Император рухнул на колени и обхватил плечи руками. Паразит буквально разрывался на части: с одной стороны, его манила власть, ненависть и плоть, а с другой — тянул зов родных душ и обещание долгожданного покоя.

— Наши братья… — прохрипел паразит. — Они зовут нас. Они действительно живы…

— Идите домой, — мягко ответил я. — Ваша война наконец-то окончена.

Разрушенный зал содрогнулся от пронзительного, потустороннего воя. Это был оглушительный крик миллионов голосов, в котором слились воедино боль, облегчение и радость от долгожданного спасения.

Чёрные кристаллы на теле Императора пошли трещинами, и с мерзким хрустом осыпались на пол. Сущность окончательно покинула тело, когда чёрный туман со свистом сорвался с бледной кожи владыки.

Освобождённые души потянулись к золотому свету и сверкающей струйкой начали втягиваться прямо внутрь «Колыбели».

Император захрипел, пытаясь из последних сил удержать ускользающую власть. Он тянул руки к пустоте, но без поддержки паразитирующего роя всё было тщетно, ведь теперь он оказался тем, кем и был на самом деле — просто древним, жалким и сломленным стариком. Его пустые глаза закатились, и он рухнул на пол, потеряв сознание.

Но праздновать нашу победу было ещё слишком рано.

«Колыбель» в моей руке начала нагреваться, а мягкий золотой свет сменился тревожным багровым пульсом. Впитав в себя массу душ, сфера накопила запредельную энергию, которая теперь грозила разорвать саму реальность прямо в моих руках. Пространство вокруг шара искажалось от чудовищной температуры, а хитин симбиота на моей ладони задымился.

— Влад, она сейчас рванёт! — испуганно крикнула Ани, прикрывая глаза ладонью от слепящего света.

Стиснув зубы, я понимал, что у нас остались считанные секунды и просто так эту штуку в руках не удержать. Чтобы новый мир зажёгся и обрёл стабильность, ему был необходим мощный гравитационный катализатор — идеальный инкубатор для Большого взрыва.

Я перевёл взгляд на панорамные окна, за которыми бушевала чёрная дыра — та самая тюрьма, из которой всё это и началось.

— Кажется, пришло время для очень большого взрыва, — хрипло произнёс я, перехватывая раскалённую сферу и чувствуя, как плавится металл моей руки.

Глава 18

— Гайка перехвати управление телепортами! — заорал я в коммуникатор, морщась от запаха собственной горелой плоти. — Мне нужно скинуть эту бомбу прямо в сингулярность!

Кира громко закашлялась на другом конце связи. Я слышал, как на заднем фоне грохочут взрывы.

— Не могу, Влад! — голос девушки срывался на визг. — Гравитация «Зенита» заблокировала все каналы связи! Пространство скручено в бараний рог! Телепортация физически невозможна! Эта штука сейчас рванёт, и мы тут все взлетим на воздух!

Я грязно выругался сквозь стиснутые зубы. Оставить сферу здесь значило угробить всё, ради чего мы так долго сражались. Да и бросок её в космос приведёт к такому же результату.

— Значит, оформляем доставку курьером, — мрачно констатировал я.

— Влад, нет! — Ани посмотрела мне в глаза. — Мы обязательно придумаем другой способ! Не смей делать этого!

— Времени нет! — ответил я. — Всем немедленно эвакуироваться на борт Левиафана! Капитан, заводите двигатели и уходите в гиперпрыжок! Это мой приказ!

— Ты спятил, парень⁈ — пробасил Морж. — Мы своих не бросаем! Я тебе сейчас ноги оторву и сам эту дрянь потащу!

— Отставить геройство, здоровяк, — я криво усмехнулся. — Семён Аркадьевич, уводите их. Живо.

Старый капитан всё понимал.

— Удачи, сынок, — хрипло произнёс он в коммуникатор.

— Прости, но ты должна выжить, — прошептал я уже и Ани и тут же ударил её энергетическим разрядом, отбросив к противоположной стене.

После чего я медленно подошёл к окну и активировал симбиотический клинок.

— Нет, Влад! — воскликнула Ани, догадавшись, что я планирую сделать. — Это же безумие! Ты не выживешь!

— Я постараюсь, — усмехнулся я в ответ.

Что? Думаете, выжить в открытом космосе нельзя? Ошибаетесь, и однажды я это уже доказал. Так почему бы не повторить?

Я со всей силы ударил по толстому стеклу, и клинок легко прошёл сквозь него. В тот же миг окно пошло трещинами, и уже через секунду раздался тихий хлопок. Да, именно, так. Помп… и меня мощный рывок вырвал меня из Тронного Зала прямо в объятия бескрайнего космоса и чёрной дыры. Но в последний момент я успел заметить, как тяжёлые металлические щиты скользнули вниз, перекрыв Зал от безумной силы Вселенной, не позволив ей забрать Ани и Императора, будь он неладен.

Да, моей целью являлась чёрная дыра, которая желала поглотить меня целиком вместе с «Колыбелью» и делала всё для этого возможное. А я и не сопротивлялся, в конце концов, что значит жить одного человека, когда на кону стоят жизни миллионов?

Хотя, признаюсь, жить мне всё же хотелось…

И вдруг в моей голове раздался голос.

Это был не холодный машинный шёпот Вазара. И не мерзкий визг энтропийного паразита, а глубокий вибрирующий звук, напоминавший песню кита в бескрайнем океане.

«Ты делаешь то, что должно быть сделано, Капитан», — абсолютно спокойно произнёс Левиафан.

«Рассветный Странник». Его тон звучал настолько умиротворённо, что у меня по спине пробежал холодок.

«Но ты пойдёшь туда не один. Древние сотворили зло. Они использовали мою плоть для войны и заперли эту расу в агонии. Я — прямое наследие их преступлений. И я должен загладить их вину».

О чём ты?

«Этим заблудшим душам нужен наставник, — непреклонно продолжил Левиафан. — Им нужен надёжный страж, который не позволит им стать чудовищами. Я отдаю им своё сознание».

Я перевёл взгляд на багровую сферу. Её агрессивный свет смягчился и начал переливаться успокаивающим синим оттенком. Нематериальный разум корабля прямо сейчас перетекал сквозь подпространство внутрь артефакта.

«Спасибо за этот полёт, Капитан, — эхом отозвался затихающий голос. — Твой корабль будет ждать тебя».

Время буквально замерло, растягивая каждую секунду на часы. Я отчётливо слышал стук собственного сердца. А затем пришла гравитация.

Она не просто давила, она методично и со знанием дела рвала меня на куски. Я физически ощутил, как космос жадно вцепился в каждую клетку моего тела. Началась спагеттификация, из-за которой кости, мышцы и внутренности растягивались, превращаясь в тонкие нити.

Боль не поддавалась никакому описанию. Атомы кричали в агонии, разрывая связи друг с другом. Но сфера сияла ровным и спокойным светом. Внутри неё уже рождался новый, чистый мир, защищённый мудрым разумом Левиафана.

Я улыбнулся сквозь кровавую пену на губах.