— Тенна, не спи! Ищи тетрадь.

И как? Я прошлые-то с трудом отыскала. Так там хоть мест для поиска было не столь много, а здесь — целый замок. Тейден явно шутит.

— Ты же помнишь, как эти тетради выглядят на магическом фоне? Вот и ищи нечто подобное.

Легко сказать. Тем более в такой спешке.

И всё же я сосредоточилась, представляя себе тетрадь и ощущения от неё. Очень слабо — на уровне «показалось» — мне почувствовался отклик. Оно или не оно — рассуждать было некогда, и я просто пошла на зов.

Через лабиринт надворных построек, под гулкий высокий свод замкового холла, по каменной лестнице куда-то наверх и наверх, дальше — длинный коридор с одинаковыми массивными дверями, пока за одной из них отклик не стал настолько ярким, что я поняла — мне сюда.

— Три минуты, Тенна.

Оказывается, всё это время Тейден не отставал от меня. Я растерянно обернулась. Зов был слишком сильным, чтобы с уверенностью сказать, где именно искать. В комнате было темно и пыльно, словно сюда три века даже горничные не заглядывали. Искать среди накрытой чехлами мебели? Тогда мы совсем от пыли задохнёмся. В стенных нишах? Да их тут, наверное, столько, что за неделю все не отыщешь и не осмотришь.

На глаза попался книжный шкаф.

Хочешь что-то спрятать — положи это на видное место. Почему-то эта мысль показалась здравой, и я бросилась к книгам.

— Руками не трогай, используй нити магии.

Нити! В моём случае это скорее канаты, но совет стоящий. Глаза быстро перебирали корешки книг, украшенные где резьбой, где рисунками, а где и драгоценными камнями. А вот один из них выделялся скудностью и серостью. Его и потянула на себя. Открыла страницу наугад и улыбнулась — она! Та самая непонятная зашифрованная вязь, с которой я собиралась сегодня повозиться. Перелистнула ещё пару страниц, чтобы убедиться в том, что не ошиблась и не наткнулась на книгу, с которой неведомый автор списывал свои шифры для артефактов, и уже уверенно заявила:

— Нашла. Можем уходить.

Я не понимала, какое заклинание стал плести Тейден, но наши следы на пыльном полу исчезали, место на полке, откуда я взяла книгу, также затянуло пылью, а воздух сгустился настолько, что дышать стало вообще невозможно. Тот самый момент, когда я была готова задохнуться, маг активировал артефакт переноса и за руку втащил меня в открывшийся проход.

Мы оказались на той самой полянке, где десять минут назад — неужели прошло только десять минут?! — я оставила Валлиара. Широко открытым ртом я принялась хватать воздух, но отдышаться мне не дали.

— Тенна, активируй артефакт, — хлестнул меня приказ Тейдена.

Пришлось подчиниться, хотя я даже не соображала, что за координаты заданы. Валлиар оказался сообразительнее меня. Он успел собрать все наши вещи и подготовить лошадей за то короткое время, что нас не было. А сейчас, поддерживая меня за талию, тащил в проход.

Потом — стремительная скачка по пыльной дороге и на ходу ещё один переход, от которого голова взорвалась болью. Скачка — и портал, скачка — портал… После третьего перехода я едва не потеряла сознание, и эльф посадил меня в седло перед собой. Я с облегчением уплыла в беспамятство.

Пришла в себя в какой-то хижине. Меня уложили на земляном возвышении, заменявшем здесь лавку, закутав в три одеяла. Стены хижины были сложены из связанных между собой пучков веток, словно временный шалаш охотников или рыбаков. Выпутавшись из своего кокона, побрела искать воду.

Внутри воды не оказалось, и я выбралась наружу. Вечерело. Неподалёку на полянке, окружённой разлапистыми елями, мирно паслись лошади. Между деревьями белыми парусами мотались выстиранные рубахи. Издалека тянуло дымком костра. Туда я и направилась.

Тейден и Валлиар, оба по пояс раздетые, обнаружились на берегу небольшой речушки. Я, смутившись, торопливо прикрыла глаза, хотя и успела разглядеть обоих. Нет, надо поскорее закончить с очищающим артефактом, чтобы больше не случалось таких конфузов — подумала я, притаившись за разросшимся малинником и прислушиваясь к их беседе.

— Как только Тенна придёт в себя, надо отсюда уходить, — говорил Тейден. — нас. Конечно, не тронут, но таранийцы весьма не любят магов. А эльфов они и за людей-то не считают.

— Она, кажется, готова вернуться в Седэанелию.

— Надоело по миру болтаться?

— Нет, переживает, что осень скоро. — Валлиар тихо засмеялся, отчего у меня по спине побежали мурашки. — Знаешь, вот смотрю на неё, слушаю — и вижу взрослую девушку, хоть завтра сватайся. А как коснётся дело магии, сразу становится понятно, что ещё ребёнок: ни опыта, ни контроля.

Свататься?! Что за неуместные шутки? Так и захотелось выскочить из своего убежища и всё этому хитрому эльфу высказать, но тут заговорил Тейден, и я опять навострила уши.

— Посватаешься — потом вини только себя. Артефакторов любить трудно. Не будь я полукровкой, на всю голову был бы седым от такой любви. Можешь у господина Эвертина об этом спросить, Лира на его глазах росла. А опыт придёт со временем.

— Что скажете про возвращение, господин Тейден?

— Эльфийской интуиции нужно верить Вам сама магия подсказыват, не так ли госпожа Теаланна?

Последнюю фразу маг произнёс громко, специально для меня. Пришлось выходить из своего убежища, нарочито глядя куда угодно, только не на них.

— Мы в двух неделях конного пути от Ландинской академии магии, — миролюбиво продолжил тейден. — Уверен, ещё один тайник расположен на её территории. Лира считала академию своим домом. Нам в любом случае здесь лучше не использовать магию — мы на территории Тарании, а здесь волшебство не признают. Могут и на костёр отправить.

— Я ещё не смотрела тетрадь, — пожала плечами. — А из академии сбегать не придётся?

— Нет, там по-прежнему руководят эльфы. Так что как минимум накормят и переночевать позволят.

— Но обязательно донесут на Затерянные острова, — вставил Валлиар.

— Верно. Однако с двумя артефактами сбежать мы сумеем.

Я поморщилась — опять бесконечные порталы и головная боль после? Я вдруг вспомнила, что хочу пить.

— Попить бы. И поесть тоже не помешало бы.

Маги рассмеялись и протянуло мне разом и миску с похлёбкой, и кружку с отваром. Подумав, села между ними, чтобы смотреть на костёр, и сначала попила. Пока я ела, Валлиар куда-то ушёл, а вернулся уже одетым,