это несколько дней, как и делаю сейчас. Не от того, что смирилась с теми эмоциональными качелями, которые мне устраивает этот придурок, а потому что… не знаю. Появилось стойкое ощущение, что он не сделает мне плохо, больно. Хотя, наверное, если я очень постараюсь вывести Даниила – то сможет. А еще я точно понимаю, что от моего поведения зависит судьба как минимум двух человек: Риты и Марка. Однако из-за изоляции в доме Лиса я не могу узнать, как они.

Смотрю на него прямо. Не отвожу взгляд, чтобы не думал, будто у него получилось подавить мою волю и задобрить меня вкусной едой и полным “все включено”. Лис смотрит в экран смарта, понемногу отпивая из чашки кофе, но через каждые пару секунд бросает на меня короткие взгляды в ответ.

– Говори уже, – не выдерживая фыркает, но снова вперивается глазами в телефон.

– Сильно сомневаюсь, что ты похитил меня, чтобы трапезничать в чьей-то компании, – пожимая плечами говорю, заталкивая в рот вкуснейшую яичницу, которую только пробовала.

Прости, бабуля, но тебя реально переплюнули. Кормит он меня и правда, как королеву. Мой рот благодарно бьет челном каждый раз как я сажусь за этот чертов стол, за что я себя ненавижу еще больше, кстати.

– Я не похищал тебя, – тихо, мягко смеется. – Ты сама со мной поехала.

– Черт, ты реально не видишь разницы? – вскидывая бровь откидываюсь на спинку стула. А когда Даниил все же смотрит на меня, добавляю: – Ну, знаешь, бывает один человек спрашивает у другого: “хочешь поехать со мной”, а тот ему отвечает: “да, конечно”. Вот это обычно означает “поехала сама”. А ты вручил мне лопату, бешеный психопат, – в конце концов шиплю на него и ожидаю какой угодно реакции, но точно не смеха.

Этот звук раскатывается по помещению, вынуждая против воли трепетать.

В последние дни все чаще замечаю за собой, что залипаю на нем. Будто он каким-то непонятным образом заставляет смотреть только на него. Видеть только его. И это несмотря на то, что Лис не навязывает свою компанию. Дает спокойно поесть, а затем уйти в “свою” комнату. Да, он все так же приходит по ночам, но не позволяет себе лишнего. Просто есть. При этом заполняет собой все пространство, легкие и мысли.

– Называй это как хочешь, Сокровище, – бросает снисходительно, наклоняя голову вбок, а я в очередной раз вздрагиваю, когда он мягко произносит мое прозвище.

И почему из его уст это звучит так… по-родному?

Бред. Полнейший бред. На меня так действует нехватка социума и свежего воздуха. Однозначно.

– Я хочу выйти, – прочищая горло говорю уже тише.

– Выходи, я же не пристегиваю тебя к батарее наручниками, – роняет со смешком.

– Я хочу выйти в город, – давлю тоном. – К людям, понимаешь?

– Не замечал за тобой особой социальной активности. Я думал, ты интроверт.

– А я и есть интроверт, но и находиться с тобой в одном доме больше недели – выше моих сил, – закатываю глаза.

– Ты и не находишься со мной толком, – усмехается, переплетая пальцы в замок и складывая их перед собой на столе.

– Слушай… – начинаю закипать ровно в тот момент, когда звонит телефон.

Напрягаюсь всем телом, глядя на то, как Лис замирает. И меня этот звук заставляет нервничать, потому что за эти дни я сотни раз слышала, как звонит его телефон и ни разу не звучала эта мелодия.

Даниил медленно достает из кармана джинс другой телефон и в ту же секунду его брови собираются на переносице.

– Слушаю, – отвечает хмурясь.

В этой тотальной тишине я отдаленно слышу женский голос, но не удается разобрать что конкретно она говорит. Только наблюдаю, как на каждом звуке лицо Лиса меняется с озадаченного на удивленное и обратно, а еще он свободной рукой обхватывает зажигалку, которая всегда рядом с ним и начинает ей играться. Уже не в первый раз замечаю, что, когда у Даниила включается мыслительный процесс – она всегда в его руке.

– Когда дал? – коротко бросает он. Затем почти сразу добавляет: – Почему сам не набрал?

Девушка снова что-то сбивчиво объясняет, а Дан выдает полусмешок.

– Нихера, поворот. Сама ты кто?

Чувствую себя ребенком, которого поставили подсматривать, а он подслушивает, но при этом не перестаю этого делать. Не из плохих помыслов, а просто потому, что мне по какой-то необъяснимой причине хочется его узнать. Может тогда получится понять почему он такой, какой есть?

– Понятно. Утром буду в городе, при встрече всё расскажешь, – наконец отвечает ей. – В девять, возле курятника. Поняла про что я? Как узнаю тебя?

Девушка отвечает, а после Лис коротко бросает “увидимся” и отключает звонок.

Переводит взгляд с экрана телефона на меня, улыбается жутко. И странно. И слишком, мать его, заманчиво.

– Почему ты так смотришь? – не выдерживая психую.

– Ты же хотела выбраться из дома. Вот и шанс подвернулся, – отвечает, растягивая слова и блаженно откидывается на спинку стула.

– Куда мы поедем?

– Помочь старому другу.

– Когда?

– Слишком много вопросов, Сокровище, – тихо смеясь тянет и поднимается со стула. – Завтра утром будь готова. Я зайду к тебе.

– Я думала ты сидишь возле моей кровати всю ночь, – фыркаю, но резко замолкаю, когда Даниил в несколько быстрых шагов оказывается возле меня.

– О да, – растягивает губы в ухмылке. – Но теперь, раз уж ты настаиваешь, буду лежать в твоей кровати.

– Я не то… – возмущаюсь шепотом.

– Поздно, Яра, – хрипит, наклоняясь к моему лицу. – Думай, что говоришь, – а после оставляет легкий поцелуй на моем лбу. – До завтра.

Глава 22. Сопротивляться

Сокровище

Весь вечер, после того, как приготовилась ко сну, я боялась засыпать. Я действительно поверила в то, что Даниил будет спать со мной, но спустя пару часов мой организм всё же сдался и резко отрубился.

Правда, и проснулась я так же внезапно, когда почувствовала, как чья-то рука сгребает меня в охапку, а затем на моей спине разгорелся пожар от горячей груди.

В голове ни единой мысли. Нет вопроса кто и зачем. Даже спросони я понимаю, что Лис таки выполняет своё обещание, но, на удивление, большего себе не позволяет. Однако по