Глава 10

Детектив Ким сел в студии хореографа и осмотрелся. По сравнению с кабинетом руководителя Со помещение казалось очень тесным и полупустым, из-за чего создавалось ощущение заброшенности.

В ожидании Джены детектив Ким вспомнил, как несколько лет назад ходил на балет с женщиной, с которой его познакомил друг. В тот вечер они должны были смотреть «Спящую красавицу», но уже в середине первого акта Ким закемарил. Отчасти потому, что женщина ему не очень-то и нравилась, а темнота зрительного зала и музыка Чайковского убаюкивали получше всяких колыбельных. Женщина рассвирепела и во время антракта ушла. А Киму стало жаль потраченных денег, так что он остался и досмотрел балет до конца. Точнее, ему казалось, что вот теперь-то он точно сможет хорошенько выспаться, но неожиданно его внимание привлекла сцена. Он как зачарованный смотрел на балерину с маленьким, очень ясным лицом с точеными чертами. Каждое ее движение, каждый жест были четкими и выверенными до миллиметра. Особенно детективу запомнилась сцена, в которой принцесса Аврора после поцелуя принца проснулась от столетнего волшебного сна. Хотя балет просто повторил оригинальную сказку, эта романтическая сцена тронула сердце старого холостяка детектива Кима. Балериной, которая исполняла в тот день роль принцессы Авроры, была не кто иная, как Сон Рахи. Эту информацию детектив Ким обнаружил во время изучения материалов, но раньше о ней не знал. Ведь лицо балерины отчетливо запечатлелось в его памяти. И дело было не только в том, что он тогда впервые попал на балет, но еще и в том, что и внешность, и танец Сон Рахи были уникальными. Детектив Ким вспомнил, какое впечатление произвел на него тот спектакль.

Возможно, именно эта неожиданная связь заставляла мысли детектива Кима постоянно возвращаться к делу о гибели Сон Рахи. Обстоятельства и доказательства произошедшего были давно известны. Но под подозрением оставались лишь отношения погибшей с Ю Дженой.

«Неужели жизнь балерины так невыносима, что им даже некогда ею наслаждаться?»

Детектив Ким вспоминал Сон Рахи в роли принцессы Авроры и совершенно ничего не понимал. Она блистала на сцене и была самой прекрасной примой на свете. Да уж, видимо, этот труд и вправду настолько же тяжелый, насколько и нестабильный. Полистав журналы о культуре и искусстве, он наткнулся на статью, в которой упоминалась Сон Рахи. В статье под заголовком «Состояние современного корейского балета» писали и о бывшей приме. В основном с сожалением о том, что Сон Рахи «больше не может продемонстрировать своих прежних способностей». Очевидно, если бы та прочитала статью, то расстроилась бы.

Через некоторое время в студию вошла Джена. Увидев ее, детектив Ким сразу же понял, что был прав. Несмотря на юный возраст, девушка совсем не выглядела начинающей балериной. Даже одной ее внешности было достаточно, чтобы партию Жизели отдали ей.

– Здравствуйте! Прежде всего, поздравляю вас с успешным отбором на роль Жизели, – сказал детектив Ким, глядя на Джену.

Она опустила глаза и слабо улыбнулась. Держалась она, в отличие от других балерин, совершенно спокойно. Даже во время допроса не проявляла никаких признаков тревоги. Ее расслабленное лицо можно было бы назвать даже смелым. Возможно, именно поэтому руководитель Со выделяет Джену среди других балерин. Ведь артист и должен быть по-настоящему бесстрашным, чтобы выходить и танцевать перед огромной аудиторией.

– Что ж, позвольте задать вам несколько вопросов.

Джена посмотрела на детектива Кима своими большими глазами.

– Слышал, Сон Рахи ненавидела вас. Какие конкретно действия она предпринимала? Ах да, первым делом хочу спросить: правда ли то, что ваша мать – балерина Син Суён?

Джена слегка нахмурилась. Но затем четко проговорила:

– Сон Рахи с неодобрением обращалась ко мне, называя дочерью легендарной балерины Син Суён.

– Значит, ваша мать тоже была великолепной балериной.

Джена кивнула.

– Честно говоря, не очень люблю, когда кто-то упоминает ее.

– Но почему?

– Потому что знаю, как тяжело ей было расстаться с балетом. Все вокруг только называют ее великой балериной, но почти никто не знает, почему она покинула сцену.

– Я-то думал, вы ею гордитесь, и не ожидал такого ответа.

Джена угрюмо кивнула.

– Джена… – детектив Ким осторожно назвал девушку по имени.

Та посмотрела ему в глаза, но ничего не сказала.

– Вы знали, что в мобильном телефоне Сон Рахи нашли ваши записи?

Глаза Джены округлились.

– Нет, не знала. И что за записи?

– Результаты медицинских обследований.

– Что? Моих медицинских обследований?

– Да. Я бы хотел выяснить, связаны ли они со смертью Сон Рахи, но мы не имеем права открывать эти записи без разрешения. Мне нужно ваше согласие.

Джена удивленно наклонила голову, а на ее лице возникло смущение. В ее медицинских записях не было ничего особенного. Но она совершенно не понимала, почему детектив Ким хочет их посмотреть. Некоторое время спустя Джена решительно проговорила:

– В таком случае, думаю, мне следует посоветоваться с руководителем, потому что эти файлы хранятся в нашей труппе. Но я в полном замешательстве. Что мои записи делают в телефоне Сон Рахи?

– Я и сам не знаю, поэтому спросил у вас.

– А руководитель Со об этом знает?

Детектив Ким честно ответил:

– Да, я ей рассказал. Но она сказала, что не знает, почему ваши записи оказались в мобильном Сон Рахи.

Договорив, он пристально взглянул на Джену. По глазам девушки было ясно, что она правда понятия не имеет, в чем дело.

– Хорошо. Вы можете идти, – отпустил он Джену, но, когда та выходила, обратился к ней снова. – Кстати, когда у вас премьера «Жизели»?

Джена широко улыбнулась и ответила:

– В конце года. Сначала в Сеуле, а затем почти сразу полетим в Европу.

– Потрясающе. Я обязательно приду посмотреть.

– Спасибо.

Джена кивнула на прощание и вышла из студии. Детектив Ким подумал о том, какая она приятная девушка.

Но терять бдительность нельзя. Хоть ему и не хочется этого делать, но следует как можно более тщательно изучить ее. В сообщениях, которые Сон Рахи отправляла руководителю Со, это имя упоминалось пять или шесть раз. Джена об этом не знала. Конечно, как и о том, что в мобильном Сон Рахи были записи о ее медицинских анализах.

Глава 11

На репетицию, назначенную на половину девятого утра, Роми не пришла. Джена отправила подруге сообщение, а затем и позвонила, когда та на него не ответила, но госпожа Юн, хореограф, сказала:

– Сегодня Юн Роми не придет. Говорит, что