домашнего яда, я осмотрелся и почувствовал неприятный укол в груди. Больно было думать, что она прожила тут восемнадцать лет. Настоящая дыра. И это не снобизм. Я и сам жил в сомнительных местах. Но это… Это было реально жуткое место. Комната чистая, но старая и полуразваленная. На стенах — голая штукатурка, местами осыпавшаяся, а потолок, судя по тому, что я видел снаружи, протекал. Деревянная лестница в углу без ковра, без лака, шаткая. Пол из неровного бетона, местами просевший. Мебель — старье, половина покорежена, часть явно самодельная.

— Прости, какао закончилось, — сказала Ли, возвращаясь и протягивая мне кружку с паром. — Придется обойтись кофе.

Спасибо тебе, Господи.

— Кофе отлично, — выдохнул я, вдыхая аромат. — Спасибо.

— Ничего, — тихо ответила она и щелкнула пальцами. — Пошел, Бруно, гуляй.

Пес нехотя спрыгнул с дивана и вышел во двор.

— Молодец, — сказала Ли ласково, закрывая за ним дверь.

Я мысленно послал еще одно огромное спасибо наверх.

— Значит, ты все-таки здесь, — сказала она, возвращаясь и опускаясь рядом. Сдула пар с кружки и сделала глоток. — И расскажешь, зачем? Только без сказок про то, что приехал через полстраны ради любовных делишек Дерека.

— Конечно, Принцесса, — усмехнулся я, ставя свою кружку на стол и стараясь не думать о том, что, возможно, происходит наверху. — Но сначала ты скажи, зачем ты здесь на самом деле.

— Ты знаешь, — нахмурилась она. — Мой отец…

— Я знаю, что у твоего отца был сердечный приступ, — перебил я, отставив ее кружку рядом с моей и повернувшись к ней. Я взял ее за руку. — Я хочу знать, что ты здесь делаешь ты, малышка.

— С кем ты говорил? — прошептала она, побледнев.

Соврать или сказать правду?

Да к черту.

— Дерек сказал, что у тебя с отцом не все гладко, — признался я, морщась. — И кое-что еще… такое, что заставило меня усомниться, зачем ты вообще сюда вернулась. — Я медленно провел большим пальцем по ее дрожащей руке. Я чувствовал, как бьется ее пульс — и черт возьми, мне хотелось прижать ее запястье к губам. — Что ты тут делаешь, Ли? Ты ему ничего не должна.

— Это не твое дело. Ни твое, ни Дерека, — прошептала она, и глаза наполнились слезами. — Ты ничего не знаешь…

— Ли, не играй со мной, — сказал я, обхватывая ее лицо ладонями и заставляя посмотреть на меня. — Я же забочусь о тебе, черт возьми. Хочу помочь. — Я тяжело выдохнул, прижимаясь лбом к ее лбу. — Пусти меня обратно, малышка.

Ли

— Тебе плевать на меня, Кайл, — выдохнула я, чувствуя, как ком подступает к горлу. Я была как в ловушке — загнанная, уязвимая. — Не ври мне в глаза.

Я покачала головой и отодвинулась, пытаясь поставить хоть немного расстояния между ним и своим сердцем.

— Господи, — всхлипнула я, закрывая лицо руками. Он знал. Он знал про отца.

Чертова Кэм!

— Ты не должен был знать, — прошептала я хрипло. — Никто не должен был.

— Чушь, — бросил он, резко поднимаясь на ноги и проводя рукой по темным волосам. Он был на взводе. — Я забочусь о тебе, Ли. Иначе зачем бы я был здесь? — Сжавшись от напряжения, он начал метаться по комнате, как будто в нем бурлила энергия. — Я знаю, что постоянно все порчу, ладно? — с раздражением добавил он. — Понимаю. Но я не вру — мне правда не все равно. Очень не все равно. Поэтому, черт возьми, впусти меня.

Он подошел ближе, опустился передо мной на колени и аккуратно коснулся моей щеки.

— Я забочусь о тебе, — повторил он медленно, глядя мне прямо в глаза. — Поговори со мной.

— Нет, — я покачала головой и дернулась, но он не отпустил.

— Пусти меня внутрь, — прошептал он, заправляя локон мне за ухо. — Я не подведу тебя больше.

— Я тебе не верю, — выдавила я, сердце бешено колотилось. — Ты всегда подводишь. И каждый раз больнее, чем в прошлый.

— Знаю, — в его глазах мелькнула боль, плечи напряглись. — Но с этим покончено. Я больше не собираюсь все разрушать. — Он выдохнул и продолжил: — Поговори со мной. Позволь помочь.

— Что ты хочешь знать, Кайл? — голос мой сорвался, и словно плотина внутри рухнула. — Что отец избивал меня до полусмерти? Или как он запирал меня в этом чертовом доме, не давая видеть нормальную жизнь? — он вздрогнул, а я всхлипнула. — Или, может, рассказать, как он вытащил меня из школы на последнем курсе и похоронил все мои мечты? — я не могла остановиться. — Это тебе поможет, да? Вот это ты хочешь услышать? Хочешь, чтобы я впустила тебя в свой ад?

— Ли…

— Тебе нравится слушать, как я разваливаюсь на куски? — сорвалось с меня. — Ну вот, слушай. — Я всхлипнула и прошипела: — Оказывается, я такая же сломанная, как и ты. А может, даже хуже.

— Иисус, Ли, я не…

— Хочешь увидеть? — вдруг сорвалось с моих губ. — Хочешь увидеть, что он сделал с моим телом? — я дернула майку через голову. — Так тебе легче станет, да? Посмотреть, как он бил меня за то, что я якобы шлюха, — но, похоже, вы оба думали одно и то же.

Кайл вскочил, нахмурившись, но я не отступила.

— Он тебя бил? — спросил он тихо.

— Вы оба, — выдохнула я, положив руку себе на грудь. — Только шрамы от тебя внутри.

— Ли, не надо, — хрипло сказал он. — Я не хотел…

— Да смотри уже! — я сорвала с себя пижамные штаны, отступила и повернулась спиной. — Вот она я, Кайл, — прошептала я, дрожа. — Вся в шрамах, испорченная, далекая от твоей идеальной Рэйчел. — Сбившимся дыханием добавила: — Я сломана.

— Господи, — он втянул воздух сквозь зубы. — Что этот ублюдок с тобой сделал?.. — я почувствовала его пальцы на спине и вздрогнула.

— Не трогай меня, — предупредила я, застыла.

Он все равно обнял, притянул к себе.

— Я сказала, не трогай меня, Кайл!

— Не сопротивляйся, — прошептал