— Да черт с вами, — махнул рукой и вышел из комнаты. Вернулся через несколько минут, неся небольшую шкатулку красного дерева.

— Это восточный жемчуг, — сердито произнес он, открывая крышку. Похоже, от сердца отрывал. — Ожерелье моей покойной матери. Оно стоит как минимум двенадцать золотых.

Я осмотрела жемчуг — действительно прекрасный, с легким розоватым оттенком. Каждая бусина идеально подобрана по размеру, форме и цвету.

— Вы ведь понимаете, что если обманули меня с его стоимостью… — начала было я, но Вестекс вскинулся.

— Думайте, что говорите. Обо мне всякое болтают, но я уж точно не лжец.

Я оценивающе поглядела теперь на него. Не скажу, что моей внутренней Эрнестине много было про него известно, но чутье подсказывало, что уж в этом он не врет.

— Хорошо, это подойдет, — кивнула я и убрала ожерелье в сумку. — Я передам его лорду Бейлизу как оплату вашего долга.

Вестекс проводил взглядом драгоценность и проследил, как я застегнула защелку.

— Но как я узнаю, что вы действительно отдадите это Бейлизу? И что он согласится?

— Вот расписка, — я достала лист бумаги и быстро дописала несколько строк. — Подпишите, и дело будет закрыто. Лорд Бейлиз уже согласился на такой вариант.

Это была маленькая ложь, но я была уверена, что при виде качественного жемчуга Бейлиз не станет возражать. К тому же, он был не в том положении, чтобы привередничать.

— Только скажите, пусть прибережет его. Я потом отыграюсь.

Я едва сдержала смешок, вовремя прикрыв рот ладонью. Вот ничему людей жизнь не учит.

Вестекс подписал бумагу, и я покинула его дом с новым приобретением.

К полудню моя сумка приятно оттягивала руку. Помимо долга, который я забрала в итоге у Бейлиза (жемчуг-то ему очень понравился. Особенно тот момент, что Вестекс собирался за него отыграться), я собрала векселя от торговца тканями, серебряную шкатулку с камеями от вдовы судьи Корнела и даже умудрилась договориться с хозяином пивоварни о том, чтобы ввести свою пивную линию на его производстве. Последнее, конечно, было в далеких перспективах, но мы неплохо разговорились. И он, к слову, отдал мне долг наличными без лишних разглагольствований.

Последней в моем списке была госпожа Мейли, владелица небольшой, но популярной швейной мастерской. Ее долг был одним из самых скромных, всего три кроны, но я решила не пренебрегать даже такой суммой.

Мастерская оказалась маленькой, но уютной. Повсюду были развешаны отрезы ткани, стояли манекены с недошитыми платьями, а в углу несколько молодых девушек прилежно трудились над вышивкой. Попутно, конечно, еще и тихонько хихикали, но как без этого?

— Леди Хаффер! — госпожа Мейли, хрупкая женщина с умными глазами и седыми волосами, собранными в аккуратный пучок, поспешила мне навстречу. — Какая приятная неожиданность!

Я улыбнулась, отмечая искреннюю теплоту в ее голосе. Возможно, здесь не придется прибегать к уловкам. И хорошо бы, потому как за этот день я уже устала от притворных улыбок и приторных речей, пропитанных фальшью.

— Госпожа Мейли, я по поводу вашего долга, — я сразу перешла к делу.

Ее лицо слегка омрачилось. Впрочем, не настолько, чтобы начать придумывать, как сыграть с ней. Она вздохнула, поправила подушечку для иголок, что была прикреплена к ее запястью, но все же заговорила довольно активно:

— Да-да. Я как раз собиралась на днях навестить господина Хаффера, раз уж он вернулся в город. У меня все готово.

Она провела меня в маленький кабинет и достала из секретера небольшой мешочек.

— Вот, три кроны, — она отдала мне деньги. Похоже, и правда готовилась, раз сумма (а я проверила), была отсчитана ровно нужная. — Я могла бы вернуть их раньше, но был большой заказ на приданое для дочери мельника, и все деньги ушли на материалы. Теперь, когда заказ выполнен и оплачен, я могу погасить долг.

Я приняла мешочек, несколько удивленная простотой этой встречи. Впрочем удивление сие было приятным.

— Благодарю вас, госпожа Мейли. Вот расписка о погашении.

Она с облегчением подписала бумагу, а когда я уже направлялась к выходу, неожиданно предложила:

— Может, хотите чаю, леди Хаффер? У вас такой усталый вид, а у меня есть отличный сбор.

Я глянула в окно — до дома еще минимум час пути, и было бы неплохо передохнуть. Тем более, что я и правда закончила на сегодня.

— С удовольствием, — согласилась я.

За чаем госпожа Мейли оказалась приятной собеседницей. Она рассказывала о последних городских новостях, о модных тенденциях, а я внимательно слушала, запоминая полезные детали.

— А знаете, — вдруг сказала она, понизив голос, — ходят слухи, что кто-то из городского совета замешан в нечистых делишках с контрактами на поставку камня для новой ратуши.

Я сделала вид, что меня это не особенно интересует, этакий вежливый интерес. Но на деле ушки навострила.

— Вот как? И кто же?

— Точно не знаю, — она покачала головой, — но говорят, что ваш муж может быть в курсе. Он ведь участвует в финансировании.

Главное было теперь не подавиться чаем. Охохо, Дирк Хаффер. Компромат на тебя сам плывет мне в руки.

— Дирк? — я состроила удивленный вид. — Но он не говорил мне, что финансирует ее строительство.

— Ох, правда? — госпожа сделала вид не менее игриво-удивленный. Кажется, обе мы понимали эту игру и были на одной волне. — Как это странно, ведь многие в городе говорят об этом, может… слухи?

— Попробую расспросить его, — я покачала головой. Да, мне так обидно.

— Ох, дорогая, — Мейли похлопала меня по ладони. — Мужчины часто не ценят женский ум. Признаться, я думала, вы потому и стали собирать долги, что вашему супругу нужны дополнительные финансы.

И в следующие полчаса я узнала, как и что говорили о Дирке. И в каких махинациях подозревали. Само собой госпожа портниха не говорила всего в прямую, но она дала мне явное понимание, что ей уже известно то, как я распорядилась прочими расписками.

— Мастера торговой гильдии тесно дружат семьями, леди, — напоследок заверила меня госпожа Мейли. — Вы показали себя с иной стороны, нежели ваш муж, и среди нас это уже известно. Если уж и иметь дела с семьей Хаффер, то с вами. Так говорят. И я вижу, что это верно.

— Спасибо за чай, госпожа Мейли, но мне пора