В один из дней позвонил ее бывший муж Вячеслав, недавно вышедший из тюрьмы, его повторно садили за кражу. Он нашел номер прежней возлюбленной и с первых секунд выпалил:

— Ты знаешь, какие у нас дети стали?! Илья какой спортсмен!

Она не смогла говорить, заревела в трубку и плакала так несколько минут. Ее в самое сердце поразили слова «у нас» и «дети». Он принялся утешать: «Не плачь, не плачь, что ты». Когда с обоими чуть позже связались журналисты «Первого канала», оба решили отправиться в Москву, чтобы повидать своих отпрысков, которых они не видели столько лет. Даня приехать на съемку отказался: сказал, что ему не о чем разговаривать с незнакомыми людьми. Илья же, наоборот, не стал выделываться и приехал в телецентр «Останкино».

«Привет, мам… Семнадцать лет!» — произнес он, когда Бережная вышла под знакомые всей стране фанфары и бросилась ему на шею с объятиями. В прямом эфире Любовь попыталась раскрыть причину своего поступка — и сыну, и зрителям, объяснив все молодостью и материальными сложностями. Оба заплакали. После перерыва на рекламную паузу в студии появился отец Милохина, с фразой: «Прости меня!» — он упал на колени. «Не надо, не надо, бывает, пап…» — испуганно затараторил Илья.

«Характер Ильи — мне кажется, он в меня, — поделилась наблюдениями кровная мать. — Даня такой шебутной. Мне кажется, он в папу. Илья обидчивый, у меня такое же вот. Сразу начинаю обижаться, слезы на глазах». Она на секунду замерла и продолжила: «Даньку бы еще это…» — имея в виду такую же встречу, но с младшим братом.

— Даньку да, но он сейчас это… под особым контролем. И он такой послушный, — ответил Милохин-старший.

— Ну все равно что-то должно произойти… чтобы он понял{238}, — не сдавалась женщина.

Даня, узнав о программе, был безжалостен: «Если бы она хотела встретиться с братом, она бы встретилась с братом. Она хотела прийти на шоу»{239}. Но с биологическими родителями все же увиделся — почти через год и тоже на «Первом канале», в студии передачи «Док ток» Ксении Собчак, которая уговорила своего гостя дать им шанс на восстановление отношений. Милохин в итоге отказался встречаться с мамой и папой лично, но поговорил с ними в студии по видеосвязи. Они в тот момент находились в гримерке, буквально в тридцати метрах от съемочной локации. Мелодраматического воссоединения не получилось, хотя девочки из ТикТок-хауса, также присутствующие на записи программы, в итоге всплакнули. Все скорее напоминало фарс — рядом с блогером посадили психологов и депутатов, они — как это принято на «Первом» — пытались научить всех уму-разуму. Но Даня обезоруживал: говорил, что не обижен на тех, кто подарил ему жизнь, и, если его отдали в детдом, — значит, были причины, о которых он знать не хочет. Поблагодарил биологических родителей за собственную красоту и, немного оттаяв, перекинулся парой слов про то, что передается родом, — спросил про родимое пятно на виске, про проблемы со зрением и зубами. Там же выяснилось, что от генетики не уйдешь. Он очень похож на отца — тот в юности пил, курил, употреблял. И на мать — она участвует в местной самодеятельности, поет. И в этом, кажется, оба сына пошли в нее. Впоследствии Милохин признался: «Я рад, что согласился и просто пообщался с родственниками. Хорошо, что этот лед тронулся»{240}. Он так долго представлял себе встречу с мамой и папой, что в итоге просто вычеркнул их из своей жизни. И прославился тиктоками, где высмеивал отсутствие родных. Например, по ролям озвучивал диалог:

— А у тебя есть пароль на телефоне?

— Да, имя моей мамы.

— Но пароля ведь нет?

— …(Милохин делает вид, что плачет)

При всем при этом он вряд ли забыл, как желал оставить свой детский дом. И когда, наконец, в тринадцать лет его вместе с братом вызвали к директору, где на стульях сидели будущие приемные родители — Дмитрий и Елена Тюленевы, он ухватился за этот шанс обеими руками. Учителя не советовали — говорили, что будет сложно. Энтузиазм младшего Милохина совершенно не разделял и его старший брат. Илья на профессиональном уровне занимался спортом, в частности хоккеем и футболом, и не желал прерывать занятия. К тому же отъезд из детдома был сродни предательству среди живущих там сверстников. Все старшеклассники делали вид, что уезжать в новую семью стремно: ты словно кидаешь своих друзей, польстившись на сытый образ жизни. И Даня уговаривал Илью и в порыве отчаянья даже пообещал подарить ему свой сенсорный телефон. У брата его не было, а Милохину-младшему мобильник подарили за участие в мероприятиях. Тот в конце концов согласился поменять казенную жизнь на гаджет.

Тюленевы жили в частном доме в 100 км от Оренбурга и считались семьей вполне обеспеченной. Дмитрий продавал спортивное питание и пищевые добавки. Елена владела интернет-магазином одежды. В семье уже было пять своих детей, но предприниматели твердо решили, что смогут улучшить жизнь еще одного ребенка — из интерната. Посмотрев всех учащихся в картотеке на сайте образовательного учреждения, остановили свой взгляд на Даниле. И только в детском доме узнали, что к нему прилагается брат и их лучше не разлучать. На это решились достаточно спокойно — у бабушки, мамы отца, тоже были приемные дети. Тем не менее решили отказаться от усыновления, но взяли над детдомовскими тинейджерами опекунство.

В детском доме был еще один элемент дедовщины: старшаки отбирали у мелких еду, и Даня потом долгое время, уже живя в семье, по привычке придерживал тарелку рукой и прятал хлеб. «Оренбургский Дом детства» в целом был достаточно комфортным, там даже были игровые приставки, но никакого сравнения с реальной семейной жизнью в обычном коттедже, конечно же, не было. Тем не менее привыкали к хорошему не быстро. Самое сложное было — начать называть приемных родителей мамой и папой, говорит Милохин сегодня. «Помню, сидел в комнате в нашем доме и думал: „Надо как-нибудь попробовать назвать ее не Леной, а мамой“. О! Нужно подойти, попросить, чтобы она закинула вещи в стирку, и сказать „мам“. Нет, не пойдет. Сидел, думал, как лучше, в итоге подошел и сказал: „Мам, закинь в стирку“. Она такая: „Да, окей“. Закидывает, даже не обращает внимание на то, что я произнес „мама“. А я стою трясусь. Это еще было при ее родной дочке — она тоже стоит такая, не