Вместо крупных населённых пунктов мы разбили побережье на сеть небольших поселений, растянув их вдоль береговой линии на многие километры.

В трёх наиболее удобных местах роботы расчистили побережье, выровняли площадки и доставили плодородный грунт для будущих огородов. Вместе с ним завезли семена земных культур. К моему облегчению, большинство растений приживались вполне успешно. Уже через несколько недель появились первые всходы картофеля, томатов, фасоли и салатных культур.

Беспокоило меня другое. Некоторые местные животные проявляли нездоровый интерес к земным посадкам. Насколько безопасны для них наши растения, я выяснить не успел. Поэтому рассчитывал, что колонисты быстро научатся защищать свои огороды.

Дополнительным источником пищи должно было стать море. Исследования показали наличие множества съедобных организмов. Правда, привычной рыбы на Ауре не встречалось. Зато в прибрежных водах обитали десятки видов существ, напоминающих земных креветок, крабов, омаров и моллюсков. Некоторые из них достигали весьма внушительных размеров. Один экземпляр, поднятый разведывательным катером, весил почти сорок килограммов.

Отдельного упоминания заслуживали водоросли. В чистом виде они оказались практически несъедобными. Часть содержала слишком много горьких соединений, другие вообще не усваивались человеческим организмом. Зато молекулярные преобразователи прекрасно справлялись с их переработкой. После расщепления на базовые компоненты любой пищевой принтер мог синтезировать из них вполне приличные продукты: от белковых батончиков до супов и мясных заменителей.

Чем больше данных поступало с побережья, тем сильнее я убеждался, что именно море станет основой выживания будущей колонии. Здесь добывалась соль, здесь имелась неисчерпаемая вода для опреснения, а местная экосистема обеспечивала стабильный источник биомассы. В отличие от горных районов, где главным богатством были металлы, побережье давало самое важное — пищу.

По сути, на моих глазах начинала складываться настоящая экономика колонии. Горняки будут поставлять руду и металлы. Поселения на реке займутся сельским хозяйством и переработкой древесины. Прибрежные жители станут добывать соль, собирать водоросли и вести морской промысел. А между всеми этими посёлками постепенно возникнет торговля.

Посёлки строились, а я всё ещё перетасовывал людей по группам, пытаясь подобрать оптимальный вариант на первое время. Потом они и сами смогут переходить из одного поселения в другое, если возникнет такая необходимость. Именно поэтому я изначально закладывал избыточное количество жилья. Вместо ста жилых блоков строилось сто десять, вместо тридцати — сорок и так далее. Запас никогда не бывает лишним. Кто-то создаст семью, кто-то захочет переехать ближе к морю или, наоборот, в горы. Кто-то просто не уживётся с соседями.

Все жилые блоки проектировались двухуровневыми. Первый этаж занимали технические помещения, душ, туалет, что-то вроде гостиной, где будет стоять личная капсула, доставленная вместе с телом. Второй этаж предназначался для сна. При этом наружная стена бокса в сумме достигала пяти метров высоты. Выше этого размера животных в обследованных районах пока не встречалось. Конечно, оставалась вероятность, что разведчики чего-то не заметили, но совсем без риска колонизация не бывает.

Блоки устанавливались вплотную друг к другу, образуя замкнутый прямоугольник с единственными воротами и просторным внутренним двором. В центре каждого посёлка располагались два общественных здания. Первое — столовая с помещением для собраний. Второе — комплекс утилизации и переработки сырья, где размещались бытовой принтер и система молекулярного преобразователя.

Спасибо деду, который загрузил в контейнеры такое количество энергоблоков. Дефицита энергии в ближайшие годы я не ожидал. Именно поэтому мог позволить себе роскошь, недоступную большинству колоний, — полноценные пищевые комплексы в каждом поселении.

Впрочем, превращать людей в иждивенцев я не собирался. Никто не заставит бывших заключённых сразу бросаться с копьём на местных животных. Но добывать сырьё для работы принтеров придётся самостоятельно. На Ауре практически любая органика могла быть переработана в полезную массу. Ветки деревьев, листья, водоросли, грибы, местные ракообразные, черви, мясо животных — всё это после сортировки и переработки превращалось в белки, углеводы, жиры и микроэлементы.

Отдельным пунктом я предусмотрел систему поощрений. Чем больше полезного сырья поселение сдавало в переработку, тем шире становился ассортимент доступных товаров. Хотите новые инструменты, мебель, бытовую технику или дополнительные строительные материалы? Добудьте необходимые ресурсы.

До конца вся эта система ещё не была продумана. Точнее, я сформулировал общие требования и загрузил их в нейросеть, а она уже просчитывала сотни вариантов развития событий. Одновременно в её базу данных непрерывно поступала новая информация от дронов-разведчиков. Каждый день они картографировали новые участки местности, анализировали растения, отслеживали миграции животных и искали месторождения полезных ископаемых.

В результате нейросеть предложила ввести систему баллов для колонистов. Не деньги, а именно баллы доступа к общественным ресурсам. Каждому человеку в первые дни будет начисляться десять базовых единиц. Завтрак оценивался в два балла, обед — в три, ужин — тоже в три. Оставшиеся баллы можно было обменять на дополнительные продукты, бытовые мелочи, одежду или что-то другое. Заработать дополнительные баллы предполагалось трудом: охотой, рыбалкой, добычей древесины, работой на полях.

Кроме того, оставлять распределение обязанностей на самих людей я не собирался. Им нужны были понятные задачи с первого дня. Большинство из них всю жизнь прожили в обществе, где практически любую работу выполняли роботы и автоматические системы. Здесь такого не будет.

Людям придётся заново вспоминать, что мусор сам себя не вынесет, дорожки сами не расчистятся. Никаких роботов в поселениях я оставлять не планировал. Максимум — аварийное оборудование, следящее за канализацией и подачей воды.

Вообще меня мало интересовало, кто будет подметать двор или мыть полы в столовой. Пусть сами договариваются между собой. Тем не менее нейросеть неожиданно упёрлась.

— Командор несёт ответственность за здоровье и безопасность колонистов, — выдала она очередную рекомендацию.

То есть полностью самоустраниться мне не позволяли собственные программы.

Впрочем, за здоровье переселенцев ближайшие лет пятьдесят можно было не беспокоиться. Медицинские капсулы, в которых они прибыли на Ауру, навсегда закреплялись за своими владельцами. Порезы, переломы, болезни зубов, простуды и большинство возрастных изменений такая капсула устраняла без особых проблем. Фактически каждый человек получал персональный медицинский центр.

Как развивать медицину дальше, я планировал обсудить с Марией и Михаилом после их пробуждения. Особенно с Марией. Она в подобных вопросах разбиралась гораздо лучше меня.

С распределением обязанностей колонистов в целом я согласился, хотя сперва не понимал, где набрать столько работы для сотни человек. Допустим, два человека следят за чистотой территории. Несколько охотников, рыболовов и механиков. Но чем заниматься остальным?

Ответ нейросеть выдала почти сразу: освоением планеты.

На сто человек приходилось более тысячи гектаров территории, требующей изучения и обустройства. Нужно прокладывать дороги, искать месторождения, изучать флору и фауну. И чем дольше я смотрел на список задач, тем яснее понимал: бездельников