— Прошлой ночью в три часа утра я проник в незапертую машину Бобби Полларда, припаркованную на улице перед соседним домом. Я установил устройство, которое технически является маленьким компьютерным чипом, но работает как будильник. В данном случае оно было настроено на срабатывание через пять минут после запуска двигателя.

— Что произошло, когда он сработал? — спрашиваю я.

— Он отключал ручное управление… ни тормоза, ни газ не работали, кроме как с помощью ножных педалей.

Он продолжает описывать остальную часть операции. Он установил другое устройство для измерения давления на ножные педали, и оба устройства можно было контролировать удалённо.

— Пожалуйста, проведите нас через то, что произошло, когда мистер Поллард начал движение.

Его презентация сокрушительна. Я ожидал, что когда ручное управление потеряет мощность, Поллард будет вынужден использовать ноги для управления и вождения, уверенный, что никто никогда не узнает разницы, поскольку он один. Удивительно, но Поллард ни разу не использовал ручное управление, пользуясь ножными педалями всё время. Каждый аспект этого измеряется компьютером.

Я отпускаю Лестера и пытаюсь представить копии медицинских записей Полларда. Они показывают, что он действительно был в аварии в Испании, но она была относительно незначительной. Авария оставила его парализованным, но лечащий врач не нашёл медицинского объяснения этому.

Дилан возражает против представления медицинских записей на том основании, что в зале суда нет никого, кто был бы квалифицирован для их заверения. Харрисон соглашается, как я и предполагал, и мы не можем их использовать.

Следующая — Карлотта Аббруцце, психиатр, к которой я ходил какое-то время, когда мой брак разваливался. Я решил, что не хочу, чтобы меня лечили, и мой брак распался, но мы с Карлоттой остались друзьями. У неё больше докторских степеней, чем у кого-либо из моих знакомых, и она легко квалифицирована для дачи показаний в этом деле.

Я прошу Карлотту объяснить психосоматический паралич. Простыми словами она объясняет, что, хотя нет физической причины для этого, сам паралич реален. Она также описывает, как человеческий разум, если он склонен к такому синдрому, может быть невероятно оппортунистичным. Незначительная автомобильная авария, подобная той, что была у Полларда, могла спровоцировать немедленный умственный ответ на развитие синдрома.

— Как долго это может длиться? — спрашиваю я.

— От нескольких минут до всей жизни. Когда он исчезает, пациент может намеренно продолжать симулировать паралич, если это обеспечивает ему умственный комфорт.

— Гипотетически, если бы молодой человек, чья жизнь была полностью посвящена футболу, пришёл к убеждению, что он недостаточно хорош, чтобы пробиться в НФЛ, могло бы даже это подсознательное осознание вызвать синдром?

— Определённо возможно, — говорит Карлотта.

Перекрёстный допрос Дилана относительно эффективен: он заставляет Карлотту признать, что она никогда не осматривала Полларда и не может быть уверена, что он когда-либо страдал от этого синдрома. В конечном счёте я удовлетворён её показаниями; присяжные понимают, что это возможное объяснение ситуации Полларда.

Чтобы увенчать этот необыкновенный день, я снова вызываю сокрушённого Бобби Полларда на место свидетеля.

— Мистер Поллард, — спрашиваю я. — Все ли ваши предыдущие ответы на мои вопросы были правдивы?

Его ответ краток:

— Я не отвечаю на основании Пятой поправки.

— Вы лгали о своём медицинском состоянии?

— Я не отвечаю на основании Пятой поправки.

— Вы убили членов общеамериканской команды старшеклассников, в которую вы были выбраны?

— Нет.

Я отпускаю Бобби и вызываю Пита Стэнтона. Он даёт показания об убийстве Адама, включая то, что компьютер Адама показал, что он расследовал общеамериканскую команду старшеклассников. Он также подтверждает, что счёт за телефон, которым Адам пользовался в моём офисе, показывает два звонка Бобби Полларду в день его убийства.

— И где был Кенни Шиллинг в тот день, когда убили Адама Стрикленда? — спрашиваю я.

— В окружной тюрьме, — говорит Пит.

Перекрёстный допрос Дилана быстр, как будто он не хочет уступать, что Пит сказал что-то важное.

— Лейтенант Стэнтон, вы арестовали Бобби Полларда за убийство Адама Стрикленда?

— Нет.

— Вы решили это сделать?

— Не в данный момент.

Дилан кивает; его точка зрения ясна.

— Но вы арестовали кого-то за это убийство?

— Сесара Кинтану, но он был освобождён за недостатком улик.

— И вы считали, что он был убийцей и что убийство было делом ошибочной идентификации? Не так ли?

— Тогда я так считал, но с тех пор я многое узнал.

— Но опять же, вы узнали недостаточно, чтобы произвести ещё один арест?

— Теперь это ненадолго, — говорит Пит.

Дилан улыбается.

— С трудом дождусь.

Пит покидает место свидетеля, и я вызываю доктора Стэнли Роббинса, моего последнего свидетеля сегодня. Он даёт показания о свойствах калия и его способности вызывать смертельные сердечные приступы, будучи при этом очень трудным для обнаружения.

Перекрёстный допрос Дилана краток, и очень насыщенный судебный день заканчивается. Когда я ухожу, прибывает Лори, которая выглядит несколько потрясённой своим опытом в телестудии с Терри Поллард.

— Это было ужасно, — говорит Лори. — Прежде чем она поняла, что мы делаем, она мне доверилась, рассказывая о том, какой трудной была их жизнь после травмы Бобби. Затем, когда она поняла, что происходит сегодня, и что Бобби симулирует эту травму… не думаю, что она подозревала, Энди.

Лори чувствует себя виноватой из-за того, что обманула её, и я тоже, но я не знаю, как можно было избежать этого.

Я знаю одно… я рад, что меня не будет, когда я услышу разговор в доме Поллардов сегодня вечером.

* * * * *

СЕГОДНЯ ВЕЧЕРОМ НА СОВЕЩАНИИ ПРЕДСТОИТ ПРИНЯТЬ САМОЕ ВАЖНОЕ РЕШЕНИЕ, которое адвокату защиты приходится принимать в каждом процессе: позволить ли подсудимому давать показания в свою защиту. Обычно это важное решение даётся без труда, и моим клиентам пришлось бы перешагнуть через мой труп, чтобы попасть на место свидетеля. Конечно, большинство из них предпочло бы именно так.

Это дело иное, главным образом потому, что Кенни — единственный, кто может подтвердить решающий факт: тему «командного собрания», которое те подростки провели в том ресторане много лет назад. В живых осталось только трое участников, знавших о пакте делиться друг с другом богатством из НФЛ. Один — Кенни, другой — Поллард, а третий — Деван Брайант, который сейчас служит в армии США в пятидесяти милях от Кабула, Афганистан. Брайант нам недоступен, а Поллард вряд ли станет помогать собственному разоблачению, так что остаётся только Кенни.

Кенни хочет давать показания, что типично для большинства подсудимых. По его мнению, он расскажет свою историю, и все ему поверят, и он сможет пойти домой. Эта фантазия сильнее у знаменитостей, чем у простых смертных; они привыкли, что их фанаты ловят каждое их слово. Проблема в том, что Дилан — не фанат.

Лори и Кевин разделились