и я тоже превращусь в гуля. Уже второй день пытаюсь попасть к декану на прием и еще раз обо всем его расспросить, потому что остальные в академии твердят, что это как раз в его компетенции. А в лазарете лишь разводят руками.

– Если честно, то я не понимаю причины твоего страха.

– Того, что я превращусь в гуля, – неожиданно резко произнесла Гретта. – Вот, посмотри, что у меня с лицом! Думаешь, я и раньше была такого интересного зеленого цвета? Как бы не так! Может, у меня уже началось превращение?

Я немного посмотрела на нее, а затем подошла к окну и выглянула наружу. На кладбище, которое только что закончили приводить в порядок первокурсники и теперь возвращались назад, на факультет.

Тут откуда ни возьмись выскочили две демонические собаки нашего декана. Первокурсницы завизжали, парни ощетинились лопатами и защитными заклинаниями, но церберы всего лишь хотели поиграть.

Ну да, в «Вырой могилку».

– Как видишь, бежать от меня через окно не советую, – усмехнулась Гретта. – Там все же эти псы. Пусть я не чувствую в себе никаких признаков перерождения, но кто знает, когда именно меня накроет? Вдруг с минуты на минуту?

Сказав это, она уставилась на меня.

– Никогда, – ответила я. – Тебя не накроет никогда, потому что в гуля ты не превратишься.

– Это еще почему? – нахмурившись, поинтересовалась Гретта.

– Потому что ты давно бы им уже стала, и сейчас бы тебя ловили и приканчивали и ваш декан, и его собачки, и вся остальная академия, – заявила я. Затем добавила: – Думаю, это была бы та еще беготня – гули по своей природе довольно прыткие и невероятно живучие.

Затем снова посмотрела в окно, где два цербера перестали копать землю и пошли в атаку на первокурсников, и я внезапно догадалась, для чего были вырыты те ямы.

Кажется, игра у них все-таки называлась «Закопай студента заживо».

Тут рядом с кладбищем распахнулся портал, и из него появился Дарий Велвуд.

При виде декана рука у меня снова зачесалась, но брачная метка на ней и не подумала появляться.

И я поняла… Неожиданно обо всем догадалась, после чего мне все стало предельно ясно.

У меня просто-напросто жутчайшая аллергия на декана Факультета Некромантов Дария Велвуда – вот что это такое!

– Ко мне, твари! – рявкнул декан так, что задрожали окна, и его церберы сразу же передумали хватать и закапывать первокурсников. – Сюда, твари! – повторил Дарий Велвуд, и его псы, виновато виляя хвостами, подошли к своему хозяину, после чего исчезли вместе с ним в магических сполохах пространственного перехода.

Декан ушел, первокурсники отправились дальше, и моя рука тоже перестала чесаться, еще раз подтверждая, что я во всем была права. Аллергия, так и есть!

Единственное, Гретта не спешила мне верить.

– Я видела того монстра, и он был очень похож на гулей, которые описаны в наших учебниках, – возразила староста.

– Даже если тебе очень сильно хочется, чтобы тебя покусал именно гуль, – усмехнулась я, – к твоему сожалению, это был все-таки не он. Превращение начинается в первые же часы, и остановить его практически невозможно. Даже ведьмочки бы не справились. А ты, – я склонила голову, – вполне похожа на человека. И зеленый цвет тебе к лицу.

– Но тогда почему… Почему я себя так плохо чувствую?

– Скорее всего, потому что та тварь занесла тебе в кровь заразу. Ты показывала рану в лазарете?

Она кивнула.

– Укус промыли в первые же часы, но после этого…

Гретта пожала плечами и тут же поморщилась.

– Спина, – догадалась я. – А ну-ка, снимай верхнюю одежду и ложись на кровать, а я посмотрю, что и как. Не волнуйся, у меня уже имеется опыт в таких вещах. Я несколько раз тренировалась на трупах, – пояснила ей, – но они выглядели почти как живые.

Ну что же, скоро я поздравила ее с тем, что у нее началось воспаление и до заражения крови, а затем и до летального исхода осталось уже недалеко.

– И что тут хорошего?! – пробормотала Гретта.

– То, что ты до сих пор жива, – отозвалась я, – и такой и останешься, если позволишь мне зачерпнуть у тебя немного магии. Ведь мы, ведьмочки, своей не обладаем…

Затем я сказала, что сделаю все, что могу в магическом плане, после чего мне нужны будут мои вещи. Они остались в подсобке рядом с кабинетом ректора, и если я их получу – пусть она кого-нибудь за ними пошлет на правах старосты, – то у Гретты будет и мазь, и настойка, которую надо принимать с неделю.

А гуля ей стоит выкинуть из головы.

Перекинуться в него и покусать все живое у Гретты не выйдет, потому что уже скоро она полностью выздоровеет.

Но перед этим я обзавелась своим саквояжем, который староста наказала принести пойманному ею в коридоре первокурснику.

Спокойно разложила свою одежду в шкаф, поставила подаренные подругами сувениры – и все с ведьмовскими секретиками – на книжную полку и письменный стол. Одновременно с этим, покопавшись в саквояже, я выдала Гретте укрепляющую настойку.

Два пузырька с ней всегда были у меня с собой – я захватила их из Гржини на всякие непредвиденные случаи, но сейчас добавила пару ингредиентов. Их я тоже привезла в Альтарис, понимая, что случаи могут быть самыми разными.

Уже скоро Гретта заметно повеселела, и ее лицо больше не было таким оживленно-зеленым, а про превращение в гуля она и не вспоминала. И все потому, что рану я тоже очистила, после чего уничтожила заклинанием грязные бинты.

Как же хорошо оказалось пользоваться чужой магией, которую можно было не воровать, а получать, и отдавали ее мне с удовольствием!

Заодно я выслушала длиннющий рассказ о том, насколько сложно и опасно учиться на факультете Некромантии. А когда появился новый декан со своими демоническими собаками – так стало еще хуже!..

Неожиданно у меня забурчал желудок, да так громко, что даже староста услышала.

– Как раз время для ужина, – кивнула Гретта. – Сейчас мы пойдем в главный корпус, и я все тебе покажу. Но вот что: держись везде рядом со мной. Заодно тебе не помешает выглядеть… не настолько яркой. По крайней мере, до момента, пока ты здесь не освоишься.

– Это еще почему? – спросила у нее.

Подошла к зеркалу. Провела пару раз расческой по волосам, заодно поправила бант. Мысленно прикоснулась к лицу, разгоняя кровь – ну, чтобы щеки порозовели, а глаза заблестели, – и для этого мне не нужно было никакой косметики.

Оставшись довольной увиденным, я сняла розовые бантики с чулочков, засунув те в саквояж.