развитие равновесия, — напутствовал меня Рис, и в его голосе все еще звучало негодование.

Внизу подо мной послышался звон, но я не рискнула посмотреть туда.

— Что ты там делаешь? — окликнула я его.

— Не отвлекайся. Плечи не двигаются, спина в покое, голова не двигается. Подними руки выше плеч. Они должны помогать тебе искать баланс, как и свободная нога, между прочим.

Я почувствовала, как Рис поднялся ко мне по каменным ступеням.

— Не поворачивай голову и замри, — попросил он, и мне стало немного жутко от его просьбы. Я корила себя за недоверие, но поделать с этим ничего не могла.

Я ощутила, как Дарис аккуратно опустил мне на голову что-то холодное и тяжелое.

— Стакан с водой, — пояснил он. — У меня их, конечно, много, но ты все же постарайся не разбить ни один.

Как раз в этот момент я закачалась и стакан слетел вниз. Раздался треск, звон, хруст.

Дарис спустился вниз, взял из дальнего угла метлу и смел стеклянные осколки в угол.

— Ну вот! Это был один из моих любимых, с волютами! Он из сервиза моей прабабушки! — заворчал Дарис.

— Ты решил своими экспериментами разбить весь сервиз твоей прабабушки? Ты уверен, что он из твоих любимых? А то мне начинает казаться, что ты им не больно-то дорожишь, — буркнула я.

Дарис выругался.

— Когда ты не удержала стакан, мы проспорили Лирину сто серебряных монет, — холодно сообщил он.

— В смысле, мы? — взвилась я, и мое прерывистое дыхание начало мешать мне удерживать равновесие.

— Я поставил на то, что ты не разобьешь ни одного. Я же верил в тебя, Имоджен! — попытался оправдаться Рис. — А Лирин, мерзавец, сразу сказал: «Ставлю на то, что от твоего сервиза не останется ни одного стакана».

Я сорвалась вниз, но, благо, успела поймать правой рукой канат, вовремя взмахнув ей.

Дарис встал снизу так, чтобы поймать меня.

— Ну уж нет. Я ненароком могу переломать тебе кости. Не думаю, что ты отрастил себе лишние, — буркнула я.

Дарис рассмеялся и поманил меня пальцем. Моя хватка слабела. Мои мышцы не были настолько крепки, чтобы продержаться на весу и пять минут, в итоге я все же рухнула на Дариса. Он поймал меня, мы вместе с грохотом упали на пол, чуть прокатившись вбок.

— Цела? — нежно спросил он, убирая выбившуюся прядь у меня с лица.

Я попыталась сдуть эту прядь, чем ещё больше раззадорила Дариса. Где-то вдалеке гремел гром. Бушевала гроза. Я уперла руки ему в грудь. Дарис все понял по моему взгляду.

— Ох, Имоджен! — застонал он. — Опять⁈ Неужели я никогда не смогу просто поцеловать тебя?

Я сжала губы и мотнула головой.

— Ладно, — сдался Дарис, отпуская меня. — Я дам тебе фору в пять минут. Если тебе так нравится играть в догонялки и прятки, что ж… Не хочу, чтобы то, что случилось с Вирджинией отбило у тебя эту охоту.

Я проглотила ком в горле и, взвизгнув, бросилась бежать. Сила во мне ликовала. Мои ладони покалывало. Сила шептала мне, звала меня. Я бежала за громом и молниями. Они стали моей заповедной тропой. Я не хотела и не могла противиться этому зову. Я летела наперегонки с ветром. Аромат разреженного озона, хвои и мяты… Аромат особого рода магии, которая манила меня к себе, указывала путь. Сверкали молнии, хлестал дождь, но я их не замечала. Я торопилась туда, куда звала меня магия.

Начался небольшой перелесок. Углубившись внутрь, я остановилась перед тоннелем, сплетенным из паутины. Мои мысли замедлились. Тоннель,