мора Карния! — угодливо склоняется он.

Неудивительно, покупательница явно не из бедных. Толстые пальцы усеяны перстнями с блестящими камушками.

— Как поживает ваш весёлый дом? — продолжает торговец. — Много ли клиентов?

— Не жалуюсь! — отвечает она.

Сутенёрша! — соображаю я. — Только бы на меня глаз не положила!

— А эти ничего! — говорит вдруг бабка, указывая на моих спутниц. — Ну-ка, заставь их пройтись!

Торговец велит нечастным ходить по помосту туда-сюда. Покупательница обшаривает их оценивающим взглядом с головы до ног. Потом велит подойти и опять пристально рассматривает и даже ощупывает каждую.

— Беру! — заявляет, наконец, она.

— Эту тоже возьмите! — указывает на меня торговец. — Она целительница!

— Слишком дорого просишь! — отвечает сутенёрша. — И вообще у ней сиськи маленькие!

— Нормальные они у ней! — не соглашается он.

О, если бы я могла провалиться сквозь землю! Бабка называет цену, достойную меня по её понятиям.

Торговец возмущённо машет руками:

— За мага? Не пойдёт!

Они принимаются ожесточённо торговаться. Меня бьёт дрожь.

— Не собираюсь в первый день торговли за бесценок отдавать! — оживлённо жестикулирует торговец.

Бабка отсчитывает ему монеты за моих спутниц. Краем уха успеваю услышать их шёпот:

— Главное — не на поля!

— Глядишь, ещё в люди выбьемся!

Остаток дня стою в полном одиночестве. Наблюдаю, как мальчишек из Лотарии покупает местный купец. Даже имя его запоминаю.

На следующий день всё повторяется снова. И на третий то же самое. Похоже, торговец уже жалеет, что не отдал меня той бабке.

Внезапно к помосту подходит мужчина. Причём судя по одежде и выговору — явно не местный. Он указывает на меня и спрашивает цену. Потом говорит, причём не торговцу, а мне:

— Готовить умеешь?

Я даже не сразу осознаю смысл его вопроса. Он повторяет. Не знаю, что на меня находит, но я киваю.

— Хорошо умеешь?

— В трактире работала! — лепечу я.

Что сейчас будет? Меня охватывает самая настоящая паника. Почти не торгуясь, покупатель достаёт кошелёк и отсчитывает нужную сумму.

— Пошли! — велит он мне и берёт за руку.

Мы шагаем по улицам и я буквально кожей чувствую скользящие по мне липкие похотливые взгляды. Я в полной растерянности — то ли декольте прикрывать, то ли подол прихватить, чтоб не расходился слишком.

В конце концов мой новый хозяин замечает происходящее. Он снимает с себя куртку и накидывает мне на плечи. Просовываю руки в рукава, запахиваю на груди и вздыхаю с облегчением.

Раз он не из Рамнора, может, получится как-нибудь с ним договориться, деньги ему заплатить, в конце концов? У меня и накопления есть. Вдруг получится с Ларией связаться?

Вскоре мы сворачиваем на узкую улицу и входим в один из обычных здесь низких каменных домов с плоской крышей.

— Ты должна будешь убирать дом и готовить еду! — объясняет купивший меня мужчина. — Учти, мой господин любит чистоту! Из-за этого не хочет питаться в здешних трактирах. Очень уж тут грязно живут, тьфу!

Это факт, уже успела заметить. Даже богатые покупатели на том базаре не отличались опрятностью в одежде. А уж запах от многих...

— Будешь хорошо исполнять свои обязанности, господин тебя не обидит! Иди на кухню и приступай!

Делать нечего, шагаю, куда он сказал. Ну и свинарник здесь, однако.

— Где воду брать? — спрашиваю я.

Мне указывают на дверь, за которой коридор, выводящий под навес, построенный прямо над колодцем. Я растапливаю плиту и принимаюсь таскать и греть воду. После уборки мне даже удаётся сполоснуться в корыте и вымыть голову. Это просто блаженство!

Весь остаток дня я готовлю плотный ужин, потому что вечером появится этот самый господин. Надеюсь, ему придётся по вкусу кухня Лотарии.

Наконец, мне велят накрывать на стол. И указывают маленькую комнатку, где я буду спать. Выставив еду, я ухожу туда и падаю на расстеленную прямо на полу постель, хорошо хоть, чистую. Устала до жути. Отвыкла всё-таки от столь интенсивной работы.

Начинаю задрёмывать, но слышу вдруг шаги за стеной. Похоже, этот самый господин идёт ужинать.

— Красивая хоть? — доносится до меня.

— Аж слюнки текут! — узнаю голос купившего меня мужчины.

— Но-но! Знаешь ведь: есть вещи, которые я не делю ни с кем!

Охвативший меня было сон мгновенно улетучивается. Я не позволю ко мне прикасаться!

А что ты сделаешь? — парирует голос разума. — Он даже спрашивать не будет! И закон полностью на его стороне. Ты теперь — всего лишь вещь!

Ну уж нет! Я утыкаюсь лицом в подушку и сжимаю кулаки. Не позволю! Лучше умру!

Тем временем за стеной что-то обсуждают вполголоса, так что не разобрать, да время от времени раздаётся звон посуды.

— Вкусно получилось! — доносится до меня. — И, главное, чисто! А то в здешних трактирах даже посуду нормально вымыть не могут!

— Не говори! — поддакивает мой покупатель. — Ты-то тогда додумался крепким вином запивать, а я всю ночь в отхожее место бегал!

— Интересно, как она в постели будет? — расслабленно замечает голос, который я, кажется, где-то слышала.

Глава 21

Дверь в мою комнату распахивается и входит мужчина. Хорошо, я успеваю шмыгнуть в угол. Уже вечер и темно, поэтому меня и не видно толком.

— Ты где? — удивлённо спрашивает он.

— Не подходите! — изо всех сил стараясь, чтобы мой голос звучал твёрдо, произношу я.

— Ты чего? Я тебя не обижу! Тебе со мной будет очень хорошо! — нагло заявляет он.

— Я не буду с вами спать! Я не шлюха! Меня пираты похитили! — на одном дыхании выпаливаю я.

Комната озаряется ярким светом. Он, получается, маг!

Я стою в углу, обмотанная покрывалом. А на меня взирает тот самый человек, что когда-то купил у меня весь ассортимент роз.

— Вы? — изумлённо произношу я.

— Ирейна дин Миор? — недоумённо спрашивает вошедший.

Узнал всё-таки, — соображаю я.

— Полагаю, нам стоит присесть и всё обсудить! — произносит он. — Идёмте!

Не снимая с себя покрывала, шагаю следом за ним.

— Вы ужинали? — спрашивает он.

— Я не хочу!

— Может, хотя бы бокал вина?

— Не надо!

— Да успокойтесь вы, наконец!

Успокоиться? Как? Меня продали, в конце концов! Я вкалывала весь день, как самая настоящая рабыня! Ах, о чём я, ведь я и есть...

Не выдерживаю и принимаюсь горько рыдать. Сознание словно отключается от окружающей реальности.

Прихожу в себя от ощущения тепла и чьей-то руки на спине. Открываю глаза и вижу прямо перед своим лицом мощную мужскую грудь в вырезе расстёгнутой рубашки. В ужасе отшатываюсь прочь.

— За кого вы меня принимаете? — в голосе мужчины явно звучит некоторое недоумение.

— Да ведь вы не так давно интересовались, какова я в постели!

— Простите! Я