только она приведет себя в порядок, эти странные проекции исчезнут сами.

Стоя перед рыбной лавкой «Жуанванхао», спиной к приближавшемуся, она слушала, как шаги становятся все ближе. Узнала звук мужских туфель, стучащих каблуками по земле.

– Ты пригласила меня сюда – я удивлен…

Услышав голос и убедившись, что это не галлюцинация, Юэсюэ спокойно обернулась к медленно идущей от входа на рынок фигуре:

– Как же иначе? В конце концов, нам придется столкнуться с этим вместе…

Сквозь дыры в ржавой кровле пробивался свет, освещая беспечного и развязного Се Вэньчжэ.

– Насчет того, что я первым получил повышение, – ты же не переживаешь?

– Дело Чэнь Линь Шуфэнь важнее.

– Ты должна понимать – это не только решение заведующего, но, возможно, и декана. – Даже если Юэсюэ говорила, что не придает этому значения, Се Вэньчжэ все же проявил искренность. – Да и попасть в Министерство образования не так просто, как думает Цзинфан. Недостаточно просто потрепаться об этом за обедом.

– Она приходила к тебе?

– Нет. Но по тому, как она злилась в тот вечер, я предположил, что, возможно, она меня неправильно поняла.

– Тебя волнует ее мнение?

– Боюсь, как бы она тебе лишнего не наговорила… – Се Вэньчжэ смущенно улыбнулся: – Она ведь не знает, что я привез тебя сюда сегодня?

– У нас с ней нет секретов, – твердо заявила Юэсюэ.

– Правда? Значит, ты ей все рассказала?

– Все.

– И что она думает? Если мы поженимся, она тоже пойдет за тобой?

– Ты хочешь обсудить это сейчас? Тогда я поеду обратно на поезде одна.

– Не надо. – Се Вэньчжэ схватил Юэсюэ, уже собиравшуюся уйти. – Я еще хочу посмотреть, как ты умудрилась раскопать столько информации в этом рыбацком поселке.

Он схватил ее за руку. Юэсюэ не удивилась, что его ладонь оказалась такой холодной. Она легко высвободилась из его хватки и смерила взглядом. Он жаждал получить от нее больше помощи. Определенно не галлюцинация – это был тот самый карьерист Се Вэньчжэ, которого она знала. Теперь половина его шансов на повышение находилась в ее руках. При этой мысли на губах Юэсюэ невольно появилась уверенная улыбка.

– Копать и не нужно – они сами все рассказывают, – усмехнулась она.

– Да? Я опрашивал местных торговцев – кое-что они говорили, но ничего существенного. Стоило мне заикнуться об А-Цю или Чэне, как они сразу менялись в лице.

– Ну конечно же.

– В смысле? Ты что, их подкупила?

– Не все такие, как твои друзья, ясно? – Юэсюэ с презрением посмотрела на Се Вэньчжэ, не выходившего за три предложения из темы денег. – Обычно у тебя столько связей – почему здесь они не работают?

– Это место слишком захолустное. Среди моих знакомых никто не парится с такими дырами.

– Значит, в местном отделении полиции у тебя тоже никого нет? – осторожно поинтересовалась Юэсюэ.

– Поверь, сейчас я еще больше тебя хочу завершить это исследование. – Если б не тот факт, что перед ним была только Юэсюэ, да и находились они в незнакомой рыбацкой деревне, вряд ли от Се Вэньчжэ можно было бы услышать почти умоляющий тон. – Давай просто нормально поработаем вместе, ладно?

– Тогда хватит болтать. Вот здесь – место, где упала малышка Хуан. – Юэсюэ обозначила участок. – А Чэнь Линь Шуфэнь ушла через тот выход. Повернешь за угол, пройдешь метров триста по дамбе – и вот ее дом. Двухэтажный особняк, где она жила с Чэнем.

– Но сейчас он пустует. – Се Вэньчжэ хотел знать места, где находили каждого ребенка, потому что верил: на местах должны остаться улики. – Когда я проверял в прошлый раз, ограждение еще не убрали.

– Да. До происшествия Чэнь уже развелся с ней. Потом дом остался ей одной.

– Похоже, ты действительно хорошо изучила это место… Ты нашла Чэня Цзин-цзая? – Се Вэньчжэ с некоторым смущением признался: – Я спрашивал у местных, но никто не знает, куда он переехал.

– Думаешь, я просто так позвала тебя с собой? В прошлый раз Чэнь Линь Шуфэнь попросила передать рисунок А-Цю. Взглянув на него, я подумала: эту картину должен увидеть и Чэнь.

– Где же этот рисунок?

– Не спеши. – Впервые за все время Юэсюэ удалось заинтриговать Се Вэньчжэ, и это чувство превосходства доставляло ей необычайное удовольствие. – Сначала осмотрись – разве не улики тебя интересовали?

Окинув взглядом рынок, Се Вэньчжэ лишь развел руками. Торговцы и покупатели приходили и уходили ежедневно – даже если б здесь и остались следы, их давно смыли в канализацию потоки воды, которыми рыбаки и торговцы птицей ежедневно чистили свои прилавки.

– Ничего. Мы опоздали – все уже вымыто до блеска. Пошли искать Чэня.

– Хорошо. Но сначала зайдем в храм Чжаосин.

– Насколько я помню, раньше ты ходила в церковь с профессором Ханной? – Се Вэньчжэ не мог скрыть изумления.

Наблюдая за его растерянностью, Юэсюэ впервые ощутила, как затягивает игра с чужими эмоциями.

– Неужели ты ни разу не был в Чжаосине?

– Я не молюсь богам. Да и мы здесь не как туристы. – Се Вэньчжэ с трудом представлял такую, как Юэсюэ, в храме. – И вообще, ты ведь совершенно не веришь во все это. Зачем тебе молиться?

– Разве можно приезжать в чужие места, не отдав должного уважения? – Юэсюэ вспомнила слова, которыми ее когда-то отчитывала Цзинфан. – Не знала, что американские ученые такие важные… Это же главный духовный центр местных – если не поклонишься, как они станут с тобой общаться?

– Значит, все, что говорили однокурсники, – правда? Ты ходила с Ханной в церковь только ради диплома? – Се Вэньчжэ вспомнил, как Юэсюэ постоянно отказывалась от встреч по выходным под предлогом сопровождения профессора на службу.

– Странно, что такой общительный человек, как ты, там не появлялся.

– Это слишком медленный способ. Пропустишь неделю – и прихожане начинают лезть с расспросами… Слишком хлопотно. – Тут в его голосе прозвучало что-то вроде раскаяния. – Но твой метод действительно заслуживает внимания. Медленно, но верно.

– Ты здесь всё осмотрел?

– Всё. Пошли в твой храм.

Выйдя с рынка, Юэсюэ, будто отомстив, с невозмутимым видом повела Се Вэньчжэ к Чжаосину. Тот же, жаждая информации, забыл о гордости и непрерывно уверял, что после повышения обязательно поможет и ей. Но Юэсюэ, вспоминая их разговор на рынке, понимала: предыдущие визиты Се Вэньчжэ в Шуйдиляо явно не были такими бесплодными, как он утверждал. Говоря о сотрудничестве старых бостонских друзей, он с каждой фразой лишь подтверждал свою ненадежность. Даже сейчас он продолжал утаивать часть правды, а значит, верить ему нельзя ни в чем. Слушая его напыщенные обещания, Юэсюэ с трудом представляла, какая женщина вообще согласится за него