Сталин? Раз в три года менять ЦК? Старых расстреливать, набирать новых? Ждать, пока очередное «поколение» не захочет дожидаться своей участи и не отравит тебя к ебеням матери? Или взорвет. Так чего ждать — вот уже попытались, только чудом уцелел. А между прочим, два десятка человек, которые во время крушения погибли, их-то за что вообще убили?

— Ты драматизируешь. Подковерная борьба за власть была всегда и везде. И будет.

Ну да… Только как объяснить человеку, что не в каждой стране эта подковерная борьба может эту самую страну развалить на куски. Никак. Не поймет же и не поверит. Я бы и сам не поверил, зная текущую обстановку и не зная о другом варианте хода истории.

— Хочу создать некий политический противовес. Чтобы наши партийцы помнили, что и на них есть управа. Конечно, разрешать другие партии не будем, разве что как в Китае, — но это профанация, не для того республиканские партии упраздняли, чтобы теперь новые создавать. А вот сделать упор на избрании в Верховный Совет беспартийных было бы очень полезно. Знаешь, как в народе говорят: «На то в озере и щука, чтоб карась не дремал».

— И что будет делать обновленный Верховный Совет? — Видимо, сама мысль о том, чтобы сбацать полноценный парламент вместо имеющегося сейчас огрызка, внутреннего протеста у Лигачева не вызвала. Интересно, а как в реальности Горби этот вопрос продавливал? Явно же далеко не все были в восторге от его идей. Или такой был тогда реформаторский угар, что партийцы оказались готовы менять всё подряд, лишь бы менять… Странная ситуация…

— Он будет формировать государственную систему власти. Отдельную от партийной, — вот это была самая тонкая часть. Фактически ведь я покушался на полномочия КПСС. Сейчас партия контролировала работу Парламента на сто процентов, но в будущем я хотел получить не только в обратную сторону орган контроля над партией, который бы находился вне ее системы, но и реально параллельную ветку власти. Чтобы министров утверждали в Верховном Совете, чтобы глава Верховного Совета был реальным главой государства. Глядишь, и вовсе потом можно будет поговорить о разделении функций госуправления: оставим КПСС подбор кадров и идеологию, а текущее управление отдадим советам и исполкомам. Осталось это всё только как-то протащить через Съезд. Явно же всё это будет на Съезде решаться.

— Ты знаешь, — Лигачев ткнул указательным пальцем мне в грудь. Выглядел этот жест крайне фамильярно, даже хамски, учитывая всё же наши рабочие отношения начальника-подчиненного, но дальше он сказал то, что заставило меня задуматься: — Если бы это предлагал не ты, я бы высказался против. Первым бы встал в оппозицию. То, что ты делаешь, прямо посягает на власть Коммунистической партии. Сегодня постоянный парламент, завтра партии разрешить одни-другие, потом, глядишь, президента начнем избирать, как в Америке, и КПСС уже совсем ненужной станет.

— Да ну, ты загнул, — попытался я всё перевести в шутку, но получилось откровенно натянуто.

— Но за эти пять… пять с половиной лет ты показал, что знаешь, что делаешь. Настолько, что у меня иногда мурашки по коже бегают. Ты же не думаешь, что никто не замечает твоих «случайных» распоряжений, что все вокруг, например, всерьез поверили, что учения по землетрясениям совершенно случайно назначены были в нужный день, час и даже минуты, когда Спитак тряхнуло? Я поспрашивал аккуратно. Следы ты попытался замести, конечно, но те, у кого есть мозги, уши и глаза, всё видят. И таких случаев было много. Не всегда я могу их понять, но даже те, что очевидны… Я не знаю, как ты это делаешь, — было видно, что Егор Кузьмич очень долго держал это в себе и сейчас его просто несет. Бывает такое, когда с нарезов срываются даже железные люди. — Может, мне не положено знать. Может, там какие-то у тебя гадалки сидят или ты сам будущее прозреваешь — это не важно.

— А что важно?

— Считай, что ты доказал, что… — Лигачев нервно хмыкнул: — Что «податель сего действует строго на благо Франции». Что твои действия дают положительный результат. Я тебе верю. В тебя верю, как бы мне, старому материалисту, ни было странно это говорить. Я тебя поддержу. До самого конца. Но если ты налажаешь, я тебя на том свете достану. Заберу у чертей вилы и буду тебя персонально ими тыкать до конца вечности. Ты меня понял?

Я кивнул и просто сказал:

— Спасибо, — сделал шаг и обнял Лигачева. Иногда есть моменты, когда ничего лишнего говорить не нужно.

Глава 8

Станкостроение

12 августа 1990 года; Москва, СССР

PC MAGAZINE: Русские умеют удивлять

Если еще пару лет назад аналитики в Силиконовой долине с уверенностью прогнозировали окончательное и бесповоротное отставание советской микроэлектроники, однако лето этого года перевернуло все привычные представления о «гонке кремниевых мозгов». СССР выпустил процессор, который западные эксперты уже окрестили «убийцей 386-го».

Речь о чипе «КМ1810ВМ03» — прямом клоне Intel 80386. Для западных обозревателей это стало шоком. Считалось, что СССР находится в многлетнем отставании и не сможет воспроизвести такую сложную архитектуру. И вдруг — продукт, который не просто копирует, а превосходит оригинал.

Главная сенсация — тактовая частота. Intel остановился на 33 МГц, утверждая, что это предел. Советский же клон работает на 40 МГц. Секрет — в техпроцессе: Intel использовал 1,0 микрона, а советские инженеры применили более тонкий 0,8 микрона. По отзывам тех, кто уже сравнивал, советский чип меньше греется, потребляет на 30% меньше энергии и ведет себя стабильнее на высоких частотах.

Но главный удар по Intel — цена. Пять лет компания держала оптовую стоимость 386-го на уровне $250. Советы вышли с предложением в $100 за чип. Советский министр объясняет это плановым объемом выпуска: в будущем 1991 году только для внутреннего рынка планируется произвести пять миллионов штук.

Такое сочетание цены и качества может сделать советский 386-й «народным» процессором. Однако Intel уже заявила о намерении подать в суд за нарушение интеллектуальной собственности.

Как СССР сумел освоить 0,8-микронный техпроцесс? В кулуарах говорят о масштабных вливаниях под давлением советских военных, о промышленном шпионаже всемогущего КГБ, о современных литографических машинах, добытых за границей.

Так или иначе, появление этого клона — громкое заявление Москвы: СССР не намерен отставать в цифровую эру и готов к полномасштабной конкуренции с лидерами отрасли, используя их же архитектуру, но дешевле и быстрее.

— …