тугриков в упаковках были целехоньки. Приходилось срочно решать: «Быть или не быть», вернее: «Утаить — не утаить», победило: «Не утаить».

Небрежно, как и положено в таких случаях, спустился он с сумкой на кухню.

— Найди шесть пакетов, — сказал Вадиму.

Тот достал из кухонного стола их целую стопку. Жестом Алекс позвал подельников в соседнюю комнату, и все девятнадцать чудных брикетов были театрально высыпаны на диван. После чего Копылов отсчитал пять пачек в один пакет, пять пачек в другой:

— Ваши пайки. Немного ошибся в расчетах, не по двадцать пять кусков, а по пятьдесят. Мне, сироте, вместо ста только девяносто. Вечно я себя обделяю.

— А это не фальшак? — первым опомнился Вадим.

— Ну если фальшак — верни обратно (что еще можно было сказать).

— А может, это не Скамейкина? — Нил вполне уже перенял дразнилку Алекса.

— Хочешь вернуть владельцу? — вопрос был чисто риторический.

Глядя на босса, подельники упаковали свои пайки в дополнительные пакеты.

Надо было еще решить, что делать с Васей Белкиным (Блондином, владельцем минивэна). Захватить с собой и в Бункере выведать побольше обо всей их банде или оставить на месте и послушать по «Мотороле», какова будет реакция на исчезновение их главаря — ведь не в ментовку же они побегут. Выбрав второе, Алекс вытащил из своего воротника потерявший злободневность жучок, нашел отвертку и с умным видом вставил жучок в находившийся в гостиной городской телефонный аппарат — дабы оправдать потом перед элисцами свою прослушку Лавочкина и Ко. Найдя в комоде какие-то тряпки, он поручил Вадиму замотать головы арестантам — нечего было им что-то видеть.

Пора была уматывать — неизвестно, кто может сюда еще заявиться. Посмотрели права Васи Белкина, больше всего он был похож на Нила, стало быть, ему и за руль минивэна.

После реквизиции сумки «зелени», стволов и минивэна, изымание подушки, одеяла, одежды Лавкина, чайника и продуктов, в том числе шести бутылок дорогого алкоголя, было уже совсем мелким шмоном. Напоследок Алекс распорядился захватить в минивэн еще и лопату. На вопрос Нила «зЗачем?» бросил:

— Ну так закопать придется теперь узника совести, чтобы про деньги никому не рассказал… Да шучу, шучу.

Вернувшись к клиентам, наручники (нечего добро разбазаривать) поменяли на бельевую веревку, скотчем заклеили рты и замотали ноги, после чего Лавочкина отнесли в минивэн, а Васю Белкина — в гостиную, где привязали веревкой к батарее, чтобы он освобождался не меньше двух часов. Его мобильник, предварительно зафиксированный на «Мотороле», остался лежать в кухне среди тарелок, якобы «забытый» дерзкими налетчиками. Мобильник Лавочкина забрали с собой. Захватили и второй комплект ключей от дома и ворот, найденный в его куртке.

Выпустив со двора минивэн, Алекс закрыл изнутри ворота, а затем снаружи калитку. Сел с Нилом в минивэн, скомандовав Вадиму держаться от них на дистанции.

Без помех выбрались из Чижей и покатили в столицу. Ехали молча, но Алекс чувствовал нарастающее напряжение подельников, все мысли Нила и Вадима были только о пакетах зелени, лежащих рядом с ними. Вот за этим и нужна была лопата. Когда показался большой лесной участок, Алекс сказал остановиться и в джипе Вадима устроил небольшой военный совет.

— Если хотите, чтобы ваши роялти остались при вас, то на полгода намертво должны о них забыть. Не исключено, что их потом все же придется вернуть, но я думаю, до этого не дойдет. Но и через полгода с ними тоже шиковать не надо. Чревато плохими последствиями. Наилучший выход будет потом перейти легально в мою команду — все знают, что я своим помощникам даю ссуду на покупку квартир, машин и другую хрень. Но это уже вы сами как захотите. Сейчас же предлагаю каждому из нас закопать свои роялти в этом лесу, только обязательно четко запомнить место, где закопали. А то будет смеху, как у того банкира, что номер счета в швейцарском банке забыл.

Следующие полчаса все трое по очереди уходили с лопатой в лес и закапывали свои роялти, делая какие-то отметки или отсчитывая шаги. К их услугам оказался конкретный дорожный указатель, так что забыть свой схрон было весьма мудрено.

После этого катили до Бункера лишь с одной остановкой у строительного рынка, где купили болгарку, удлинитель и дачный унитаз с крышкой. Обе машины свободно поместились в ангаре. Скамейкину разрезали скотч на ногах и под руки отвели в подвал. Там Алекс, сам взявшись за болгарку, срезал на нужной двери обе ее внутренние ручки. Получилось что надо: изнутри дверь теперь никак не возможно было открыть, впрочем, и снаружи ее закрывал лишь поворот ручки. Стало быть: что? Чужих людей в подвал не допускать. Снова достали наручники, один браслет на запястье узнику, второй — к собачьей цепи, которую навесным замком пристегнули к двухъярусной койке так, чтобы нельзя было близко подойти к двери. Приготовили неказистое ложе, унитаз, бутыль с водой и жрачку из Чижевской дачи, затем Алекс выслал из камеры подельников, снял очки и сдернул с головы Табуреткина тряпку.

— Добро пожаловать, Сергей Тарасович. Так спешил увидеть вас, что даже на день раньше приехал. Сейчас, увы, спешу по своим копеечным делам. Как и договаривались, о делах наших скорбных поговорим завтра. У вас есть время хорошо все выстроить.

— Твою подругу убьют, я уже знаю, где она, — жестко проговорил Мориарти.

— Как-то вы неосторожно это говорите. Придется для вас скачать в интернете лютые пытки. — С этими словами Копылов вышел из камеры и повернул обе ручки дверей.

Нил с Вадимом с готовностью ждали его новых распоряжений.

— Можно, конечно, и еще кого-то позвать в качестве персонального тюремщика, но тогда все придется делить на четверых, я думаю, нам это не надо. Сегодня давайте, как я сказал: эту ночь здесь Ватсон. Утром приедет Акела и пробудет до двух-трех, потом на пару часов подъеду я для допроса, вечером и на ночь снова Ватсон.

— Да куда он сбежит отсюда! — возразил Вадим. — Зачем круглые сутки стеречь?

— Пока мы не установим у входа видеокамеру, надо стеречь. Если вдруг сюда ломанутся его архаровцы, нашего сидельца следует обязательно пристрелить. Вы оба готовы на это?.. Если не готовы, то прячьтесь, запоминайте номер машины и вызывайте меня. (Вадиму): Спать можешь хоть всю ночь, только слегка забаррикадируй коридор, чтобы грохот поднялся, если кто появится… Мне, в общем, понравилось, как мы все провернули, а вам?

— Мне тоже. И мне, — согласились Вадим с Нилом.

— По идее, конечно, все это стоит хорошо отметить, но уж больно антураж не тот. Наш банкет заслуживает самой дорогой ресторации. Поэтому три бутылки берем по домам, три