просто так. Дело в том, что мой приёмный сын избрал своим сердцем вашу подопечную. Это совершенно точно, нет никаких сомнений. Вы и сами, наверное, заметили, насколько он к ней неравнодушен.

Что ж, я действительно это заметила. Если в пыточной, то есть в процедурном кабинете, появлялась Лучезара, Мэн Тинфэн тут же прекращал сквернословить и всё своё внимание направлял на неё, в эти мгновения его можно было на куски резать, не отвлёкся бы. И Светозар происходившее замечал, бурчал потом что-то вроде: “Нечисть блудливая! Так и пялится на мою сестру!”, но дальше бурчания его недовольство не заходило, похоже парень понимал, что происходит и что этот полудемонический поросёнок не может не пожирать взглядом нашу белокочанную капустку. А ведь девочка всего лишь ему спела! А Сан в новелле всего лишь сыграла на гуцине! Страшно подумать, но у меня у самой ведь тоже была дурная мысль спеть ему и сыграть! Может, конечно, дело вовсе не в музыке, но кто знает, вдруг этот полудемон заядлый меломан, хронический аудиал и любит исключительно ушами? Но слава Всемилостивой Гуаньинь, играть я не стала! Фух, пронесло! Лучезару, безусловно жаль, но за неё, в отличие от меня, есть кому заступиться, если “запечатлённый мальчишка” вдруг начнёт наглеть.

Несмотря на все драматические события я не забыла своё намерение выяснить у двойняшек их родословную и узнать, почему демонические духи почитают их чуть ли не как царских особ. Оказалось, что именно как царских особ этих двоих и почитают, потому что их трипрадедушка — один из четырёх царей Черноводья — повесил на их ауры свою особую “родительскую” метку, чтобы другие демоны знали, с кем имеют дело, и хорошенько подумали, прежде чем навредить или выказать неуважение. У этого демонического царя было несколько имён, прозвищ и титулов. Например, его назвали Лесной Царь, потому что правил он Тёмным Лесом, а ещё Костяной Царь, потому что хорошо управлялся с костями, или иначе Царь Костей, Кощеем его тоже называли из-за худощавого телосложения. А возлюбленную его, человеческую ведунью, по имени Ягника (“огненная” значит), в детстве дразнили Яга-Коряга, потому что она осталась без ноги, когда на их Заставу напала армия нечисти, и несколько лет ковыляла с деревянным протезом. Кощей ей потом артефактную костяную ногу сделал и хромать она перестала. Очень драматичная и романтичная у них получилась история, и без запечатления, как я теперь понимала, не обошлось.

Но это послушать, как сказку, хорошо, а вот самой становиться объектом запечатления мне как-то не хотелось. Уж лучше по-нормальному, по-человечески, без перегибов, присмотреться друг к другу, пообщаться, попереписываться, посомневаться, потом что-то решить. Да, возможно, это не так красиво и круто, как раз и навсегда с первого взгляда, но зато есть свобода выбора, а это дорогого стоит.

31. Как мимолётное виденье, как гений чистой красоты…

— Конечно, наши дети ещё очень юны, но что произошло, то произошло, — закончила Инь Шучунь свою речь о том, что её приёмный сын-полукровка запечатлелся, то есть по-демонически капитально запал на мою подопечную, действительно очень юную девицу, у которой даже Золотого Ядра ещё нет. Шустрая нынче молодёжь! Вот я в её годы!.. Рванула спасать незнакомого парня от пыльцы Закатного Мака, и теперь мы с этим парнем… М-да, плохой пример… Эх, как ни воспитывай ребёнка, а он всё равно вырастает похожим на тебя!

Мэн Тинфэн тоже был довольно молод, ему недавно исполнилось восемнадцать и он совсем только что перешёл на Третью Ступень Духовного Развития, хотя вообще не занимался классическим Самосовершенствованием, само взяло и развилось в тени системы циркуляции демонической Ци. Как ни парадоксально, но у этого полукровного индивидуума две системы до поры до времени каким-то непостижимым образом усиливали друг друга, но потом закономерный разлад всё же наступил. Невезучий всё-таки парень, самоуничтожения избежал, но в запечатление вляпался, а от этой напасти лекарства не существует.

— Госпожа Инь, — задала я вопрос, вызывающие у меня сомнения, — вы говорили, что запечатление происходит, когда высший демон переживает сильное горе, потеряв то, что было ему очень дорого, но ваш сын вроде бы ничего не терял, кроме самообладания.

— О, меня это тоже удивило, — вздохнула Лисица, было видно, что