— Я смотрела телевизор. Каким образом они оказались перед твоим лицом? — я улыбаюсь, кладя свою руку на его руку.

— Но потом ты оседлала меня, уставив их мне в лицо.

— Ты дёрнул меня на себя и сказал: «Объезди меня, наездница».

— Что ты и сделала, положив их мне на лицо, — подтверждает он, немного двигаясь, чтобы его член мог протиснуться в меня. — Позволь мне только добавить чаевые.

Я смеюсь, раздвигая ноги и давая ему доступ.

— Просто чаевые для моей задницы, — хриплю я, когда он вставляет кончик, затем ствол, а затем полностью погружается внутрь. Мы оба стонем, не говоря ни слова, пока он медленно трахает меня сзади, его руки играют с моими сосками, пока я играю со своим клитором.

— Хм-м-м, — тянет он позади меня. — Чёрт, ты такая мокрая.

Мои глаза закрываются, когда я впитываю ощущение его всего во мне, меня вокруг него. Сегодня утром мои чувства перегружены.

— Я собираюсь кончить, — шепчу я, чувствуя приближение этого своими сиськами, животом и клитором. Это уже слишком, поэтому я отпускаю себя, пульсируя вокруг него, раз, два, три раза, пока он не входит в меня до упора, и я не чувствую, как он кончает в меня.

— Ну, это было прекрасное доброе утро, — говорит Ной через пару минут, когда я отодвигаюсь, позволяя ему выскользнуть из меня. — Во сколько мы должны быть у твоей сестры? — уточняет он, когда я иду в ванную.

— Она сказала ланч, так что около полудня, — я замираю на месте. — Чёрт, меня тошнит этим утром.

— Опять? — удивляется Ной, вставая с постели и подходя ко мне. — Та же проблема, которая у тебя была.

Я смотрю на себя в зеркало.

— Я такая бледная.

— Ты прекрасна, — он обнимает меня за талию и улыбается. — Такая красивая.

— Да, да, да, — говорю я и начинаю готовиться к ланчу.

Когда мы подъезжаем к дому пару часов спустя, у меня снова урчит в животе.

— Кажется, я сейчас сблюю, — бросаю я, выскакивая из машины и входя в дом.

— Ну, тебя рвало большую часть ночи, так что я не думаю, что внутри тебя что-то осталось, — замечает Ной, выходя из машины и идя со мной.

— Ты в порядке? — спрашивает меня Лорен, как только я вхожу. Она занята приготовлением жаркого, и вид сырого мяса вызывает у меня ещё большую тошноту.

— Я просто чувствую усталость, и мне кажется, что я подхватила простуду, — я сажусь на табурет за стойкой.

Я вижу перемену в Лорен, счастье в её глазах, розовые щёки «меня только что оттрахали».

— Она не спала всю ночь. Знаешь, это любовь, когда ты подаёшь кому-то воду, пока он блюёт, — сообщает ей Ной, хватая кофейную чашку и наполняя её.

— Очень мило с твоей стороны, приятель, — комментирует Остин со своей стороны стойки, глядя на нас. И Остин, и Ной одеты в джинсы и рубашки на пуговицах.

— Я могу делать многое. Но не могу иметь дела со всей этой штукой с рвотой. Но я гордился собой, — он наклоняется и поглаживает меня по голове.

У нас нет возможности сказать что-либо ещё, как мы слышим мою маму.

— Тук, тук, тук! — кричит она, прежде чем войти в дом.

— Мама, ты испоришь всё, если ты просто войдёшь, — говорю я. — Что, если бы мы все были голыми?

Моя мама ахает.

— Сейчас полдень, почему ты должна быть голой в полдень?

— О боже мой, — фыркает Лорен себе под нос.

Дети сбегают вниз, кричат бабушке и дедушке.

— Привет, Остин, — приветствует его отец, ударяя по спине. — Как ты, сынок? Стоит ли нам ожидать сегодня наплыва пенисов? — он смеётся, когда подходит ко мне, чтобы обнять меня сбоку. — Эй, моя красивая девочка, — шепчет он.

— Кейли, ты выглядишь как смерть, — замечает моя мама, подходя, чтобы обнять меня, а затем и Лорен. — Остин, приятно тебя видеть, знаешь ли, без… — она делает движения руками, изображая форму пениса в воздухе.

— Это было весёлое время, — говорит Ной в свою чашку, улыбаясь, а Остин и Лорен зыркают на него.

— Я чувствую себя не хорошо, — говорю всем, вставая, чтобы пойти в туалет.

Я поднимаюсь наверх в свою ванную комнату. Когда вхожу, спальня выглядит такой пустой, никакой разбросанной одежды, никаких пустых стаканов у кровати, просто неподвижный воздух. Смотрю на тумбочку и замечаю там коробку с тампонами. Я подхожу к коробке, вынимаю один.

— Когда у меня были последние месячные? — говорю себе и стенам. Потом начинаю отсчёт в голове, и мои глаза широко открываются. — О нет, нет, нет, нет, нет, нет, нет! — возражаю я самой себе, подбегаю к столу и открываю ящик. Я хватаю тест на беременность, который получила в качестве подарка на свой последний день рождения. Он был в корзине выживания одинокой девушки вместе с презервативами, которые давно исчезли.

— Этого не произойдёт сейчас. Этого не может быть, — выдавливаю я и иду в ванную, пряча тест под рубашкой. Там открываю коробку и достаю инструкцию. Распаковав тест, я готовлю его к мочеиспусканию. Я стягиваю штаны и беру палочку, пока сажусь. Так и сижу, просунув руку между ног, и жду, когда из меня выйдет моча. — Отлично, а теперь у меня ещё и стеснительный мочевой пузырь, именно сегодня из всех дней.

Я сижу, думая об озёрах, воде, волнах — и ничего. Я немного привстаю, наклоняюсь и открываю кран с водой. Может быть, если я услышу, как бежит вода, мой мочевой пузырь сможет работать. Я не знаю, как долго я на самом деле здесь. Кажется, что целую вечность, час, может быть, два, но на самом деле проходит пару минут, когда, наконец, начинает выделяться моча, и я полностью промахиваюсь мимо теста, смачивая всю руку. Я останавливаюсь, смотрю между ног и направляю палочку под струю мочи.

Встав, я кладу тест на стол, убираюсь и мою руки. Я хватаю обмоченную палочку, снова пачкаю руки и смотрю на неё, пока читаю молитву. Я вижу, как одна полоска становится ярко-синей, поэтому тянусь за коробкой и читаю, чтобы понять, что это значит. «Не беременна». Я улыбаюсь, снова смотрю вниз и вижу, что появляется ещё одна линия, сначала слабая, как будто её нет, а затем становящаяся ярко-синей.

— О, чёрт, — хриплю я.

Может быть, он сломан. Может быть, этот испортился. Я провожу ещё один тест. Благодарение всем чертям, у меня тут комбо-упаковка, и я начинаю всё сначала. На этот раз писаю за считанные секунды. Я откладываю тест и смотрю: первая линия появляется сразу, а