— Мы оказались в странном мире иронии, — тихо ответил он.

— Ты собираешься меня убить? — спросила я тогда, чувствуя, как моя кровь стынет. — Об этом речь? Ты избрал меня, чтобы избавиться от меня? Чтобы выполнить свою клятву? — я затаила дыхание в ожидании его ответа.

Прошло несколько мгновений напряженного молчания, прежде чем он наконец заговорил.

— Нет, corderito, — сказал он тихим тоном. — Если бы я все еще хотел твоей смерти, ты была бы мертва.

Затем нас снова окутало еще одно напряженное молчание.

Я была в смятении.

Он пребывал в мрачном раздумье.

— Как мы дошли до этого, Триг? — выдохнула я, сердце разрывалось в груди, когда я разрушила тишину. — Посмотри на нас. — покачав головой, я указала на нас. — Посмотри, какими мы стали. — я беспомощно пожала плечами. — У нас был план.

— Я точно знаю, как я сюда попал, — ответил он. — Я совершил старую как мир ошибку — влюбился в девушку. Хуже того, я принял пагубное решение сделать ее своим целым миром. Сделать ее своей равной. Я потерял в ней свой гребаный рассудок. Я построил армию для нее. Я объединился против своей семьи для нее. Я убивал ради нее. Я воровал ради нее. Я лгал, обманывал, строил планы и мошенничал ради нее. Чтобы отомстить за нее. Чтобы освободить ее. Я доверил ей свои секреты. Свою с... — остановившись, он тяжело вздохнул, прежде чем закончить: — Остальное, как говорится, — это неудачная череда событий, которая привела нас к этой ночи.

— Одна ошибка, Триггер, — выдавила я. — Я приняла только одно плохое, импульсивное решение с тобой.

— Как и я, corderito, — тихо ответил он. — Но, как мы оба узнали сегодня вечером, одной ошибки достаточно, чтобы взорвать свой собственный мир.

— Ты все еще любишь меня? — прошептала я, сердце бешено колотилось в груди. — Прямо сейчас. — всхлипнув. — Ты любишь меня сейчас?

— Ты все еще любишь меня? — он вернул мне мои слова. — Сейчас?

Да.

— Нет. — я покачала головой, отрицая свои чувства. — Я не могу.

— Тогда мы в тупике, — сказал он, прежде чем отбросить одеяло и встать с кровати. — Ты можешь оставаться здесь, пока я не организую для тебя подходящее жилье. Я найду другое место...

— Нет, ты не можешь уйти! — выпалила я, стаскивая его обратно на матрас. — Ты знаешь, что будет, если ты оставишь меня. Если ты уйдешь, твой отец воспримет это как отказ. Он воспримет это как то, что ты возвращаешь меня ему. Ты уже сделал это, и я едва выжила. Джетро не спасет меня на этот раз. Он не такой сильный, как ты. У него нет такой власти...

— A la mierda con esto. — простонав, Триггер повалился на спину и прижал ладони к лицу. — Corderito, usted me está matando.

— Это правда, Триг, и ты это знаешь. Имя моего отца не защитит меня, если это случится, — поспешила добавить я, рассказывая ему вещи, о которых он и так прекрасно знал. — Я испорченный товар, они все видели. Единственная причина, по которой они не тронули меня сегодня вечером и не присоединились, в том, что они боятся тебя. Ты сорвиголова. Тот, кого они не могут прочитать. Это пугает их и защищает нас. Если ты оставишь меня, на мое тело будет открыт сезон! Меня отправят работать вниз, с другими девушками. — выдавив рыдание, я добавила: — Я лучше умру.

— Этого никогда не случится, — прорычал он, его грудь быстро вздымалась и опускалась. — Я позабочусь, чтобы о тебе хорошо заботились...

— Ты уже избрал меня, Триггер, — выплюнула я, перебивая его. — Ты сделал это, и ты не можешь это забрать. — всхлипывая, я подтянула к себе колени. — Я теперь принадлежу тебе. — когда он не встретился со мной взглядом, я подалась вперед и грубо сжала его щетинистую челюсть. — Мы оба знаем, что в нашем мире это так же близко к браку, что означает, что я практически твоя жена, — прошипела я, впиваясь ногтями в его плоть и молясь всем святым, зная, что это причиняет ему боль. — Если ты меня не хотел, то должен был оставить меня своему брату. — боль пронзила меня, затрудняя дыхание. — По крайней мере, Джет не бросил бы меня.

— Я только что сказал, что организую все для тебя. Я оставлю тебя под своей защитой, Эштон, — огрызнулся Триггер, сверкая глазами на меня. — Какого хрена ты еще от меня хочешь? — потребовал он, грубо стряхивая мою руку. — Лежать рядом с тобой каждую ночь и слушать, как ты плачешь? Смотреть, как ты дрожишь от страха каждый раз, когда я приближаюсь к тебе на пять футов? Ты ненавидишь меня. Ты хочешь моей смерти. Мы гребаная катастрофа! Por el amor de cristo, я изнасиловал тебя...

— Прекрати, — умоляла я, грубо хватая его за челюсть, а затем сжимая его щеки, словно я могла остановить его от произнесения слов, от которых мы никогда не сможем оправиться. — Не говори этого...

— Я. Изнасиловал. Тебя, — выдавил Триг, голос сорвался, глаза приклеены к моим.

— Нет. — покачав головой, я зажала ему рот рукой. — Пожалуйста.

Осторожно он потянулся вверх и отнял мою руку от своего рта.

— Я сделал это с тобой, — продолжал он, заставляя меня слушать. — С моей королевой. Я надругался над тобой. И я позволил им смотреть. Миллион жизней мог бы прожить, и я никогда не смог бы оправиться от этого.

— Я... я... — слезы капали по моим щекам, и я вздрогнула, подавляя болезненные воспоминания. — Кто-то должен был это сделать.

— Значит, ты рада, что это был я? — потребовал он с болезненным рычанием, садясь прямо. — Нет, corderito, мы заключили сделку давным-давно. Я обещал тебе, что буду защищать тебя. Я поклялся тебе, что никогда не позволю мужчине сделать с твоим телом то, что я сделал сегодня вечером. — его грудь вздымалась, его челюсть все еще была крепко зажата между моими пальцами. — Эштон, что я сделал с тобой сегодня вечером? Что я сделал