противнику. Энергетический вампир медленно и угрожающе приближался к молодой женщине, и Лина понимала, что на принятие единственно верного решения у нее остается совсем мало времени.

Она оценила скорость, с которой двигался вампир, — довольно небольшая, значит, чудовище сохраняет осторожность. С округлившимися от страха глазами семья Иешуа с сомнением наблюдала, как Лина указательным пальцем очертила вокруг себя явно бесполезный круг. Между тем, существо отлично видело созданное ею кольцо эфирного света.

Лина вышла из круга, медленно отступая назад. Достигнув края круга, вампир выпустил струйки тумана — щупальца — и попытался коснуться невидимой границы; едва ему это удалось, вампир с омерзением отдернул щупальца и весь подобрался. Он решил двинуться в обход круга, чтобы приблизиться к Лине. Она отступила еще на шаг, убедившись, что все еще служит преградой между вампиром и остальными.

Через пару мгновений существо уже достигло края круга, у которого стояла Лина. Вампир торжествующе приближался, вытягивая вперед серебристые щупальца, с помощью которых он надеялся высосать из жены Малака всю жизненную сущность. Лина заставила себя успокоить дыхание и разум — сейчас полное сосредоточение было важным как никогда.

Она набрала полную грудь воздуха и приложила руки ко лбу, окружив чакру третьего глаза треугольником из сомкнутых указательных и больших пальцев, а затем с силой выбросила руки в направлении существа. Из пальцев вылетела сверкающая голубая пентаграмма.

На всей скорости пентаграмма вонзилась в вампира, отбросив его внутрь священного круга. Вампир в агонии издал такой вопль, что все тело Лины завибрировало от этого звука. Мучительно извиваясь, существо металось внутри круга, пытаясь сломать печать. Лина шагнула ближе к черте. Вся семья с ужасом наблюдала за происходящим, не понимая, каким образом жене Малака удалось захватить в плен эту тварь.

А Лина наблюдала, как вампир рикошетом носится внутри круга, и тем временем готовилась ко второй части замысла. Она надеялась, что ей хватит сил завершить контратаку, но также понимала, что в любом случае ей не удастся отбросить пришельца обратно за пределы Границы при помощи запрещающего ритуала.

Она извлекла из солнечного сплетения тонкую серебристую нить астрального вещества и отправила ее к черте круга. Прикоснувшись нитью к вампиру, Лина принялась вбирать в себя его вещество. Вначале мощные, ужасные эмоции захлестнули ее, но Лина заставила себя продолжать. Она почувствовала, что сущность вампира сливается с ее собственной. Эта сущность яростно сражалась, пытаясь подчинить себе волю Лины, — но жена Малака с силой направила ее вниз и раздавила, словно муху. Она чувствовала, как сила ее высшего «Я» устремилась по всему телу. Вампир оказался бессилен перед нею.

Сфера быстро уменьшилась в размерах, зато аура Лины стала огромной и обрела неправильные формы. Когда последние частицы существа всосались внутрь, Лина почувствовала, что ее пошатывает. Слишком поздно она поняла, что приняла внутрь слишком много чужой энергии. Она обернулась к семье.

— Теперь все безопасно… — прошептала она.

Лина успела сделать еще несколько шагов вперед и, потеряв сознание, тяжело повалилась на пол.

9

Видел ли ты мужа мудрого, находящегося в плену собственного чванства? Больше надежды внушает глупец, нежели сей мудрый муж.

— «Золотая Заря»

Помни, что неуравновешенная сила — зло, неуравновешенная Суровость — всего лишь жестокость и насилие и что неуравновешенная Милость— просто слабость, которая уступает злу и подчиняется ему.

— «Золотая заря»

Эния

Тенийская область

Небесная башня

Фелмарр ждал, когда закатное небо совсем потемнеет. Солнце неторопливо скрылось с глаз позади эбенового силуэта Небесной Башни.

Он тщательно выверил расстояние до Башни, высматривая возможные ловушки и защитные дозоры. В принципе, никаких сюрпризов не должно было быть. Белая Школа спит вот уже много столетий, она давным-давно превратилась в партию политиканов. Он надеялся, что ослабленная Граница не успела слишком восстановить свои магические способности. В противном случае битва обещала быть жестокой.

Башня была всего лишь в двух милях от места, где стоял Фелмарр. Она возвышалась на самом берегу озера Мишмар, одного из самых больших водоемов этого плана. На озере периодически случались мощные приливы, отчего нижние этажи Башни несколько дней в месяц бывали затоплены. Озеро располагалось в огромной долине, образованной крутыми склонами более мелких пиков Вирмспайнской горной цепи.

Место, которое Фелмарр избрал для наблюдения, располагалось над долиной и было скрыто от обитателей Башни горным склоном. Позади Фелмарра притаился отряд из двадцати Черных Стражников, готовых по первому сигналу ринуться в бой.

При помощи грубо сделанного полевого телескопа Фелмарр мог достаточно подробно разглядеть Башню. Черная ониксовая поверхность Башни была отполирована до невероятного блеска; Фелмарр видел на стенах Башни мерцающее отражение стареющей луны — лик уходящего спутника выглядел тусклым и размытым. Отражения озера видно не было: на стенах Небесной Башни мог отражаться лишь свет луны и звезд.

Фелмарр снова внимательно осмотрел подступы к Башне. Прежде чем достигнуть озера, его воины должны будут бегом преодолеть почти полмили по пересеченной местности. Затем они должны подойти к вымощенной дорожке, которая почти милю тянется над водой. Говорили, что сияющая прозрачным розовым светом дорожка сделана из розового кварца. Построили ее в прошлую Эпоху, когда Белая Школа еще безраздельно правила на Энии.

Фелмарр зловеще ухмыльнулся. Еще немного — и он постарается сделать так, чтобы им никогда не пришлось править. В сгустившихся сумерках приближающейся ночи он подал команду выступать.

На резном дубовом столе в Зале Совета нервно мерцали четыре огромных свечи белого воска. Шестеро членов Совета, сидя за столом, безмятежно переглядывались, хотя другая половина мест пустовала.

— Я получила прошения об отставке от членов Совета Мелеша, Андры, Нанска и Барана, — сообщила во всеуслышание Ийса. За последние пару дней она постарела лет на десять.

Присутствующие молчали: дух прежнего Совета уже давно был сломлен.

— Лорд Даран пожелал выступить по вопросу о нынешней проблеме, о которой все мы уже знаем.

Даран пробежался взглядом по лицам Адептов. Перед ним сидела Ийса, из которой во многом выбили недавнюю спесь; подле нее примостилась Рея, испытывавшая к Ийсе подобострастную привязанность холопки. В Зале были и старый знакомый Вальмаар, и Галаак, и Сиана. От последних двух проку не было никакого — но Даран знал, что они, в отличие от четырех дезертировавших членов Совета, хотя бы могут самостоятельно мыслить.

— Надеюсь, что вы все начинаете понимать: Маг вознесся на небо, — начал Даран, медленно обводя острым взглядом всех сидящих за столом. — Последствия этого наступают немедленно, особенно для нас. Несмотря на то что кое-кто из вас все еще не убежден,