С ума сошла? – вспылила Вейна. – Конечно, нет! Хотела бы, давно это сделала! Я, может, и не всё понимаю в этом мире, но их правила… я с ними не согласна. Они лишили лимита Стиана, когда тот нуждался в лекарстве для своей матери. Они отправили его в эти выжженные земли. Если они узнают, что я пробралась в их Обитель, я сразу же окажусь там же, за Переломом. Нет уж, я предпочту держаться от них как можно дальше!

Я кивнула, не сомневаясь в Вейне. За это время я убедилась, что ей можно доверять.

И сейчас нас роднили не только общие тайны и заговоры о Мыслящих, но и Бесконечный водопад, по водам которого отправились в иной мир наши родные.

Глава 35

– Может, пойдёшь со мной на тренировку? – спросил очередным утром у меня Браун, снаряжённый от макушки до пяток.

Я покачала головой, оставшись сидеть за столом. Браун вздохнул и сел напротив меня:

– Тебе же нравились бои на спрингклингах. Ты, как вернулась, ни разу не посетила занятия. Может, это помогло бы тебе отвлечься.

Да уж, Браун, уговаривающий посетить тренировочную площадку! Такого я не ожидала. Раньше он не одобрял моих тренировок вместе с Оборонителями, а теперь сам настойчиво звал с собой.

– Нравилось. Мне нужно рыбачить, – пробормотала я. – Моё предназначение… это важно для всего нашего края.

– Да ты занимаешься этим каждый день! – всплеснул руками мужчина. – Хочешь насобирать подношений на год вперёд? У любого Озарённого были перерывы на отдых.

Но я вновь упрямо покачала головой и произнесла:

– Нет. Я останусь здесь. Слишком много дел, надо успеть.

И хоть мне и нужно было отвлечься на тренировочной площадке в привычной мне обстановке от всех навалившихся на меня бед, я чётко решила для себя не ходить туда. Пускай Мыслящие видят, что я вся погружена в сбор подношения для Снежного бога и больше меня ничего не заботит.

И стоило мне подумать о Мыслящих, как с улицы до нас долетели взволнованные крики:

– Мыслящие! Мыслящие! Они идут!

– Что там ещё произошло? – недовольно пробормотал Браун, резко поднимаясь на ноги. Он кинул обеспокоенный взгляд на меня.

Я тоже вскочила на ноги, боясь, что это Мист явилась по мою душу. Видимо, этого опасался и сам Браун.

Но ведь мой испытательный срок ещё не прошёл! Или ей стало известно, что я пробралась к ним в Обитель и прочла «Книгу тысячи явлений»?

На улице Брауна уже ждал Боливар, стоящий на всех четырёх лапах и внимательно взирающий вдаль своими кристальными глазами.

Люди спешили мимо нас к главной площади. Никто не обращал на нас внимания, и я немного успокоилась – Мыслящие пришли бы за мной в дом Брауна.

На площади творилось столпотворение, но народ расступался перед мощной фигурой Брауна, мне лишь оставалось тихой тенью следовать за ним.

В центре площади стояла Мист, а позади неё ещё один безликий Мыслящий с накинутым на голову капюшоном. У ног Мист, скрючившись, сидела Пекки и прижимала к себе Наину, которая взирала на Мист широко распахнутыми от страха глазами. По осунувшимся щекам Пекки текли слёзы, но Мыслящая взирала