источают холодный белый свет. С другого конца коридора до меня доходит слабый химозный запах.

– Что они с тобой сделали? – с болью в голосе произносит Сара, поднимаясь на ноги.

– Пока ничего… – у неё слёзы на глазах. – Они творят здесь что-то непонятное! Вводят что-то под кожу…

В голове проясняется, что запах наверняка исходит от препаратов.

– Карен! – кричу я, но подруга молча покидает подвал.

– Она под гипнозом. Я могла бы догадаться, но все мои мысли были заняты только Хэлен. – Сара кладёт ладони на лоб.

А как я этого не поняла? Подруга называется. Карен, ворующая пропуск… Настолько сильно она измениться просто не могла.

41. КАРЕН

Машу Джейн и Майклу, чтобы подошли. Они быстро оказываются рядом, и мы шёпотом начинаем делиться информацией:

– Мама написала, что ты отправила план. Почему так долго? Сюда Уэст заходил.

– Он меня задержал, когда я была в психдиспансере. Чуть не попалась.

– Что он хотел?

– Да ничего, вроде купился, что я за расчётом приходила.

– Это хорошо.

В кафе входит очередной посетитель, и Майкл направляется к нему. Скулы Джейн напряжены, брови сведены.

– Но если он тебя задержал, то почему пришёл сюда раньше? – она щурится, словно нашла несостыковку.

Она что, в чём-то меня подозревает? Меня? После того, как я рисковала собой?!

– Потому что я задержалась, чтобы открыть чёрный вход. Так, ладно, за что мне браться? – перевожу я тему, потому что эта ни к чему хорошему не приведёт.

Мы должны вести себя как обычно. Сара всё сделает сама, а Одри подстрахует. Скоро всё закончится.

– Вынеси мусор.

Иду на кухню, хватаю мешок с пустыми картонками под еду и напитки и выхожу на задний двор. Сегодня здесь так спокойно по сравнению с улицами Хосдейла. Закидываю мешок в бак и негромко вскрикиваю – у меня что-то больно хрустнуло в районе правой лопатки. Пытаюсь нащупать болевую точку, но теперь удар приходится на внутреннюю часть колена, отчего я падаю на асфальт. Коленки щиплет, от удара останутся ссадины.

Осматриваюсь по сторонам, но вокруг лишь тускло освещённая безлюдная площадка. Приведя дыхание в порядок, медленно встаю. Боль кинжалом врезается между позвонками в районе поясницы. Я кричу и снова падаю.

– Что случилось? – выбегает на улицу Джейн. – Карен?

Я не могу пошевелить языком, изо всех сил стараясь сдержать вопль. Что-то происходит: боль пронзает меня в разных точках, заставляя корчиться и стоять на четвереньках. Мои пальцы, которыми я впилась в асфальт, начинают меняться. Кости выламывает, но я уже не чувствую процесс изменения так остро – организм отключается, в глазах темнеет. Последнее, что успеваю запомнить – испуганное лицо подруги.

42. ДЖЕЙН

– Карен? В волка? – не верит мне Майкл.

В очередной раз набираю номер отца, но он всё так же недоступен.

– Но я бы знал, будь её родители оборотнями!

– Может, ей от дедушки передалось.

– Нет, здесь нужна прямая связь.

– Значит, нагуляла её мамаша! Мне откуда знать, каким образом она унаследовала эту… особенность?

– Куда она побежала?

– На луну повыть!

Вопросы раздражают, от них нет толка. Говорю, чтобы Майкл поработал за двоих, а сама еду к отцу домой, уж он-то поможет разобраться. На всех светофорах попадаю на зелёный, отчего доезжаю вдвое быстрее обычного.

– Джон! – кричу с порога, не теряя времени.

Папой я его не готова называть.

– Джон!

– Что за крики? Что за спешка? – в прихожей появляется Жозель. – Тише, отдышись.

– Где он?

– Не знаю, у него свои дела. Может, я смогу помочь?

Окидываю взглядом женщину.

А почему бы и нет. Ты ведь тоже оборотень, а времени на поиски Фитчера у меня нет.

– Карен МакКой минут семь назад впервые обратилась и сбежала в неизвестном направлении. Что делать?!

– МакКой? – недоверчиво переспрашивает она.

Несколько раз быстро киваю.

– У меня есть мысль, где она может быть. Поехали.

Жозель выезжает из города и сразу сворачивает в сторону леса. Машина подпрыгивает на кочках, но она не сбавляет скорости. Мы останавливаемся метрах в ста от задней части психдиспансера, но прямой дороги, как и тропинки, отсюда к нему нет – лишь деревья с естественным природным ландшафтом. Выходим из машины.

– Где она может быть? – спрашиваю я, обходя автомобиль.

– Так-так-так… – сладко тянет Уэст, облокотившись на дерево и скрестив руки на груди.

– Жозель? – непонимающе зову я и вижу на её лице улыбку.

Неужели эти двое заодно?!

– Джон узнает, – предупреждающе заявляю я.

– Твой отец, к моему счастью, слишком занят ролью альфы, чтобы всерьёз задумываться над чем-то другим.

– Но зачем?.. – с нескрываемым отчаянием выдавливаю вопрос, гложущий изнутри.

Снова предательство. Снова попалась. Эндрю усмехается. В его глазах играют огоньки.

– Ты, милая, начала доставлять мне проблемы. Если бы твоя мама не покончила с собой…

– Она не могла этого сделать! – возражаю я. – Признайтесь уже, что вы её убили!

– Нет-нет, тут ты ошибаешься, – Жозель лукаво улыбается, – Эндрю не причастен к смерти твоей мамы.

Эндрю? Почему бы не сказать«мы»? Если только ты не… предала её так же, как сейчас меня?!

Всё смешалось в один ком. Если убийца Жозель, то почему мама просила найти Сару?

– Сегодня, когда я спросил у Карен, кто решил проникнуть ко мне на работу, она без зазрения совести выдала всех, включая тебя.

Сара и Одри в опасности, он наверняка подготовил ловушку.

– Ты внушил ей рассказать!

– Это не меняет сути, – отмахивается мужчина. – Подумать только, как ты повлияла на добрую скромную девчушку: она бы никогда и не помыслила даже заняться чем-то подобным!

– Эта девчушка, – присоединяется к разговору Жозель, – если верить Джейн, только что обратилась.

– Карен?

Эндрю отходит от дерева и склоняет голову набок. Лунный свет отражается в его глазах.

– Хм… печально, что внушение спадёт. Но ведь есть в этом и плюс!

Женщина непонимающе буравит его взглядом.

– Ну, ты только подумай… – поясняет он. – Молодой оборотень… если Деламар найдут убитой от волчьих клыков, – Уэст подходит к Жозель и нежно проводит большим пальцем по её губам, – никто не удивится. А кто