Лиса фыркнула.

— Дурак, что ли? Девушки едят заранее, чтобы не срываться за ужином перед мужчиной. Давай, показывай, где у вас курятник.

Глава 15

К большому сожалению моей лисы, выяснилась страшная правда: у Аластера не было ни одного курятника, крольчатника, утятника и даже голубятню он не содержал.

Готовил здесь Валет. И он мог предложить Руби лишь остатки завтрака, который состоял из каши и крепкого чёрного чая.

— Я на диете, — едва ли не прорычала Руби, — поэтому не пью чай. У вас есть мясо?

— Оленина, — ответил Валет. — Но у меня в расписании не найдётся окошка для готовки отдельного блюда. Это стоило оговаривать заранее.

— Готовки? — усмехнулась лиса. — Неси давай!

— Вас же не затруднит отрезать для юной лери кусочек мяса? — улыбнулась я нарочито вежливо.

— Для вас? — в механизме голема что-то вот-вот норовило сломаться от общения с нами.

— Для меня… — простонала Руби. — Какие тут нерасторопные слуги… Я буду жаловаться королю!

Говорила она так, будто бы наша усадьба кишела первоклассными слугами, и будто у нас и вправду были настолько близкие и доверительные отношения с Его Величеством, чтобы писать ему жалобу.

Странно, но в этот момент к нам подлетел огромный чёрный ворон с письмом в клюве. Я сразу же заприметила красную королевскую печать. По телу прошла волна дрожи. Неужели что-то всё-таки случилось?

Он узнал о «разбойнике»?

Или что-то с Гарри?

Ворон выплюнул письмо, его в прыжке поймала Руби.

— Ваше имя было написано, лери, — со странной насмешкой произнёс птиц. Голос у него был очень низкий и пугающий.

Я взяла послание. А голем удалился, видимо, за порцией мяса для проголодавшейся лисицы. Поверил угрозам? Забавно.

Я осмотрела письмо со всех сторон и спросила у ворона:

— На нём магическая защита, не так ли?

— Вы думаете, что меня остановило от того, чтобы его растерзать, только это? Не честь и хорошее к вам отношение? Вы правы!

Ворон загаркал. Я предположила, что это смех. Руби наморщила нос и прижала чувствительные ушки к голове.

— Ждёте, чтобы узнать о содержимом послания?

Птиц не улетал, вместо этого он устроился на гардине и стал сверлить меня взглядом.

— Я догадываюсь, что он мог написать. А вы? У вас пальцы дрожат, лери. Неужели это вы так чувствуете, как приближается ваше… падение?

Ворон Аластера мне не был рад точно так же, как и сам лорд. Ну что ж… Будем считать это первым испытанием. Нужно как можно скорее расположить к себе этих несносных мужчин.

— А Аластеру Хейлу Его Величество не писал?

— Мой хозяин не трепещет перед мальчишкой и редко когда читает его слащавые послания…

— Вашего хозяина следует научить хорошим манерам, — улыбнулась я. — Возьму на заметку.

Оттягивать больше было нельзя. Облизнув губы, я вскрыла конверт и уставилась на ровные строчки. Буквы были выведены чёрными с золотистым отливом чернилами, почерк можно было назвать витиеватым, как и само изложение.

Эрнест Великий интересовался, как прошла моя поездка, какое впечатление производит замок Хейлов, как меня встретил сам Аластер, не требуется ли мне помощь, чтобы дополнительно вразумить мужчину.

Король был очень мил, желал мне всего лучшего, хвалил дядюшку Тортона и всё в этом духе.

Я выдохнула. Только зря себя накрутила! Его Величество всё ещё был на стороне моей семьи. Аластер так и не провернул свою махинацию. Возможно, он даже не собирался. Возможно, угроза была пустой.

Хотелось бы в это верить.

Всё-таки брак будет настоящим, несмотря на то, что мои чувства ложные.

Хотелось бы видеть рядом с собой достойного человека. Которого можно было бы пусть и не любить, но уважать.

— Что сказал король? — спросила Руби.

Я не успела ответить. Ворон вырвал письмо из моих рук и улетел.

— Вот нахал! — разозлилась лиса.

— Ничего, там ничего важного. Король спрашивал о том, как мне Север и всё в этом духе. Даже свою помощь предлагал, представляешь?

Руби завиляла хвостом.

— Так и славно! Пускай объяснит Аластеру, что ему очень повезло. Пусть поговорят по-мужски. Мы-то тут причём, если подумать.

Я присела, чтобы погладить её.

— Не думаю, что стоит враждовать с нашим будущим мужем, — ответила я задумчиво. — По крайней мере, пока. Мы же собирались быть идеальными жёнами, помнишь? Он не любит короля. Нехорошо, если будет думать, что мы с ним дружны.

— Ну да, — Руби лизнула меня в ладонь. — Ты такая умная, Табита! А я… такая голодная!

На этих словах как раз вернулся голем. Вот только не с сырым мясом, а с плетёной корзинкой, от которой пахло выпечкой. Даже у меня приветственно заурчало в животе.

— Кухарка лери Алисии нередко посылает нам обеды. Это любезность, — зачем-то пояснил Валет. — Но хозяин не в замке, поэтому вы можете взять еду, пока она горячая. Пирожки с мясом есть, — это он сказал Руби.

Такой вариант её вполне устроил, она тут же засунула свой носик в корзинку.

— Лери Алисия? — произнесла я напряжённо.

— Да. Лери Алисия Глумм, — ответил голем, видимо, не поняв сути вопроса.

— А кто это?

— Невеста лорда Хейла, — отчеканил Валет.

— Руби, — пришлось мне приказать, — лучше не ешь это. И часто Аластера вот так подкармливают?

— Часто, — отозвался голем. — Лери Табита, я не понимаю ваши запросы.

— А я не уверена более, что могу доверять вашей информации. Эта Алисия не может быть невестой Аластера. Я его невеста. Она потеряла этот статус. И оговариваться так, значит, не уважать меня и вашего господина.

Глаза голема засверкали синей магией.

— Я не получал инструкций, — ответил он. — А теперь прошу пройти за мной. Я покажу вам ваши покои.

— Испортить еду ядом — страшное преступление, Табита, — заворчала лисонька. — Я понимаю: насыпать на подушку, или добавить в шампунь, или на худой конец на букет роз… Но пирожки… Она страшный человек!

Конечно, вполне возможно, что у этой лери Алисии не было плохих намерений. Хотя бы потому что еда предназначалась для её избранника. Но мы должны были быть осмотрительны. Тем более в месте, где не было ни единой души, которая была бы нам рада.

Глава 16

По высоким и узким коридорам, холодным, но полным жизни в виде летучих мышей, пауков и прочих друзей наших меньших, голем провёл нас к самой высокой башне замка, где теснилась комната, что предназначалась, конечно же, нежеланной невесте.

Мне и моей маленькой белой и пушистой компаньонке.

Комната была круглой и неуютной, с узкими оконцами, оснащёнными решётками, со старой мебелью, которую богиня знает, как вообще сюда затащили.