Дельвейн в крыло Некромантов. По дороге покажешь ей академию, если она захочет, а затем проследишь, чтобы она непременно попала на прием к новому декану.

Марек кивнул, и вид у него был куда более уверенным.

– Разумеется, господин ректор!

Тот уже собирался протянуть ему мои документы из Академии Ведовства, но затем посмотрел на меня, с безмятежным видом сидевшую в кресле (я изо всех сил старалась, чтобы вид мой был именно таким), после чего пробормотал, что документы, пожалуй, лучше отправить с пневмопочтой, проведенной во все корпуса академии.

Заодно он приложит к ним объяснительную записку.

– Так будет надежнее, – добавил ректор.

Я тем временем рассматривала Марека.

Светлые короткие волосы, как всегда взъерошенные и торчащие в разные стороны, – ничего не изменилось со времен Хлыстов. Единственное, серые глаза на смуглом лице моего друга детства смотрелись неестественно ярко.

Куда более ярко, чем я запомнила.

Этому тоже имелось объяснение – судя по всему, Марек успел неплохо развить свой огненный дар, и тот являл себя миру именно таким образом.

Заодно мой старый товарищ вытянулся и теперь, подозреваю, был выше меня почти на голову. Раздался в плечах, да и движения его выглядели куда более уверенными, чем он сам, потому что все еще косился на меня, словно увидел призрака.

Или же кладбищенского упыря, украшенного бантиками.

– Можете идти, мисс Дельвейн! – заявил мне ректор, и я поднялась с кресла.

Попрощавшись, добавила, что надеюсь на скорейшее разрешение этого недоразумения – меня в столичной Академии Магов, – после чего, покачивая бедрами и совсем немного цокая каблучками, отправилась к выходу, а Марек потащился за мной.

Мне показалось, или же ректор вздохнул с облегчением, когда мой старый знакомый стал закрывать за мной дверь? Интересно, почему?

Я ведь не особо его и доводила… Вернее, нисколько не доводила!

– Лекси! – выдохнул за дверью Марек, уставившись на меня…

Так и есть, сверху вниз.

– Зови меня Александрой, – сказала ему. – Ты же знаешь, что мне не нравится это имя: Лекси. Так звали жирную крысу Томаса в нашем приюте, которую он приручил и воровал для нее еду с кухни.

– Вообще-то он назвал ее в твою честь, потому что этот дурень был в тебя влюблен, – пробормотал Марек. – Но если ты останешься в нашей академии, то тебе придется привыкать к короткому имени. Никто не станет звать тебя Александра в бою или же во время поединков. А если ты спустишься в Лабиринт…

– И ноги моей там не будет! – заявила ему. – Бои с поединками, а еще и Лабиринт, знаешь ли, не самые любимые мои занятия.

Но постоять за себя я умела. Мы, ведьмочки, не такие уж и беззащитные, как кажется на первый взгляд.

Тут Марек тряхнул головой, после чего произнес, что он, конечно же, рад меня видеть, просто… Немного не ожидал!

Вернее, ожидал, что я появлюсь в академии – мы ведь с ним одногодки, – но меня не было ни на первом курсе, ни на втором, и он решил, что я поступила в другое место.

– Конечно же, в другое, – сказала ему. – На Ведовство.

Тем временем мы шли по коридорам главного корпуса. Я смотрела по сторонам и думала о том, что если вся Гржиня могла бы поместиться между двумя крепостными рвами столицы, то наша академия, наверное, размерами вряд ли превышала кусок коридора, пару аудиторий (в некоторые были распахнуты двери, и я оценила их размеры) и еще уборные Академии Магов Альтариса.

Но вместо того, чтобы спуститься по главной лестнице и выйти наружу, Марек свернул куда-то вправо, и вот мы уже шагали по длиннющей каменной галерее, открытой всем ветрам и ведущей, по словам старого друга, к крылу Некромантов.

Арочный потолок поддерживали резные колонны, а по обе стороны галереи открывался чудесный вид на такой же чудесный сад, который с каждым пройденным метром становился все менее чудесным, словно приближавшийся мрачно-серый корпус факультета Некромантов высасывал из окружающего мира все его соки.

Вот и траве с клумбами досталось, и уже скоро я увидела, как из клумб вместо цветов стали торчать засохшие стебельки, а еще в нескольких местах землю разрыли чьи-то огромные когти.

– Нет, ты должна была идти именно на магию, – тем временем говорил Марек. – Я отлично помню, как от тебя фонило в детстве.

– Что ты такое несешь! Какая еще магия? – нахмурилась я. – Ты ведь это делаешь специально, чтобы меня позлить?!

– Ничего подобного, – быстро отозвался Марек, после чего вспомнил, что у него поручение ректора, а мы уже скоро придем, поэтому ему нужно мне рассказать…

Много чего!

Оказывается, у некромантов появился новый декан, назначенный меньше недели назад, потому что старый и чуть ли не половина преподавательского состава дружно сгинули в Лабиринте во время последней вылазки.

Да так, что уже навсегда.

Услышав о несчастье, еще несколько преподавателей спешно покинули академию – наверное, чтобы их случайно не назначили на этот пост. Ведь декан Некромантов вместе с деканом Огневиков должны водить пятые курсы в Лабиринт…

– И я прекрасно их понимаю, – пробормотала я. – Тех, кто отсюда сбежал!

Вот, я бы тоже улизнула при первой возможности, но для Верховной, к сожалению, нужен официальный отказ. То есть меня должны выставить из Академии Альтариса со всеми надлежащими бумагами.

– А у тебя, значит, обнаружилась Темная магия? – полюбопытствовал Марек. – Странно, мне всегда казалось, что она была Светлой.

Тут в галерее появились несколько парней в черных мантиях – похоже, как раз с факультета Некромантов, и, подозреваю, самый старший курс. Шли нам навстречу, и один из них – темноволосый и здоровенный – с хозяйским видом обнимал симпатичную блондинку с золотистыми волосами.

Судя по ее мантии, похожей на ту, которая была на Вилте, она была с факультета Огня.

Девушка почему-то посмотрела на Марека с виноватым видом и отвела глаза. Мне стало интересно, но тут…

– Ну что, Вилт, ты наконец-таки утешился? – спросил тот, кто прижимал к себе блондинку. – Нашел себе другую и уже больше не плачешь по ночам?

Голос его прозвучал издевательски, и он уставился на меня оценивающим взглядом.

Марек почему-то растерялся, но тут я…

– Еще как утешился, – ласково сказала я некромантам.

После чего обвила шею Марека рукой и… лизнула его в щеку.

И сразу же почувствовала, как вокруг нас буквально поднимается температура. Не только у самого Марека, но и остальные парни тоже уставились на меня, а девица – почему-то с самым обиженным видом.

– Завидуйте молча, – добавила я.

– Иди своей дорогой, Хант! – произнес Марек, после чего мы пошли своей, а он продолжал меня