раны. Сначала руки – ссадины на запястьях, промакнул пальцы, где были сорваны ногти. Вера молча терпела, лишь изредка вздрагивая, когда я касался особенно болезненных мест.

– Больно? – спрашивал я.

– Терпимо, – выдыхает едва слышно.

После обработал царапины на шее и плечах. Они были неглубокими, но выглядели так, что мне хотелось стереть их здесь и сейчас – следы от ногтей и грубых рук.

– Кайрон, – вдруг тихо сказала она. – Спасибо. За все.

Я замер, держа полотенце в руках.

– Не благодари меня за то, что я должен был сделать, – сказал я хрипло.

– Должен был?

– Да. – Я встретил ее взгляд. – Потому что ты...

И не смог продолжить. Слова застряли в горле.

Потому что ты мой мир. Потому что я готов убивать за тебя. Потому что мысль о твоей потере сводит меня с ума.

Глава 31.2

Вера

– Потому что ты... – Кайрон замер, не договорив.

Я смотрела в его глаза, ожидая продолжения. Но он молчал, и в этом молчании было что-то болезненное.

А потом он наклонился и поцеловал мое запястье. Там, где была глубокая ссадина от веревки.

Я замерла от неожиданности. Его губы были теплыми, нежными, такими бережными, словно он боялся причинить мне еще больше боли.

Он поцеловал каждый раненый палец. Каждую царапину на руке. Потом губами коснулся ссадины на плече.

– Кайрон... – прошептала я.

Но он не остановился. Целовал мои раны, как будто мог излечить их прикосновениями губ. А я смотрела на него, на этого сильного мужчину, стоящего передо мной на коленях, такого нежного и осторожного.

И что-то во мне… рухнуло. Та стена, которую я пыталась возвести, чтобы не дать всему внутри вырваться наружу. Не показать, не напугать, не заставить переживать за меня еще больше…

Слезы хлынули из глаз потоком. Все, что я сдерживала – страх, отчаяние, боль – все вырвалось наружу. Я плакала навзрыд, как ребенок, даже не пытаясь больше остановиться.

– Вот так, родная… лучше так. Оживай. – Кайрон мгновенно оказался рядом, на кровати, обнял меня. – Все хорошо. Все позади.

– Мне было так страшно, – всхлипывала я в его плечо, стискивая ткань его рубашки, словно это способно было удержать меня в реальности. – Так страшно там...

– Я знаю, – он гладил меня по волосам, баюкая. – Знаю, родная.

– Я думала, что больше никогда не увижу тебя. И Томаса. Думала, что они...

– Но этого не случилось. – Его голос был твердым, уверенным. И это позволяло мне не нырнуть обратно в обрывки тех воспоминаний. Не уйти еще глубже в истерику. – И больше не случится. Я не позволю.

– А если в следующий раз...

– Не будет следующего раза, – перебил он. – Я научу тебя защищаться, если захочешь. Но главное, я буду рядом. Всегда рядом.

Он обхватил мое лицо обеими руками. Бережно укрыл ладонями. Большими пальцами вытер слезы.

– Я люблю тебя.

Вот так просто.

Мое сердце пропустило удар.

– Любишь?

– Да, – кивнул он. В уголках его глаз вдруг показались морщинки. Он улыбался? – Люблю. И когда сегодня понял, что могу тебя потерять... – он сглотнул. – Это был худший день в моей жизни.

Я смотрела на него, не в силах поверить услышанному. Все эти месяцы я не могла понять, кто я для него. Просто удобство? Няня для сына? Помощница по хозяйству. Еще одна забота… Или женщина, которой он дорожит?

А он меня любит.

– Я тоже, – прошептала я. – Тоже тебя люблю.

Что-то изменилось в его лице. Напряжение ушло, уступив место чему-то мягкому и светлому.

– А вы... того... – из коридора вдруг послышался голос Томаса. Мы оба повернулись к нему. – Целоваться будете? А то я отвернусь.

Я покраснела до корней волос, а Кайрон рассмеялся. Искренне и тепло.

– А хочешь – поцелуемся? – сказал он, глядя мне в глаза.

– Хочу, – прошептала я.

Он наклонился ко мне, и наши губы соприкоснулись. Поцелуй был нежным, бережным. В нем не было страсти – только любовь, облегчение и обещание защиты.

– Фу, какая гадость! – засмеялся Томас, но звучало это радостно. А сам уже торопился к нам.

Подбежал к кровати и забрался к нам. Теперь мы обнимались втроем – большая, странная, но такая правильная семья.

– Значит, ты теперь будешь папиной женой? – спросил Томас.

Я посмотрела на Кайрона. Он мягко улыбался, но в глазах был вопрос.

– Я думаю пока рано… – я даже растерялась.

– Будет. Конечно будет, – Кайрон потрепал сына по макушке. И повернулся ко мне, добавил чуть тише: – если конечно захочет.

– Захочет, – отозвалась я.

И поняла, что это правда. Несмотря ни на что – на похищение, на страх, на все трудности – я хочу быть здесь. С ними. Навсегда.

– Ура! – Томас подпрыгнул от радости. – У нас будет настоящая семья!

– У нас уже есть настоящая семья, – поправил его Кайрон, крепче обнимая нас обоих.

Это тоже было правдой. Мы уже семья. Может быть, стали ею еще тогда, в первый вечер, когда сидели у камина втроем.

А все остальное – просто формальности.

Эпилог 1

Весна пришла в внезапно… За одну ночь снег почти растаял, а на деревьях набухли почки. Утренний воздух пах свежестью и новой жизнью, и я с удовольствием вдыхала его полной грудью, стоя у открытого окна.

– Замерзнешь, – Кайрон подошел сзади, обнял за плечи, накинул на меня шерстяной платок.

– Не замерзну, – улыбнулась я. – Весна же.

– Весна весной, а ветер еще холодный.

Эта забота, такая простая, такая обыденная, каждый раз наполняла меня теплом. За те недели, что прошли с моего похищения, многое изменилось. В первую очередь, я перестала скрывать свои чувства к Кайрону, да и он больше не прятался за маской сдержанности.

Мы спали в одной постели, хотя первое время Кайрон был удивительно сдержан и осторожен, не позволяя себе