Сидит на центральном входе, через который я обычно не хожу, вот и вижу девушку раз в несколько месяцев.

А может, если бы чаще видел, то давно понял бы, какая прелесть у меня под носом работает.

Из прихожей доносится гомон женских голосов. Парочка незнакомых и Сашин — приглушённый, растерянный.

— Девочки, деда Мороза для Митеньки заказала, а он время перепутал и заявился, ещё и не совсем трезвый. А я не могу выгнать вот так просто, так что вы не пугайтесь, — заранее оправдывается.

Какой голосок-то у неё приятный. Нежный, ласковый, но сейчас чересчур встревоженный. И всё из-за меня.

— Скажи ещё, что бедного в чувства приводишь и кофеёчком отпаиваешь, — фыркает какая-то фифа.

— Типа того, — бурчит Саня в ответ.

— Ох, ты ж наша сердобольная, — возмущается вторая подружка. — Мало тебе? Проблем. Уже помогла один раз бедному несчастному начальнику, а теперь вот сына растишь в одиночку.

От слов подружки бросает в пот. В смысле, у Саши ребёнок от какого-то её бывшего начальника?

Или не бывшего?

— Девочки, да вы о чём? — удивляется Сашенька.

И мне так жалко становится, что какие-то курицы на эту нежную девочку набросились. Да, они чересчур добрая, уже могла бы давно меня выпроводить, а не выпаивать лекарствами. Ничего ведь не должна мне.

— Нет никаких проблем. Просто человеку нехорошо, вот… — оправдывается.

— Знаем мы, — продолжают умничать подружаки. — Вечно помогаешь всяким.

Не выдерживаю.

Поднимаюсь со стула и иду прямиком в прихожую, на ходу натягиваю обратно шапку и цепляю бороду. Сейчас я устрою этим дамочкам — мало не покажется.

— А кто это плохо вёл себя в прошедшем году? — проговариваю строго.

Девушки замолкают, как по команде.

То-то же.

— Ой, и вправду, дедушка, — хихикает одна из них — блондинка.

Смотрит на меня так, будто насквозь пытается просканировать и вероятнее всего узнать возраст и размеры кошелька. А может, и не только кошелька.

— Какой крепкий дедушка, — комментирует вторая томным голосом.

Только всё равно у Саши голос самый приятный, и эти фифы разодетые — в мини и на каблуках — с подругой не сравнятся.

Всегда любил шикарных женщин. Чтобы ухоженная была, статная, высокая, а сейчас смотрю на невысокую хрупкую Сашу и понимаю, что при других обстоятельствах уже пригласил бы её на свидание.

И что на меня нашло?

Будто магнитом тянет к девушке, а ведь я с ней едва знаком. По работе почти не общались и знаем друг друга очень плохо.

Интересно, а сколько времени она у меня в центре работает?

Можно бы позвонить в отдел кадров, но в выходной как-то не очень это. Придётся самому вспоминать.

— Дедушка Мороз, а где твои подарочки? — щебечет блондинка.

А я вдруг вспоминаю про Митю. Малыш ведь подарков ждёт от деда Мороза, от меня, то есть.

А я что же, с пустыми руками так и буду?

Не годится. Надо подарки организовать, да и себя в порядок привести не помешает.

— В упряжке, у оленей, — бросаю, отшучиваясь, подмигиваю напоследок Сашеньке и выхожу из квартиры.

Надеюсь, Александра поняла мой посыл и пустит обратно.

Подружки её, кажется, впечатлились и теперь не станут цепляться к девушке, что самое главное.

Ну, а я вернусь через пару часиков. Какой новый год и без подарков?

Глава 7

Дверь закрывается за Тимофеем, а я растерянно хлопаю ресницами.

Ушёл…

Ну, вот и всё.

— Да уж, Сашка, по голосу это был никакой не дедушка, а крепкий такой… — сжимает кулак, потрясая им в воздухе Полина, — крепкий такой мужик.

Подруги завистливо вздыхают, а мне не до них сейчас.

Всё мысли о прошлом. О моём угрюмом боссе. О Морозном.

Кажется, мужчина пришёл в себя и решил скорее уйти. Да, оно и понятно, что тут забыл такой, как мой босс?

Только случайность могла привести Морозного в мою квартиру, и имя этой случайности Александра.

— Мама, а где папа Молоз? — с огромной машинкой наперевес в прихожую выбегает Митенька.

— Папа Мороз? — хором повторяют подруги.

Боже…

Вот только этого мне всего накануне нового года не хватало. И так проходной двор с утра, теперь ещё и с девчонками объясняться.

Но сначала надо сына успокоить.

— Девочки, проходите на кухню, Полиш, чайник включай, — командую, чтобы в прихожей посвободнее стало.

Вообще мне не до посиделок сейчас, но раз уж подруги пришли — не выгонять же их.

— Мама… — продолжает канючить Митя.

Дожидаюсь, когда девчонки скроются за дверью кухни, присаживаюсь перед сыном на корточки.

— Малыш, понимаешь, этот дедушка…

— Папа. Это был папа Молоз, — уверенно произносит Митя.

Хмурится — точь-в-точь, как отец. В такие моменты они становятся безумно похожи, и если бы Морозный был в более вменяемом состоянии, то понял бы всё с первого взгляда.

— Хорошо, как скажешь, — знаю, что спорить бессмысленно.

Кровь не вода, и характер у моего малыша тоже под стать отцовскому.

Понимаю, что мне будет всё труднее и труднее с моим мягким нравом воспитывать из Мити настоящего мужчину, но что поделать. Другого родителя у него рядом нет.

— В общем, этот папа Мороз уехал, понимаешь? Его ждала упряжка с оленями, потому что ещё много деток сегодня хотят увидеть этого… папу Мороза.

Понимаю, что несу какой-то бред, но напротив ведь ребёнок, вдруг прокатит?

Да и выхода у меня другого нет. Морозный и в самом деле ушёл, что я могу сделать.

— Я хотел показать ему свою машинку, — насупившись, выдыхает Митя.

Прижимаю сыночка в себе, поглаживаю по спинке рукой. Мне безумно жаль, что ему пришлось разочароваться во взрослом человеке, но и Тимофея винить нельзя, он ко мне домой не напрашивался. Пришёл в себя и скорее покинул мою скромную квартиру, ведь с самого начала было видно, что ему здесь некомфортно.

— Пойдём чаю попьём, мой сладкий, — увлекаю сына за собой на кухню.

Подружки мои, которые чувствуют себя здесь, как дома, уже заварили чай, разложили пирожные, которые принесли с собой, по тарелкам.

— А вы почему без Насти? — спрашиваю, усаживаясь за стол. — Опять Ратмир не отпустил её? — добавляю с горечью в голосе.

— Ой, ты же знаешь, он не любит, когда она с нами встречается, — отмахивается Полина.

М-да, уж лучше жить так, как я. Пусть и родила вне брака, зато сама себе хозяйка, никому ничем не обязана. А вот Настёна у нас влипла знатно: парень бросил, а тот, за кого пришлось выйти по настоянию родителей, самый настоящий тиран.

— Я ей позвоню потом обязательно, — произношу вслух задумчиво.

Около часа подруги гостят у меня. Трещат без умолку,