стороны от нас, а затем на берег обрушилась гигантская волна, легко накрывшая самые высокие деревья. Она прокатилась по побережью, снося всё на своём пути. Людей, дома, технику, вырывая с корнем растительность. Будь то кустарник или вековые дубы.

Но чем дальше, тем быстрее она успокаивалась, почти полностью потеряв силу на лесной опушке. От деревни не осталось и следа, многих убило или покалечило, но остальные сумели сбежать в чащобу, в паре километров от реки.

— Вы в порядке, молодой человек? — обратился ко мне магистр. Я как раз сумел закрыть самую длинную трещину, угрожавшую разбить мне сердце, а потому кивнул. — Жить будете, это прекрасно. И, боюсь, здесь мы закончили.

— Закончили? — тихо прохрипел я. — Но они же укрылись в лесу.

— Слишком далеко для магии воды. Да и силы их весьма помяты. Уверен, теперь вы и в самом деле справитесь сами, — улыбнулся Моисей Иоанович. — Мне же нужно возвращаться в Китеж, если это отвлекающий манёвр, я должен быть в столице региона. И тем более, если это госизмена.

— Благодарю! — ответил я, ведь он в самом деле сделал очень много. — В таком случае, если вам несложно, оставьте меня в километре выше по течению, дальше я доберусь сам.

— Конечно, такую малость я точно могу себе позволить, и заодно посмотрим, не появятся ли они у берега дальше.

Уже через полчаса я, ошарашенный и немного потрёпанный, стоял на пристани Гаврасово, а ко мне бежала обрадованная и удивлённая Милослава.

Глава 6

— Господин, как вы здесь очутились? — жрица растерянно улыбнулась, разглядывая меня.

— Приплыл, — мотнув мокрой головой, ответил я. — Как у вас тут? Наёмники начали прибывать?

— Полчаса как, — Милослава махнула рукой в сторону крепости и, всё ещё не веря своим глазам, добавила: — Но они говорят какую-то глупость, что скоро приедет ещё несколько сотен. Это же шутка?

— Никаких шуток, у нас всё получилось, — подбодрил я девушку, приобняв за плечи. — Идём, нужно подготовить место, припасы…

— Где мы это всё возьмём?..

Я беспокойство Милы не разделял. На самом деле мне и не нужны были наёмники на длительный срок. Разве что минимальный гарнизон. Емельянов настаивал на полной оплате за год, и половине предоплаты, и я с лёгкой душой отдал ему эти деньги. Однако использовать и содержать Вольницу у меня в планы не входило. И этот момент мы с Емельяновым тоже обговорили.

— Шатры наёмников поставим ближе к воде, на наших полях. Там сможет разместиться около трёх сотен, — я быстро набрасывал карандашом план прямо на карте. В гостиной собрались все те же, свои, с кем я проводил совещание буквально вчера: жрица, следователь и наёмник. — Этого хватит, чтобы удержать позицию.

— Ха! Значит, всё наше казачество войском встанет! — Исаев довольно хмыкнул. Он уже получил приказ о смене и оставался представителем до прибытия Емельянова.

— Вот только у нас селян меньше, — тихо заметила Милослава, стараясь не сбивать меня с мысли.

— Да, но в данный момент это неважно, — я поморщился, отрываясь от карты. — Мы договорились оставить руководство наёмников за Емельяновым — он полностью отвечает за снабжение и военную тактику. А наша задача — лишь общая постановка задачи.

— И что вы хотите? — следователь подался вперёд, вглядываясь в линии на бумаге.

— Я вижу только две выигрышные тактики. Но если мы рассчитываем на минимальные потери, остаётся одна, — ответил я, прочертив дорогу до захваченного села. — Османы к нам по берегу не сунутся. Силы перебросить не смогут, укрепиться — тоже. Они явно рассчитывали на эффект неожиданности, а теперь он потерян. Сейчас они должны быть раздавлены и деморализованы.

— Хотите бить с колёс? — сразу понял мою задумку Исаев, и я кивнул. — Опасно. Хоть собаки побиты, но вскоре оклемаются, их много, и у них отличное вооружение. А мы даже не развернулись толком.

— Но они пока не знают, сколько нас, они дезориентированы и разобщены, — парировал я. — Единственная проблема: танков я не видел. Их могло как смыть, так они могли и уйти дальше по дороге, и оказаться закрыты от волны лесом.

— Это плохо, — буркнул наёмник, уперевшись в стол обеими ладонями и нависнув над картой. — Если у них танки, на дорогу хрен высунешься.

— А ещё кавалерия, — напомнил следователь.

— Вообще не вариант, — согласился Исаев. — Хорошо хоть не в степях.

— Главное, что они предпримут. У них ещё может быть ощущение, что они успеют прорваться к городу, но как мне сказал магистр Китежа, это может быть лишь отвлекающий манёвр. А основные силы ударят с востока.

— Чёрт его знает, ваше благородие. Я б о себе думал, а в Царицыне губернатор, пусть у него о городе голова болит, — отмахнулся Исаев. — Дорога-то одна.

— И она достаточно укреплена, чтобы выдержать спонтанный штурм, — возразил Никифор Петрович. — Тем более с мощным гарнизоном.

— Если они разбегутся по лесам, то нервы нам ещё долго портить будут, — сказал я, обратившись к наёмнику. — Так что придётся действовать на опережение и самим их выкуривать, прижимая к берегу.

— Что вам нужно? — понимая, что отсидеться в крепости не удастся, спросил Исаев.

— Отправьте разведку, — обозначил я широкую дугу от берега до берега.

— Передам приказ атаману, — кивнул Исаев, явно собираясь соскочить с ответственности за выполнение.

— Пока его нет, вы остаётесь представителем, а значит, должны выполнять поставленные задачи настолько хорошо, насколько это возможно, — пришлось мне настоять. — Люди прибывают, разведку надо обеспечить. Умирать никто не заставляет: обнаружили, сориентировались, отошли. Ваша задача на данный момент — чтобы по нам или подкреплениям не прилетел неожиданный удар с фланга.

— Экие слова знаете, — невесело хмыкнул Исаев. — Как прикажете, исполним.

Он вышел из гостиной, и в комнате повисла гнетущая тишина.

Мне не нравилось, что приходится вот так обострять отношения, особенно учитывая, что пока мы полностью зависим от наёмных сил, но выхода действительно не оставалось. Собирать своё личное воинство — единственно верный вариант, но долгий. А время — это единственная недоступная мне роскошь.

— Может, они просто сбегут? — с надеждой спросила Милослава.

— Это было бы прекрасно, но, увы, маловероятно,