невесты не видят жениха до самого свадебного обряда.

— Это не наша ситуация.

Он коснулся моих волос, как-то задумчиво, как-то невольно.

И, видимо, сам себе удивился, когда осознал, как это выглядело со стороны.

— Вы рассуждаете так, будто бы я мешок картошки, а не живая девушка. Привезли-увезли. А как я буду себя чувствовать? Пусть между нами ничего не было, это уже какое-то хождение по рукам, простите. Я не могу так. На кого укажут, тот и будет мужем? Это жестоко. Один раз я ещё могу понять. Тем более когда речь об указе короля. Но второй по вашей же воле? Ваша жестокость не имеет границ… И может… вы всё-таки отойдёте?

Он усмехнулся:

— Хотите сказать, что не пришли сюда лишь ради того, чтобы меня соблазнить?

— Соблазнить? Вас? Да я лучше выпрыгну из окна своей башни!

Крикнула в бешенстве и только потом поняла, что очень, очень, очень сильно вышла из образа.

— Я просто возмущена, — поспешно добавила, — как вы можете…

Аластер стиснул зубы, это было видно по тому, как преобразилось его бледное, красивое лицо.

Я, видимо, окончательно его выбесила и запутала.

Как будто бы он не точно такой же. Говорит одно, делает другое, думает вообще чёрт-те что!

— Что у вас в голове? — бросил он уже не издевательски, а с реальной претензией.

— Вы сказали мне надеть старые платья через голема, не так ли?

Аластер, наконец, отошёл. Только благодаря гневу у него как будто бы и получилось это сделать. Тогда пусть бы злился побольше, чтобы я больше не чувствовала жара его рук.

Ответа не последовало, но это и без того было ясно.

— Это очень некрасиво с вашей стороны. Не говоря о гигиене… Те вещи элементарно были настолько ветхими, что могли на мне рассыпаться. Или вы этого эффекта и добивались, м? Только чего ради? Чтобы унизить меня, чтобы собрать очередной компромат?

— Хотите сказать, что именно поэтому посетили мой кабинет в таком виде?

— Именно это я и хочу сказать. К тому же, я даже не знала, что это ваш кабинет. Я увидела свою книгу и зашла. Удивление и непонимание — вот что было написано на моём лице. И вы прекрасно всё видели из своего угла.

— Простите, — зевнув, ответил Аластер, — не читал.

— Вы невыносимы.

— А вы знатно меня утомили. Чем дольше вы остаётесь рядом со мной в таком виде, тем яснее мне становятся ваши намерения и ваша суть.

Как же трудно сдерживаться…

Я развернулась, чтобы уйти. То и дело напоминая себе, что я здесь делала.

Этот урод не собьёт меня с пути. Пусть издевается дальше, если ему это приятно. Мне главное пройти все испытания. Главное выйти за него замуж и попросить помочь Гарри.

А потом уже можно будет быть собой.

Всё бы ничего, да только прямо над моей головой пролетел ворон. И в его клюве было… моё письмо королю. Уже запечатанное, но не отправленное.

— Хотите знать, какими словами она составила жалобу королю?

Я вернулась в кабинет лорда, чтобы заглянуть в его бесстыжие глаза.

— Опуститесь так низко? — прошептала.

— Вы должны знать, — холодно заявил мужчина, — что от мужа не должно быть никаких секретов. Никаких личных переписок. Вся корреспонденция будет проходить через мои руки. Мужчине всегда лучше знать, как стоит жить его жене. Понимаете?

Я улыбнулась. На самом деле письмо писалось так, что мне было даже на руку, если он его прочтёт.

— Что ж, — прошептала трепетно, — я так рада, что вы уже воспринимаете меня как свою супругу. Это большой шаг для нас.

Аластер помрачнел, разорвал письмо и принялся бегло цепляться взглядом за строчки.

— Вы думаете, что это смешно? Вам всё понравилось? И даже я? — убийственным тоном спросил он.

Как будто говорил: «Что я ещё должен сделать, чтобы избавиться от вас, лери?».

— Я ведь вам говорила, — пролепетала и захлопала ресницами.

Хлоп-хлоп.

— Я отправлю письмо, дорогая, — процедил мужчина. — Увидимся за ужином.

— Всенепременно.

На этом я могла уйти с гордо поднятой головой, но на пороге появилась Руби. Ладно бы одна, но вместе с ней был и возглас: «Ну что, ты уже его соблазнила?».

Мне конец.

Глава 19

— Ой, тут муж! — закричала она, заметив Аластера и, нисколько не смутившись, принялась вилять хвостом и пригибать мордочку к земле, разглядывая мужчину голодными глазами снизу вверх.

— У неё случайно нет бешенства? — со скептицизмом спросил лорд Хейл.

— Только если бешенство матки! — загоготал ворон.

— Матушка прекрасно научила меня щипать кур! — крикнула я ему. — Я вам не говорила?

— Сумасшедшая! — запричитал ворон.

— Табита, — заскулила Руби.

Я чувствовала, как с каждым мгновением сил оставалось всё меньше. Со всех сторон все что-то кричали, что-то требовали и обвиняли. Мозг дребезжал и едва ли не переворачивался.

Я пошатнулась. В глазах потемнело.

Нет, надо держаться, надо держаться, надо держаться.

Но я вовсе не держалась.

Я падала.

Или нет?

Слегка очухавшись, сглотнув застрявший в горле комок, бледная и холодная, я попыталась продрать глаза.

В одном халате, я обнаружила себя в руках лорда Аластера Хейла. Он рассматривал меня внимательно и будто бы взволнованно.

— Простите я… Должно быть, слишком устала.

Мужчина покачал головой. Перехватил меня поудобнее и понёс в сторону башни.

— Вы притворяетесь, — заявил он, как всегда, безапелляционно. — Этот трюк с обмороком стар как мир, лери.

— Тогда почему вы не отпустите меня?

Я не сопротивлялась. Отчасти потому, что мне нужно было, чтобы маг касался меня как можно чаще. Отчасти потому, что у меня всё ещё нещадно кружилась голова.

А при мысли о том, что ночью ещё и нужно будет проходить испытание, сердце начинало биться как попало: неровно и почти больно.

— Вас застали врасплох. Ваша лиса выдала ваши намерения. Причину, по которой вы, будучи благородной лери, позволили себе выглядеть так непотребно. И, попав впросак, конечно, решили проехаться мне по нервам таким образом.

Он не ответил, почему в таком случае всё ещё прижимал меня к своей горячей и твёрдой груди.

Зато обвинять, упрекать и уличать — это святое дело.

— Вообще-то, — вставила Руби, которая, оказывается, всё это время семенила за нами следом, — она тут пахала целый день. Это ещё после такого чудовищного происшествия. Блуждания в лесу без сна! Тут вам и полы помыты и одежда постирана, и пыль даже с потолка сметена. И пирог в печи. А вы, дорогой жених, только и делаете, что губите наше нежное здоровье своими упрёками!

— Интересно, — протянул Аластер задумчиво и издевательски. — Я полагал, что беру в