Для самого Аластера это никакой не секрет.

А вот обратное — может быть.

Что если нужно признаться. Признаться в том, что…

— Я ещё не сказала, что несмотря на ужасное поведение лорда Хейла, он… он мне всё равно понравился.

Снова послышался смех, словно где-то спадала лавина снега.

Хроно стоял рядом, но не двигался, не сверлил меня взглядом.

— Это очевидно, — сказал он.

Что возмутило бы меня, если бы это имело в тот момент хоть какое-то значение.

Я замерзала, мучилась от боли в пальцах, и не понимала, за что мне всё это. Я старалась во всём быть честной и открытой. Быть смелой.

И всё равно не прошла испытание. Танцы не помогли. Правда не помогла.

А, может, нужно дождаться рассвета? В этом само испытание? Неужели жена Аластера Хейла кроме всего прочего должна иметь невосприимчивость к низким температурам?

Тогда я точно уже проиграла. Я едва ли могла протянуть ещё хотя бы час.

Зубы уже даже не стучали, тело стало вялым, как и мысли. Две слезинки успели докатиться только до скул. Там и застыли.

— Вы готовы умереть, лишь бы и дальше хранить свою тайну, лери Табита? — вдруг спросил великан.

— Какую тайну? — прошептала я.

— Это вы нам скажите.

Я не сразу поняла. Но в конце концов до меня всё-таки дошло. И больно прорезался голос. Я говорила из последних сил.

— Я попаданка! Я на самом деле не лери Табита. На самом деле я не жительница Юга Эсмара. В детстве я попала в тело Табиты, когда она сама умерла. Никто об этом не знал. Кроме моего дяди. Он догадался. А я… я просто п-привыкла, просто всё реже вспоминала об этом. Поэтому и в голову не пришло рассказать.

Хроно помолчал. Он словно оценивал степень моей искренности.

— Попаданки такие как ты — редкость. Обычно невесты попадают к нам в своём теле и становятся истинными для благородных мужей.

— Да, я об этом знаю. Знаю, что я неправильная.

— Едва ли можно так сказать… Ведь одна из двенадцати богов, Антонина, мать демонов и богиня торговли, была попаданкой в тело принцессы три столетия назад. У таких попаданок судьба может быть интереснее, чем у тех, кто призван в Эсмар ради союза истинности. Но мы не ведаем замысел богов, лери Табита.

— Я мало что знаю про эту богиню. Ведь она была женой одного из принцев старой правящей династии. У короля Эрнестов она не в чести, поэтому среди лери и лордом о ней не принято вспоминать.

— Король Эрнест невежественен и глуп. К сожалению, с королями такое часто случается. Именно поэтому Север никогда не подчиниться магии короны. А теперь идёмте, лери Табита.

Он протянул мне раскрытую ладонь, и я ступила на неё, чтобы отправиться дальше и наконец-то почувствовать живительное тепло.

— Север хранит в себе древнюю магию, дикую, неприручённую. И множество секретов и старых тайн. В том числе вот эту…

Я и сама не поняла, как мы оказались за горами, где хоть и было холодного, но уже не было снега и росла по земле изумрудно-синяя трава и бледно-жёлтые ползуючие цветы. Среди них стояла каменная арка с порталом, чья материя была серо-коричнево-пурпурной, чего я раньше никогда не видела.

— Где мы? — спросила тихо.

— Это портал в ваш мир, лери Табита. Вы окажитесь точно там же, где находились в последний раз.

У меня перехватило дыхание. Я могла только просипеть:

— Но… разве это не против воли богов?

— Боги никогда не отрицали свободу воли. У вас есть выбор. Уйти в свой мир или остаться здесь.

Он дал мне спуститься на землю. Я больше не мёрзла, но от дрожи по всему телу избавиться не могла. Подошла ближе к порталу. Не посмела протянуть руку сквозь него, но погладила материю кончиками пальцев.

В горле застрял ком, хотелось плакать, но слёзы не шли.

Так странно… Я даже не мечтала о том, чтобы вернуться назад. Почему-то сразу поняла, что это невозможно.

А способ был. Там, где я меньше всего ожидала его найти.

— Какое решение вы примите, лери Табита? — спросил хроно.

Глава 24

Аластер Хейл.

Девушка, что желала бы войти в семью Хейлов, обязана была соблюдать местные традиции и с уважением относится даже к самым страшным существам Севера.

В этом и заключалось первое испытание: стражи должны были показать себя и посмотреть на неё.

Возможно, загадать несколько загадок, заставить танцевать или петь, припугнуть, чтобы посмотреть на реакцию и в крайнем случае — задать несколько вопросов.

Разговоры велись только в особенных случаях. И после них некоторые девушки просто не возвращались к своим женихам.

Это означало, что в их сердце была червоточина. Что они опасны для главной семьи Севера.

Когда прошло несколько часов, а Табита Лайтери не вернулась, Аластер понял, что с ней решили поговорить. И разговор явно закончился чем-то хорошим. Он был прав в своих суждениях. И теперь она превратиться в снег, что укроет кристальным одеялом высокие горы.

Теперь она никогда не вернётся домой.

Аластер должен был испытать довольство или на худой конец облегчение. Он избавился от ненужного брака и от угрозы.

Но произошедшее больше терзало его, чем радовало.

— Я просил её отступить, — проговорил он вникуда, забывшись. — Чего ради она поехала сюда? Надеялась, что её тайны сойдут ей с рук? Не осознавала, как это опасно? Не думала, как страшно и холодно здесь умирать?

Его глаза вспыхнули красными искрами. Аластер злился на Табиту. Злился на себя. И даже на стражей.

В конце концов это заставило его сотворить заклинание и призвать одного из них.

В конце концов ледяной великан заслонил тёмно-синее ночное небо и бросил на него хмурый взгляд.

Аластер рисковал, но остановиться не мог.

— Я хочу, чтобы вы вернули её мне, — просипел мужчина.

Снег не таял в его платиновых волосах, тело было холодным, но где-то за коркой льда билось живое, горячее, израненное сердце.

— Никто не может вмешиваться в испытание, — прогрохотал страж. — Даже последний из рода Хейлов…

— Она не прошла. И я это предвидел. Она служит королю и явно желает моей смерти. Я с позором отправлю её обратно на Юг. Только позвольте мне это сделать.

— Мы не можем перечить воли богов. Все непрошедшие тропу льда и снега остаются здесь навечно.

— Я это прекрасно знаю, — у Аластера дёрнулся угол губ. — Что мне сделать? — бросил он отчаянно. — Должен был способ обойти правила. И в конце концов… я не