— Почему бы она не поехала?

— Всё сложно, — ответил я. — Я рассказал тебе, кто она, только потому, что тебе нужно знать. А ещё ты пригласила её бабушку и мачеху.

— Кто её бабушка?

— Понятия не имею. Я не спросил, но ты знаешь её мачеху.

— Фу, — пробормотала Фрейя. — Я пригласила Кармен только потому, что мама сказала, что должна. Честно говоря, я пригласила Эдварда только потому, что подумала, что это будет вежливо, ведь он с папой давно не виделись. А потом мама заставила меня пригласить всех.

— Грейс была на приглашении?

— Да. Мы пригласили всех четверых. Они сказали, что Грейс не сможет приехать.

Я рассмеялся, потирая подбородок рукой.

— Она думала, что они так и сказали.

— Они соврали?

— Нет. Её отец знал, что она откажется.

— Она бы отказалась? Я могу наорать на неё.

— Наверное, но только потому, что она делает вид, будто не принадлежит к высшему классу, — нахмурилась Фрейя. — Когда свадьба закончится и я вернусь из медового месяца, я с ней серьёзно поговорю о том, что она мне наврала. Она же была моей подругой!

— Она была и моей подругой, — напомнил я ей.

— Дедушка с бабушкой уже в курсе?

— Нет. Это я оставляю на её усмотрение, но если кто-то спросит — мы встречаемся.

Фрейя допила чай и встала.

— Значит, ты продолжаешь это представление.

— Ага. Зато дедушка от меня отстанет. Я возьму вину на себя за то, что не представил её как следует, и всё будет в порядке.

— Ты слишком оптимистичен, Уильям. Этим я в тебе иногда восхищаюсь. Хотя, конечно, и высмеиваю, но это неважно. — Она поставила чашку в раковину и посмотрела на меня. — Ты же понимаешь, что вы с ней слишком уж комфортно чувствуете себя в этом «фальшивом романе», как в книге, верно?

— «Троп»?

— Да. Это троп. Когда они обычно влюбляются в конце и живут долго и счастливо, как Золушка и Прекрасный Принц, — сказала она. — И, судя по выражению твоего лица, ты уже на полпути туда.

Я взял чашку с чаем и посмотрел на фотографию маленьких Грейс и Фрейи с нашими мамами.

— У тебя же полно свадебных дел. Иди занимайся.

— Это именно то, что я сказала бы, если бы притворялась, что не влюблена в свою «фальшивую» девушку.

— Пошла ты.

* * *

— А вот и ты. Я тебя везде искал.

Грейс подняла голову с дивана в библиотеке и улыбнулась мне.

— Ты же оставил мне маршрут в библиотеку. Где ты ещё думал меня найти?

— Не знаю. Может, тебя преследует Чуи?

— Эта чертова птица меня доконает, — сказал дед, появляясь из-за книжного стеллажа. — Это только ты, Уилл?

Я даже моргнул от его неожиданного появления.

— Откуда ты взялся?

— Он прячется, — сказала Грейс, аккуратно переворачивая страницу книги. — Все на него орут, так что я стою на страже. Мы сначала подумали, что это Фрейя.

Я посмотрел на них двоих и их... ну, не такое уж и неожиданное, в принципе, союзничество. Я не был удивлён, что они оба здесь, изучают, судя по всему, книги по истории.

— Нет. Фрейя на удивление спокойна этим утром. Что бы ты ей там ни сказала — это сработало, — сказал я Грейс.

— О, отлично. Я нашла её практически в панике из-за туфель и успокоила. Рада, что это помогло.

Дед посмотрел на меня.

— Береги её.

Грейс рассмеялась и покачала головой.

В какой альтернативной вселенной я очутился?

— Эй, а ты знал, что у наших семей есть общая история? — Грейс посмотрела на меня. — Мы уже несколько часов копаемся в этих книгах по истории.

Я посмотрел на деда.

— Он знает, — сказала она невозмутимо. — Оказывается, моя бабушка везде меня демонстрирует, так что твоя бабушка узнала меня сразу.

Дед кивнул с важным видом.

— Мы подумали, что должна быть причина, по которой ты представил её просто как Грейс, так что ничего не сказали.

Что, чёрт возьми, здесь происходит?

Грейс посмотрела на меня с озорным блеском в глазах.

— Я объяснила, что мы не хотели, чтобы на наши отношения возлагали какие-то ожидания, поэтому держали всё в тайне, так как встречаемся не так давно.

Я начинал думать, что она могла бы работать в международной разведке.

— Понятно. Прости, дедушка. Я изначально не собирался её приводить, но это был лучший вариант по сравнению с тем, кого мама хотела мне сосватать.

— Это не комплимент, каким ты его считаешь, — спокойно ответила она.

Дедушка усмехнулся, вытаскивая книгу с полки.

— Она права. В любом случае, мы уважаем ваш выбор, и, теперь, когда я лично убедился, что у тебя хороший вкус на женщин, оставлю вас в покое.

Нет. Я точно попал в параллельную вселенную.

— Спасибо, — протянул я медленно. — Так что это за история с нашими семьями?

Грейс подняла книгу и показала мне.

— Это четыре поколения назад, — сказала она, переворачивая страницы. — Это... моя прапрапрабабушка, если проще.

Я присел на подлокотник дивана, наклоняясь к ней.

— Это восьмая герцогиня Гленрок.

— Ага, — подтвердил дедушка. — Вышла замуж за восьмого герцога.

Я посмотрел на Грейс.

— Это твой способ со мной расстаться?

Она откинула голову назад и засмеялась.

— Нет, не волнуйся. Даже если у них были дети, они настолько далеки от нас по родству, что это не имело бы значения.

— У них не было детей? Как же тогда продолжилась линия?

— Технически, у них была маленькая девочка, — объяснила Грейс. — Это всё очень грустно, если честно, хотя сейчас это интересно рассматривать с исторической точки зрения.

— Да, — снова повторил дедушка. — Ребёнок родился мёртвым, а у Винни было кровотечение после родов. У них не было нужных медицинских инструментов, чтобы её спасти, и она скончалась.

Я поднял брови.

— Жаль.

— Восьмой герцог, Ангус, потом женился на любовнице своего младшего брата, и у них родилось трое сыновей, — продолжила Грейс. — Судя по всему, это было довольно громким скандалом в своё время, потому что было много споров о том, чей сын старший мальчик.

— Помню, читал об этом, но не мог вспомнить, о каком герцоге шла речь. Это поэтому герцогство перешло ко второму сыну?

— И да, и нет, — ответил дедушка. — Спорили о том, что, даже если старший сын — Джон — не был сыном герцога, он всё равно принадлежал к мужской линии и, технически, мог наследовать титул.

— Это был аргумент брата герцога, как неудивительно, — добавила Грейс.

Дедушка усмехнулся.

— К сожалению, он умер вскоре, до самого герцога, так что мы так и не узнали, чей это был сын, и