на коленях вокруг большого мата и наблюдали за двумя парнями, которые сражались без оружия. Бойцы в основном использовали приёмы карате, а также различные трюки из других боевых искусств. Но была и разница.

В обычном карате удары блокируются за долю секунды до того, как они достигнут цели. Однако эти двое дрались по-настоящему.

Тот, что был выше и сильнее, явно превосходил своего противника. Он уже одерживал верх, когда Тацу подошёл к краю мата. Увидев старшего инструктора, он обрушил на соперника шквал мощных ударов. Через несколько секунд второй юноша рухнул на мат и лежал без сознания, пока двое других стажёров не подбежали и не утащили его прочь.

Тацу одобрительно крякнул. Не сводя глаз с победителя, он вышел на мат и принял боевую стойку.

Внезапно, даже не моргнув, он бросился на юношу. По складу разнеслись громкие выкрики, наполненные ки-йа.

Юноша отступил, блокируя все молниеносные атаки Тацу. Спустя полминуты Тацу прекратил натиск.

– Очень хорошо, – признал он, отступив на шаг и поклонившись своему противнику.

Юноша улыбнулся и ответил на поклон. Как только он опустил глаза, Тацу нанёс ему сокрушительный апперкот в лицо, повалив его на спину. Не успел юноша прийти в себя, как Тацу прижал его коленом к груди. Нож, извлечённый из потайных ножен, упёрся в горло юноши.

– Никогда не опускай глаза перед врагом, – яростно произнёс Тацу.

Юноша в ужасе уставился на него. Несмотря на все свои навыки, приобретённые на тренировочном мате, он никогда по-настоящему не сталкивался со смертью. Он энергично закивал.

Тацу встал, позволив юноше подняться, и убрал нож как раз в тот момент, когда по всему складу разнёсся глухой звон. Это был сигнал к построению. Подростки стали собираться со всех концов здания. Поднялся возбуждённый шепот.

– Шреддер идёт.

12

Дэнни Пеннингтона нашли на улице двое мальчишек постарше и привели на склад. Он никогда не слышал о Шреддере и не понимал, что значит быть членом «Фут», но, увидев ряды видеоигр, сразу понял, что попал в рай.

Первый день он играл в своё удовольствие. Он ни разу не вспомнил об отце, если не считать смутного ощущения, что его тягостное присутствие исчезло. Он понятия не имел, что его ждёт на следующих этапах обучения на ниндзя, но был готов играть в бильярд и читать комиксы сколько угодно.

Когда раздался гонг, созывающий на собрание, Дэнни не понял, что это значит. Он последовал примеру других ребят, которые поспешно отложили все свои дела и направились в центр склада.

Перила, с которых открывался вид на место сбора, вскоре заполнились нетерпеливыми подростками, которые с предвкушением смотрели вниз, на первый этаж. Там группа юношей постарше в чёрных доги молча выстраивалась в шеренгу. Они стояли прямо, молча и неподвижно.

Глаза Дэнни расширились от волнения. Пройдя обучение, он станет одним из этих ниндзя. Он заслужит свой доги «Фут»! Он забыл и о комиксах, и о видеоиграх. Ему не терпелось начать обучение.

Низкие, настойчивые звуки гонга, созывающего на собрание, стихли, и воцарилась гробовая тишина. На мгновение все присутствующие затаили дыхание.

В дальнем конце склада открылась дверь, и в пыльном воздухе вспыхнул луч света. Все повернулись в ту сторону. В луче света появилась тень, которая становилась всё длиннее и длиннее по мере того, как фигура приближалась к центру помещения.

Когда фигура вышла из тени на свет, блеснул металлический шлем, покрывавший её голову. Сквозь забрало были видны только тёмные, пристальные глаза. Чёрный плащ развевался и колыхался, пока фигура шла к центру склада.

Тишина стала невыносимой. Постепенно до Дэнни донёсся шёпот новобранцев:

– Шреддер!

Внизу Шреддер величественно шествовал к центру зала. Он не смотрел ни направо, ни налево, а сосредоточенно глядел прямо перед собой, и его походка лучше любых слов говорила о его непреклонности.

Тацу вышел вперёд и поклонился. Пока Шреддер стоял неподвижно, словно ледяная скульптура, Тацу осторожно снял с него длинный плащ.

Причина его осторожности стала очевидна, когда плащ был отброшен в сторону, обнажив доспехи Шреддера. Под строгим чёрным доги на нём были металлические доспехи ниндзя, покрытые острыми как бритва шипами.

Тацу бросил взгляд в сторону и отрывисто скомандовал. Четверо подростков нервно вышли на свет. Это были те самые головорезы, которые напали на Эйприл на парковке у телестудии, когда она застала их за ограблением, и которых впоследствии избили Черепашки-ниндзя.

Затем Тацу достал богато украшенную красную повязку на голову и накинул её на плечо Шреддера. Он сделал знак четверым подросткам, и те, переминаясь с ноги на ногу, встали в круг вокруг закованного в доспехи повелителя ниндзя. От их обычной развязной бравады не осталось и следа. Они были напуганы до смерти.

Тацу сделал ещё один жест, и слуга в доги подошёл к подросткам с оружием в руках. У Шреддера оружия не было, но он по-прежнему стоял неподвижно. Его глаза не мигая сверкали за металлическим забралом.

Подростки взяли оружие вспотевшими руками. Испытание заключалось в том, чтобы проверить, сможет ли кто-то из них снять повязку с головы Шреддера. Однако тот, кто это сделает, не получит награду. Скорее, он избежит наказания.

Тацу отошёл в сторону и поднял руку. В зале, где собрались ниндзя-стажёры, воцарилась абсолютная тишина. Все смотрели на руку Тацу.

Рука опустилась и сжалась в кулак. По этому сигналу четверо юношей бросились в атаку, преодолев страх перед неизвестностью. Но их попытки ни к чему не привели. Шреддер словно заранее знал, куда ударит каждый из них. Он блокировал все атаки, действуя экономно, бесшумно и не тратя лишних движений. При этом он использовал шипы на своих доспехах, чтобы ранить каждого из юношей. С хирургической точностью он оставил одну алую полосу на плече, другую – на животе... пока все четверо юношей не остались стоять перед ним, тяжело дыша и истекая кровью.

Другие члены «Фут» увели их, а Тацу снял с плеча Шреддера красную повязку.

Наконец Шреддер заговорил. Это был леденящий душу звук – бесстрашный голос человека, эхом отдававшийся в глухом шлеме его доспехов:

– Деньги, внесённые в качестве залога за вашу свободу, – это деньги, потерянные для «Фут». Теперь эти четверо выплатили свой долг. Их наказание было справедливым, как и всегда бывает в нашей семье. Они будут с гордостью носить свои шрамы как напоминание об их стремлении стать полноправными членами «Фут».

Он протянул руку, и его слова эхом разнеслись по огромному складу. Лёгким кивком и