Полетная программа ракет предполагала расхождение при запуске, чтобы сходится на цели по возможности с разных ракурсов. Но как раз из-за сократившегося расстояния такой возможности и не было, ракеты шли по очень пологим дугам, что позволяло эффективно применить по ним противоракетную боеголовку. Называть траекторию ракет дугами тоже не совсем корректно, понятное дело, что ракеты также «качались», противолазерные маневры выполнялись автоматически.

Виктор не подвел, вывел свою ракету в расчетную точку и подорвал. Две точки целеуказания на инфопанели погасли, одна улетела к чертям в сторону, последняя продолжала двигаться к цели, но прекратила «качаться». Саша предположил, что она не совсем «здорова» и внес коррективу в свои противоракетные маневры, отклоняясь подальше от расчетной траектории ракеты. Даже не удивился откуда на инфопанели появилась расчетная траектория ракеты при мертвом-то машинном интеллекте.

Последняя ракета так и не предприняла никаких попыток сменить траекторию и прошла мимо грузовика на приличном расстоянии и даже не подорвалась в расчете на влияние ЭМ-вспышки.

По сути Саша пилотировал по приборам. Расстояние между противниками уменьшилось настолько, что можно было разглядеть друг друга невооруженным взглядом. Однако Саша сосредоточился на том, чтобы сделать свои действия непредсказуемыми, так как по сути противник по ним наверняка применял и лазеры и рельсотороны, а увернуться от такого оружия никакой человеческой реакции недостаточно. По сути бой входил в стадию, когда применение ракет было малоэффективным и небезопасным обеим сторонам. Так что когда ракета пролетела мимо Саша с облегчением посмотрел на напарника, но лицо Виктора впервые за этот полет отражало сильную эмоцию.

– Ракет больше нет, подвеска не пингуется, это была последняя.... Давай третью схему против часовой.

Ресурсы Виктора высвободились, за ним оставалось только отслеживать поврежденный бок корабля юсовцев и подсвечивать его на инфопанели в помощь маневрам Саши. Противник реагируя на сближение грузовика по спирали тоже крутился, пряча поврежденную сторону. Конечно, не столько прятал, сколько старался, чтобы максимально задействовать вооружение с неповрежденного борта.

И вот сейчас эмоции и адреналин захлестнули его сознание. На последней фразе голос его дрожал. Это Виктору не понравилось, это не соответствовало его внутреннему пониманию образа военспеца ВАК, что заставило его собраться снова. Он вспомнил свой экипаж на «Бармалее». Сутки назад он испытывал чувство вины, что не оказался на «Бармалее» в его последнем бою. Он ощущал странный и мрачный зов погибших, ведущий его. И вот сейчас он мог себе сказать, что сделал все что мог и сделал хорошо. Отомстил за своих и если удача будет сопутствовать Шахтеру, то они защитят и колонию. В этот раз.

И Виктор сосредоточился на бое. На его последних минутах.

Противник сделал ошибку после обнаружения местоположения грузовика, он довернул курс на сближение, рассчитывая на свое энергетическое оружие. Останься он на прежнем курсе и парни ничего бы сделать с ним не смогли. Однако встречный курс позволил Саше крутить спираль, постоянно уходя в теневую сторону поврежденного борта. А повреждения военного корабля оказались весьма тяжелыми, по крайней мере задело маневровые двигатели, так что крутился он «охотно», только в одну сторону. Так что Саша все время ставил противника в противоход, меняя направление закручивания. Это спасало от лазеров и от рельсотронов. Пока попаданий не было.

Должно быть до капитана дошел наконец замысел пилота грузовика, и он решился на совсем отчаянный маневр - на всю мощность врубив маневровые двигатели в противоход имеющемуся вращению. У него оставалось время, чтобы раскрутиться в противоположную сторону и поймать противника под вооружение уцелевшего борта.

Но и Саша отреагировал моментально. Виктор открыл было рот, но лязгом зубов захлопнул, заметив, что Саша не стал оттягивать момент, когда окажется под огнем противника, а наоборот бросил свой грузовик навстречу вращательному движению вражеского корабля. Расчет был в том, чтобы сократить до минимума время, которое он окажется под обстрелом. Риск в любом случае был запредельный, грузовичок Т-23 мог и не пережить такого обстрела.

Ни для каких сложных маневров пространства и времени не оставалось, время показывать мастерство тоже, оставалось только пережить меньше двух минут. Или не пережить.

Виктор для себя итоги уже подвел, мозг тактика рассчитал все вероятные исходы и просто ждал, и болел за... Кем ему стал Саша Шахтер?

А Саша? Саша избавился от своих внутренних противоречий, он был спокоен, страх и злость ушла. Такое состояние он испытывал только в объятиях Риты. Ее он и вспоминал, ее плавный изгиб бедра, его рука на джойстике управления как бы касалась смуглой кожи, гладила ее, нежно направляя траекторию грузовика. Он не обратил внимания на рвущие обшивку снаряды рельсотрона, данные о повреждениях на инфопанели, он вел руку по направлению к цели. Три снаряда прошили зону обеспечения, раскурочив систему регенерации воздуха, уже не нужные отсек с резервным компьютером, в труху разворотили санузел.

Саша не заметил даже как четвертый снаряд раскаленной струей прошил скафандр Виктора в районе шеи, практически оторвав ему голову, но оставив почти целым сам скафандр.

Рука Саши достигла цели. Два корабля, а грузовик Т-23 после такого боя можно смело называть военным кораблем, слились зонами жизнеобеспечения, совместив гравитационные поля гравиприводов. Результат такого действия мог быть различным в зависимости от многих факторов, но в этом случае никаких ярких эффектов не произошло. Почти мгновенно центральные отсеки кораблей спрессовались в шар, состоящий из стали, полимеров, жидкости и остатков разорванных органических клеток. Фермы военного корабля землян сложились вместе подобно сломанной ветке. Через некоторое время из руин появились незначительные признаки утечки газов.

***

В командном центре ВАК станции Гера-4 и до этого было не шумно, но сейчас повисла тишина, насколько на космической станции вообще может быть тихо, рядом с гудящим оборудованием жизнеобеспечения. Бой грузовика Т-23 можно было наблюдать в телескопы с орбиты «Кольца» без особых деталей, но девять офицеров ВАК считывали эти детали по косвенным данным, по ситуации. В любом случае результат боя был очевиден. Секунд через тридцать старшие военспецы наконец осознали случившиеся и молча встали по стойке смирно.

В это время над горами, окружающими долину Оазиса-2, появился краешек местного светила. Световые лучи отразились на гранях центрального купола. Защитные жалюзи вздрогнули, подчиняясь проснувшейся автоматике. Начиналось утро. Утро первого Дня Независимости колонии Гера.

***

Дорогой читатель!

Возможно, ты расстроен концовкой первой части, но, как говорится в одном мерзком высказывании, “дерево свободы нужно поливать время от времени кровью патриотов и тиранов...”. Такова цена свободы. Достаточно ли этого? Узнаем во второй части. Ты же понимаешь, что для геруанцев еще ничего не закончилось?

Вторую часть дилогии