– Договорились, – процедила я. – Только с одним условием, даже с двумя.

– Говори. – Морис нахмурился и впервые стал похож на серьезного человека.

– Во-первых, ты больше не распускаешь руки, – начала перечислять я.

Но он тут же меня прервал:

– Уверена? – Морис поиграл бровями и улыбнулся до того очаровательно, что у меня дух перехватило.

Отвесив себе мысленный подзатыльник, я отрезала:

– Уверена. И, во-вторых, ты покажешь, как пользоваться даром. Я понятия не имею, что делать с жаром в животе.

От одной мысли о том, что странное ощущение вернется, а я не справлюсь и сгорю заживо, меня начинало трясти.

– И еще расскажешь, откуда знаешь о моей семье больше, чем я сама.

– Это уже три условия, сладкая, – с насмешкой заметил Морис и протянул мне руку. – Но я согласен выполнить все. Обещаю защитить тебя от любых опасностей в магическом мире и вернуть домой, как только получу нужную мне вещь в обмен на помощь во время участия в кулинарном турнире.

Я машинально пожала его ладонь.

– Теперь мы связаны и будем неразлучны, пока не исполним обещания, – с лукавой улыбкой заявил Морис.

– Это не может не радовать, – без особого энтузиазма отозвалась я. – Давай уже приступим к исполнению договора. Я хочу оказаться дома как можно скорее.

– Все для тебя, сладкая, – отозвался Морис и направился к двери, где на стене висел его плащ.

– Еще раз назовешь меня сладкой, и я за себя не ручаюсь, – прорычала я, поднимаясь с постели.

Морис обернулся и на полном серьезе заявил:

– Жду не дождусь, Олия.

Мое имя на новый манер звучало из его уст настолько чувственно, что воображение сразу же подкинуло картину того, как Морис ласкает меня и шепчет страстные слова на ушко. Я застыла с широко распахнутыми глазами и не могла отвести от него взгляд. Морис заметил мою реакцию и подмигнул. Наваждение спало, я отвернулась и бросила:

– Мне нужно переодеться и привести себя в порядок.

– Сейчас пришлю служанку, а сам подожду тебя внизу за столиком трактира, – ответил он и вышел за дверь, прихватив плащ и шляпу.

Я почувствовала себя такой одинокой, какой не была даже после предательства мужа.

– Бред какой-то, – с досадой прошептала я.

Еще не хватало потерять здравый смысл из-за зеленоглазого прохвоста. Я не наступлю на те же грабли. Ни за что.

Глава 4

Присланная Морисом девушка принесла мыло, воду для умывания, сменную одежду и обувь. Мое платье если ее и удивило, то она не подала вида. Рассмотрев вещи, я решила, что все не так уж и плохо. Ни корсетов, ни кринолинов, ни вороха нижних юбок. Видимо, мода здесь все же отличается от эпохи Людовика XIV.

Я отослала служанку, заперла за ней дверь и приступила к перевоплощению в жительницу этого мира. Сама идея о связанных между собой реальностях казалась верхом безумия. Вот только я отлично понимала то, что говорил Морис, и сама изъяснялась не хуже, хотя мы общались совершенно точно на незнакомом мне языке.

Я постаралась выбросить из головы посторонние мысли и сосредоточилась на первоочередной задаче. Если я хочу попасть домой, то должна пройти отборочное испытание и протащить Мориса в герцогский замок. Большей несуразицы трудно вообразить, но я не раз участвовала во всевозможных конкурсах и становилась победителем, так что не мне бояться кулинарных турниров.

Тщательно оттерев с мылом лицо от остатков макияжа, я скинула порядком измятое шелковое платье и облачилась в коротенькие, выше колена панталончики и сорочку, отделанную тончайшим кружевом. При этом я старалась не думать о том, что именно Морис выбирал и покупал эти творения местных мастериц. Если представлю, как его длинные пальцы касаются невесомой ткани, то фантазии могут увести меня еще дальше. И почему я вообще об этом думаю?

Поскорее надев строгое темно-синее платье с длинными рукавами, белым воротничком у горла и подолом в пол, я покрутилась в поисках зеркала. Ничего похожего в комнате не оказалось, и я со вздохом натянула чулки, сапожки на шнуровке и кое-как прицепила маленькую соломенную шляпку поверх скрученных в пучок светло-русых волос. Мятое шелковое платье я аккуратно сложила и оставила на стуле. Оно еще пригодится, когда придет время возвращаться домой.

Выходя из комнаты, я надеялась лишь на то, что полностью избавилась от следов макияжа, а не превратилась в подобие сероглазой панды. Пока спускалась по лестнице, я услышала гомон множества голосов и замедлила шаг. Что меня ждет внизу? Вдруг там собрались клыкастые орки, бородатые гномы и… даже умопомрачительно красивые эльфы? Несмотря на зыбкость моего положения в незнакомой обстановке, я ощутила нечто близкое к предвкушению. Как будто я спала долгое время на своей идеальной кухне, и только теперь жизнь ко мне возвращалась.

Преодолев волнение, я направилась в зал и замерла у стойки трактирщика. За крепкими деревянными столами сидели самые обычные мужчины и женщины, разве что их одежда отличалась от привычной для меня. Скромные женские платья темных оттенков и мужские плащи с жилетками больше всего напоминали иллюстрации в исторических книгах о конце девятнадцатого века. Но ничего поражающего воображение я не увидела. Мой вздох, переполненный разочарованием, удивил и заставил задуматься. Неужели я в своем возрасте еще верю в сказки? Я поскорее отогнала непрошеные мысли и поискала взглядом Мориса. Копны медных волос нигде не было видно. Зато передо мной словно из ниоткуда вырос высокий, темноволосый мужчина и загородил обзор.

– Доброго дня, мадина, – с легким поклоном произнес незнакомец. – Вы кого-то ищете? Могу я вам помочь?

Я тут же узнала голос Мориса и всмотрелась в лицо мужчины. Черные блестящие волосы, зачесанные назад, невыразительные черты, бледная кожа – ничто не напоминало похитившего меня мушкетера. Только глаза, отливающие зеленью, едва намекали на то, что передо мной все же Морис.

– Как ты это сделал? – в изумлении прошептала я. – Ты словно другой человек.

– Ты забыла? – усмехнулся он, на мгновение став самим собой пусть и под маскировкой. – Моя жизнь напрямую связана с умением перевоплощаться в кого угодно. Сегодня и ближайшие несколько дней на турнире я буду средней руки горожанином, потомственным поваром из небольшой семейной таверны. Мадар Морис Фабьер к вашим услугам.

Он отвесил поясной поклон, и