не оставалось. И оборотни мчались вдоль берега реки, надеясь, что успеют к отплытию Никиты. Теперь стало ясно, что опоздали.

Воины дворцовой охраны спустились за рилевскими.

— Берегини справились, — радостно сообщили они, — воздух очищен от железа, дождь тушит пожары. Сейчас откроются броневые купола, сможете подняться на стену.

Рир и Димка вышли на улицу. Чувствовались запахи гари и крови, но в голосах воинов всё же слышалось облегчение. Могло быть гораздо хуже. Кое-кто из десятников вызвался проводить рилевских оборотней до их князя. Нашли того, конечно, на одной из боевых площадок западной стены.

— Рир! Димка! — Иван встретил братьев объятиями. — Живые! Молодцы! Как от Владимира сбежали? Я же его сам просил вас придержать!

— Ах вот, значит, как! — возмутился Рир. — Вот он почему кричал больше всех. Зачем ты так?

После того, как ворлаки забрали хранителя, Рир и Димка в сторону Рилевы и шага не сделали. На следующее же утро отправились к Вограду. Владимир встретил их радостно. Оборотни давно были знакомы с князем. Иван бывал у него частым гостем, как и Владимир у него. Так что воградский князь задержал братьев у себя.

Иван усмехнулся:

— Потому что знаю я вас. Только на ноги встали, а уже в драку лезете.

— Я из-за тебя с хранителем не поехал, — укорил Рир.

— Ты его и так долго вёл, — возразил Рилевский, — а провожатых и без тебя полно.

— Таких, как я, нет.

— Гордый ты, — засмеялся Иван, — и самолюбивый.

Князь повёл своих оборотней в гостевой двор, рассказывая по дороге:

— Корабль отплыл в Море Облаков, в сопровождении Вурда со своими и Лютик.

— А в городе что случилось? — спросил Димка. — Мы такого дождя за всю жизнь не видели.

— Скарад, конечно, — раздался знакомый голос.

Компанию догнала Софья. Оборотни радостно поклонились своей княгине. На её лице была заметна взволнованность.

— Думаю я, — ответила она на вопросительный взгляд Ивана. — Если взять в расчёт, сколько времени понадобилось берегиням, чтобы справиться с облаком, и то, что они задействовали талисман воды, можно подумать, что талисман воздуха дал Скараду силу для его создания.

— Талисман задействовали? — нахмурился князь.

— До сих пор его силу чувствую, — Софья была в этом уверена. — И вода под землёй звенит, ещё не улеглась.

— Это плохо? — тихо подал голос Рир.

— Это может многое значить, — заметил Иван. — Нужно поговорить с Брадой.

— Мы с вами, — сказал оборотень.

Князь покачал головой:

— Вряд ли Брада будет при вас говорить.

— Скажет уйти, уйдём, — упёрся Рир, — а пока мы с тобой.

Посыльный во дворце отыскал верховную берегиню довольно быстро. Встретил её на выходе из закрытого сада вместе с воеводой.

— Простите, госпожа, но князь Рилевы очень просит, — сказал он.

Брада разрешила, а Байтар недовольно нахмурился, особенно когда увидел Ивана, Софью и двух оборотней.

— Всё больше и больше, — хмыкнул воевода. — Что ж без музыки-то?

Иван, не обратив внимания на смешок Байтара, поклонился берегине.

— Госпожа, это друзья хранителя, они не раз спасали ему жизнь, — сказал он. — Позволь им остаться.

Брада оглядела молодых парней, припавших перед ней на колено, с интересом, словно увидела в обоих что-то, видимое только ей.

— Поднимайтесь, — сказала она и спросила уже Рилевича: — Зачем искал встречи?

— Узнать, есть ли известия с «Галиполя»?

— Вестей нет.

Берегиня больше ничего не добавила, и князь нахмурился:

— А око света? Оно что показывает?

— Ничего.

Иван всё больше не понимал:

— Брада, скажи прямо, Никита в плену? Я имею право это знать.

— Мы не знаем.

— Как вы можете этого не знать⁈

— Так и можем.

Софья внезапно сильно сжала его руку.

— У нас много дел, — сказала берегиня, — прости, Рилевич.

Она быстро ушла вместе с воеводой, а Иван повернулся к жене и вопросительно произнёс:

— Ну?

Софья быстро пересказала всё, что мысленно показала ей Брада, включая последнюю картинку ока света о спокойном полете корабля над землями Навии и следующее за этим быстрое отравление его вод.

Понятно, что о таком берегиня не могла сказать во всеуслышание. Возможно, никто больше и не узнает о том, что основной способ дальнего наблюдения потерян. Войскам перед битвой это совсем ни к чему.

— «Галиполь» может лежать на земле к настоящему моменту, — высказался Рир. — Надо направлять другой корабль по его пути.

Иван отрицательно покачал головой:

— Ни Брада, ни Байтар не отдадут такого приказа.

На лицах оборотней появилось удивление.

— Как Никита верно сказал: малого шанса достаточно, чтобы попытаться, а возвращаться совсем не обязательно, — невесело усмехнулся князь. — К назначенному времени «Галиполь» должен вернуться в порт. И если этого не произойдёт, вопроса о том, что с ним случилось, не возникнет.

Рир начал бледнеть.

— К тому же спасательная операция слишком опасна для самого же «Галиполя», — добавил Иван. — Если корабль дошёл до Рогароса незамеченным, а по его следу пустят ещё одно судно, «спасатель» может запросто вывести драконов прямо на него. Это большой риск.

— А сидеть и ждать, когда Скарад оторвёт Никите руку и нападёт на нас с силой двух талисманов, это не риск? — Рира наконец прорвало. — Не риск не знать, что произошло с кораблём? Облако железа, созданное воздухом и огнём, отравленное око — всё это говорит о том, что лезвие, скорее всего, уже в руках Скарада!

— Тогда помочь тем более невозможно, — жёстко сказал князь, — остаётся лишь ждать нападения.

Рир задохнулся от возмущения:

— Как ты можешь? Никита твоя кровь!

— Он знал на что шёл, — отрезал Иван, — я больше всех буду проклинать тот день, когда отпустил его. Но это не затуманивает мне разум, и я знаю, что спасательная операция ни к чему не приведёт. Пустая трата времени, сил и надежды. Без ока света нельзя узнать, где хранитель сейчас, нельзя просчитать путь на территории Навии и нельзя добраться до Темника.

— Я смогу! — зарычал оборотень. — Пойду один. Так у меня будет шанс пройти незамеченным мимо патрулей…

— И сдохнуть! — взорвался Рилевский. — Твоей шкурой обтянут щит аркаида!

— Я дал клятву…

— Ты её уже не