дырку в стене и в шоке не нахожу слов. Дверь распахивается и забегает охрана. Но я так и стою словно статуя, даже когда рядом с моим лицом появляется оружие.

— Свободны, — отдаёт приказ Морелло ледяным тоном.

Только в это момент я позволяю себе сделать глубокий вдох.

— Ты психопат… — шепчу я, — эгоцентричный, самовлюблённый псих.

Он смотрит на меня изучающе, подходит ближе и заправляет прядь моих волос за ухо.

— Глупенькая девочка.

Я напрягаюсь всем телом, готовая защищаться. Но моим спасением становится его телефон. Посмотрев на экран, Дерек теряет ко мне интерес. Срываюсь с места и бегу к себе в комнату. Но даже оказавшись в мнимой безопасности, моё тело отказывается нормально дышать.

Он сделал это специально, очевидно, что если бы хотел, он бы попал. Я не могу успокоить сердцебиение. Умываюсь ледяной водой. Как бы мне ни было страшно, этот псих не получит меня с ленточкой на шее.

Я ожидаю, что вечером он снова ко мне заявиться. Подпираю дверь тумбой. Его она может и не удержит, но шуму наведёт точно. Я успею хотя бы среагировать.

Однако ни в этот день, ни на следующий я его больше не видела. За завтраком третьего дня тётя Бини проболталась, что весь отряд уехал по работе. Я немного расслабилась и позволила себе вечером пойти в спортзал. Хорошенько размявшись, я пытаюсь повторить какие-то элементы из хореографии, но места между тренажёрами катастрофически не хватает для этого. Злость и раздражение ищут выход. Включаю музыку с тяжёлыми басами. Я хочу вернуть свою жизнь. Хочу вернуть свободу. Я недооценивала его одержимость. Только после того, как он выстрелил в меня, я поняла, насколько всё плохо. До этого не смотря на все предупреждения, мне казалось, что всё просто и я вот-вот ему наскучу. Но это хладнокровие… Этот же взгляд у него был, когда он разрезал шею мужика. Я настраиваю под себя тренажёры и убиваю пару часов спортом. В отражении зеркала наблюдаю как наливаются мыщцы.

Когда силы уже стали заканчиваться, я умываюсь и иду ужинать. Однако я никак не ожидаю застать всех мужчин в сборе в столовой.

Глава 11. 18+

Алиса Реброва

Задержавшись лишь на секунду у входа, я иду к столу. Мужчины следят за мной, но не произносят ни звука. Я сажусь на свободный стул, пододвигаю тарелку с гарниром, но меня останавливает Дерек.

— Прежде чем приступить к еде, сними с себя спортивную форму.

Два часа вытрясания злости обнуляются. Я встаю со стула, его ножки громко скрежещут по деревянному паркету. Глядя в глаза Дерека, я бросаю ему вызов: снимаю худи, медленно стягиваю легинсы, прогибаясь в пояснице и остаюсь в трусиках и спортивном топе. Остальные внимательно следят за каждым моим движением. Я улавливаю каждый брошенный на меня взгляд, наполненный любопытством, страхом, похотью и злостью. И в таком виде возвращаюсь за стол, не сдерживая ехидную улыбку. Лицо Дерека искажается яростью. Кажется, ещё чуть-чуть и из его ноздрей пойдёт дым.

— Глаза в пол! — от его вибрирующего возгласа я даже немного пугаюсь, и улыбка сползает с моего лица.

Мужчины синхронно опускают лица. Я же слежу за Морелло, который идёт ко мне чернее тучи. Сердце начинает биться учащённо. Он дёргает мой стул так, что тот со скрежетом отъезжает, и разворачивает лицом к себе. Я демонстративно кладу ногу на ногу, делая вид, что меня ни капли не пугает его настрой, хотя сердце стучит так сильно, что отдаётся в каждой уголке тела. Но этим же совершаю ошибку, привлекая внимание Дерека к своим голым ногам.

Он поднимает меня за локоть, толкает к столу. Одним движением смахивает всё что стоит рядом с нами на столе. Я начинаю понимать, что сейчас будет, и только делаю шаг в сторону, как он заламывает мне руки за спину и толчком прижимает грудью к столу. Воздух из лёгких шумно вырывается.

— Отпусти! — безуспешно пытаюсь выдернуть руку.

— Раньше надо было думать! — зло рявкает он.

Я не вижу, что происходит за моей спиной, но, когда запястий касается грубая кожа ремня, а пряжка — голых участков поясницы, холодок пробегает по спине. Я начинаю вырываться, от этого посуда на столе начинает звенеть. А остальные мужчины сидят не шелохнувшись. Я лежу, прижавшись щекой к столу, обездвиженная. И тут вижу, как рука Дерека тянется к ножу.

— Какого чёрта?! Отпусти! Ты вообще из ума выжил?

Холод металла касается моей спины и движется вверх от поясницы вдоль позвоночника. Я замираю, боясь пораниться. Джей коситься в мою стороны и произносит довольно тихо:

— Дерек, может не стоит?..

В абсолютной тишине столовой этот шёпот слышен каждому. Но я прислушиваюсь к тяжёлому и частому дыханию Морелло. Вместо ответа Дерек одним движением разрезает ткань моего топика и кладёт нож недалеко от моего лица. И только после этого удостаивает вниманием остальных.

— Пошли вон, — раздаётся тихий приказ, не предвещающий ничего хорошего для меня.

Мужчины синхронно отодвигают стулья и выходят. Моё сердце бьётся как сумасшедшее, и ситуация усугубляется, когда Дерек кому-то звонит и говорит в трубку: «Отключить камеры в столовой». Я делаю резкий рывок, но он тут же его пресекает и прижимает сильнее к столу.

— Чего ты добиваешься? Или понравилось светить телом? Так давай тогда до конца, — его голос словно плётка разрезает воздух.

Он натягивает мои трусики на бедре, отчего они больно впиваются в кожу, я морщусь. А в следующей мгновение он просто разрывает их и отбрасывает в сторону клочки ткани.

В этот момент я понимаю, что я не просто переборщила. А перешла все допустимые грани и обратного пути нет.

— Ты не сделаешь этого… — шепчу в отчаянии.

Будто прочитав мои мысли, Дерек отвечает:

— Ты слишком тщательно прощупывала мои пределы. Поздравляю. Ты наконец их нашла.

В следующее мгновение я чувствую его язык на половых губах и клиторе. Его касания могли бы быть удивительно приятны, но они не перекрывают унизительно положение, в котором я стою. Дерек одной рукой прижимает меня к столу, а второй гладит ягодицу. Я чувствую, как тело начинает откликаться на настойчивую ласку его языка, игнорируя сигналы мозга о помощи. Пытаюсь отвлечься, чтобы только он не понял, что близок к моей капитуляции. Но он настойчиво водит кончиком языка по моей чувствительной горошинке. Я перестаю контролировать тело и злюсь от этого ещё больше.

— А вот и долгожданная влага, — раздаётся его хрипловатый голос и следом он вводит в меня палец, от чего я выгибаю спину.