Тем временем Сплинтер сел рядом с Эйприл и выслушал рассказ Рафаэля, одновременно массируя ей руки.

Веки Эйприл затрепетали.

– А-а-а, – сказал Сплинтер. – Наша гостья начинает приходить в себя...

Эйприл услышала его голос. Он эхом разносился по длинному туннелю. Она с трудом приходила в себя, чувствуя себя так, словно выбирается из чёрной бездны.

Постепенно чернота рассеялась. Эйприл осторожно приоткрыла глаза. В следующий миг они распахнулись. Она уставилась на гигантскую крысу, которая нависла над ней, словно кошмар дезинсектора.

– А-а-а! – вскрикнула она.

Остальные три черепашки находились в дальнем конце комнаты и не заметили, как Эйприл пришла в себя. Её крик так испугал Леонардо, что он выронил банку с травами, а Донателло чуть не выпрыгнул из своего панциря.

Эйприл развернулась так, что её ноги оказались на диване. Она сжала кулаки в защитной позе, а её губы искривились от ужаса. Это была почти та же самая поза, что и тогда, когда крыса напугала её на парковке телестудии. Но в этот раз гигантские размеры крысы делали её действия бессмысленными. Сплинтер мог без труда забраться на диван рядом с ней, если бы захотел.

Когда она это осознала и увидела, что гигантская крыса не собирается нападать, девушка немного успокоилась.

– Да, похоже, это пойдет мне на пользу, – пробормотала она себе под нос.

Её самообладание длилось всего мгновение. Услышав радостное "Привет", она обернулась и увидела Микеланджело, стоящего прямо за диваном.

– А-а-а! – снова вскрикнула она.

Микеланджело и сам был напуган шумом не меньше. Он с трудом мог поверить, что в хрупкой фигуре Эйприл могут поместиться такие мощные лёгкие. Он сделал шаг назад и споткнулся о край ковра.

Крики Эйприл перешли в неразборчивый лепет.

– О, господи, о, господи, – повторяла она. – Я умерла. Я, должно быть, умерла. Нет, нет, я сплю. Я, должно быть, сплю.

– Нет, это не так, – запротестовал Донателло.

Эйприл это не смутило. Она начала рассуждать про себя:

«Те парни в чёрных пижамах ударили меня. Я без сознания. И эта крыса, я видела её раньше – это объясняет, почему вы...» – она перевела взгляд со Сплинтера на Черепашек.

– А вы, ребята, я понятия не имею, откуда вы взялись. Если не считать того, что я увидела мельком, когда тех грабителей задерживали на парковке. Но этого не может быть, потому что я тогда не спала... – Она обхватила голову обеими руками и потрясла ею.

– Сейчас ты не спишь, – настаивал Донателло.

Успокаивающий голос Сплинтера прорвался сквозь суматоху.

– Если только вы сядете и успокоитесь, я расскажу вам, откуда мы взялись.

Сплинтер осторожно протянул ей руку. Эйприл рассеянно посмотрела на неё. Мгновение спустя она взяла его за руку и откинулась на спинку дивана.

– На самом деле, всё очень просто, мисс О'Нил... – начал Сплинтер.

Эйприл покачала головой.

– И оно знает моё имя. Превосходно… Почему мне не мог присниться, например, Харрисон Форд?

– Мы живём здесь на протяжении пятнадцати лет, – продолжал Сплинтер. – До этого я был обычной крысой – домашним питомцем моего учителя Йоши, знатока боевого искусства ниндзюцу. Я постигал секреты ниндзя, повторяя его движения из своей клетки. Когда мы были вынуждены приехать в Нью-Йорк... – Сплинтер замолчал, болезненное воспоминание заставило его моргнуть, – ...После того, как мы приехали в Нью-Йорк, мой учитель был убит. Впервые я оказался без дома, без семьи. Я бродил по улицам и канализационным трубам, питаясь объедками, которые мог найти.

Черепашки притихли. Они уже много раз слышали эту историю, но никогда не уставали слушать её снова. В ней рассказывалось об их происхождении.

– И вот однажды, – продолжил Сплинтер, – я увидел слепого старика, который переходил улицу, не подозревая, что на него несётся грузовик. К счастью, на обочине стоял храбрый молодой человек. Не раздумывая, он прыгнул и оттолкнул старика с дороги, но водитель грузовика успел резко вильнуть в сторону. Металлический контейнер вылетел из грузовика и ударился о стеклянную банку, которую держал рядом стоячий маленький мальчик, – банку с четырьмя черепашьими детёнышами.

– Это были мы, – прошептал Микеланджело.

– Ш-ш-ш! – зашипели его братья, сосредоточенно слушая.

– Банка разбилась, и маленькие черепашки упали в канализационный люк, а за ними и контейнер. Он разбился при падении, и они были покрыты светящейся слизью. Я знаю это, потому что видел, как это произошло, и был рядом, чтобы помочь им. Я очистил их от слизи и собрал в старую банку из-под кофе.

Микеланджело потёр руки, едва осмеливаясь вздохнуть. Больше всего ему нравился следующий эпизод.

– Когда я проснулся на следующее утро, – продолжал Сплинтер, – банка была опрокинута. Они выросли вдвое! Я тоже развивался, особенно умственно, хотя мой рост никогда не соответствовал их росту. Вскоре они начали выпрямляться, копируя каждое моё движение. Я был поражён тем, какими умными они оказались. Но ничто не предвещало того, что случилось дальше: один из них заговорил!

– Это был я, – вставил Микеланджело. – Я сказал "пицца", не так ли, учитель? Остальные снова зашикали на него.

– За этим последовало всё больше слов, – пояснил Сплинтер, – а затем я начал их тренировать, обучая всему, что сам узнал от своего учителя. Используя потрёпанный экземпляр книги по искусству, который я вытащил из ливневой канализации, я назвал их...

Пожилая крыса повернулась и с гордостью указала на каждого из своих учеников по очереди.

– Леонардо...

Леонардо выпрямился и поклонился на японский манер.

– ...Микеланджело...

Майк с тревогой указал на себя, чтобы Эйприл не пропустила его имя.

– ...Донателло...

Донателло слегка смущённо пожал плечами.

– ...и Рафаэль.

Рафаэль прислонился к стене и принялся невозмутимо ковырять в зубах кончиком сая.

Эйприл, словно заворожённая, сидела на диване. Какое-то время она не могла собраться с мыслями и ничего не говорила. Она тяжело сглотнула. Неужели это происходит на самом деле?.. Четыре черепашки-мутанта и гигантский крысиный отчим? Это было похоже на какую-то безумную сказку.

Наконец она ущипнула себя и с ужасом обнаружила, что это больно.

– Значит, – сказала она, – я всё-таки не сплю.

9

После недолгих препирательств Эйприл наконец согласилась, чтобы Черепашки проводили её до дома. Сплинтер заметила, что «Фут» не остановит одна неудача и что идеальный способ для Эйприл безопасно вернуться в свою