моя кожа начинала покалывать, когда он меня касался, и на то, как приятно было его обнимать. Как не казалось странным лежать с ним рядом в одной постели.

Признаюсь, то, что мне хотелось прижаться к нему, было немного странным. Но я твёрдо решила игнорировать это и ни в коем случае не обсуждать.

И точка. Сейчас я чувствовала себя лучше, чем утром, и не собиралась снова уходить в свои мысли.

— Что ты делаешь? — спросил Уильям, нависая тенью надо мной.

— Пытаюсь, — тяжело выдохнула я, — сдвинуть это.

— У тебя не выходит.

— Да, спасибо, Шерлок. — Я выпрямилась и тяжело вздохнула. — Я, знаешь ли, это уже поняла??

Его глаза весело блеснули.

— Хочешь, помогу?

— Нет, но мне придётся согласиться.

Смеясь, он отодвинул меня в сторону и положил руки на мой снежный ком.

— Давай. Твой ком больше моего, так что это будет нижняя часть туловища.

— Уф. Неудивительно, что я не могла сдвинуть его. Он в два раза больше твоего!

— Это не моя вина, что ты превзошла все ожидания. Давай быстрее, пока мои руки не отвалились.

— Мы в лыжных перчатках, — напомнила я, наклоняясь, чтобы снова толкнуть снежный ком. — Раз, два, три.

По моему сигналу мы снова начали толкать, напрягаясь, чтобы сдвинуть его. Нам потребовалось несколько попыток, сопровождавшихся парой красочных фраз от Уильяма, прежде чем мы дотащили ком до того места, где он хотел строить снеговика.

Он отошел на пару шагов и окинул взглядом наш результат.

— Неплохо. Теперь давай поднимем мой ком сверху.

— О, нет. У меня сила в руках как у гнилого картофеля, — пробормотала я.

— Я заметил.

— Эй!

Он засмеялся и поманил меня к себе. Неохотно, но я подошла, и мы вдвоём подняли снежный ком на большой «туловище», едва удержав его от того, чтобы он не скатился обратно и не разбился на мелкие кусочки.

Я набила немного снега в зазор между двумя частями, чтобы закрепить их, а Уильям медленно отошёл назад.

— Ладно, всё нормально.

— Теперь нужно сделать голову, — напомнила я.

— Я сделаю голову, а ты найди глаза.

— Как я найду глаза? Здесь же кроме снега ничего нет! — Я обвела рукой всё вокруг, чтобы подчеркнуть свои слова.

— Камни на тропинке, — ответил он. — А Брюс найдёт ветки. Он в этом мастер.

— Где Брюс?

Уильям показал на пространство под огромной сосной, где Брюс, свернувшись клубком, уютно дремал.

— Он нашёл единственное место без снега, кажется.

Это была правда — ветви дерева были настолько плотными, что снег не мог пробиться сквозь них.

— Ладно, хорошо. Я посмотрю, что смогу найти, но не обижайся, если получится только с сосновыми иголками, — предупредила я. — Мы что-нибудь придумаем.

Глава 24

Грейс

Снег не всегда холоден

— У него глаза из сосновых иголок, — сказал Уильям. — Просто... по одной иголке на каждый глаз. И на нём твой шарф.

— Он спит, — заметила я, оглядывая снеговика. — И я не хотела, чтобы он был голым. Это же преступление, знаешь ли.

— Я даже не буду отвечать на последнюю часть того, что ты только что сказала, — прокомментировал Уилл. — Почему снеговик должен спать?

— Не знаю. Может, он устал от твоих выходок.

Уильям провёл рукой по глазам, тихо смеясь.

— Если я сейчас засну, это значит, что мне не придётся слушать твои?

— Нет. Я буду говорить, пока ты спишь. Как те кассеты для гипноза, которые люди используют. — Я хмыкнула и оглядела нашего снеговика. — Он неплох. Похож на Брока.

— Брока?

— Да, из «Покемона».

Уильям посмотрел на меня с улыбкой.

— Ты смотришь «Покемона»?

— Иногда бывает, — небрежно ответила я. — Кто не любит Тогепи?

— Он меня всегда раздражал своими писками, — задумчиво произнёс он. — Мне больше нравился Чаризард.

— Конечно, нравился.

— Что это должно значить?

— Все всегда были за Чаризарда или Пикачу. А знаешь, кто не получал достаточно признания в оригинальных сериях? Генгар.

— Не могу поверить, что мы сейчас обсуждаем «Покемона», — произнёс Уильям медленно. — Мы правда будем спорить о покемонах?

Я пожала плечами.

— А что ещё делать? Вернёмся?

— Хочешь помочь с подготовкой к свадьбе?

— Зависит от настроения твоей сестры, — честно ответила я. — Если она в таком же настроении, как утром, то нет. Я лучше брошусь в озеро.

— Вероятность этого пятьдесят на пятьдесят, но можем прогуляться к озеру. Отсюда недалеко — пара минут. Зимой там очень красиво.

— Хорошо, тогда пойдём, и я объясню, почему Генгар — лучший покемон.

— Брюс. — Уильям свистнул, и чёрно-белый колли, пробудившись от своей дремоты, тут же оживился.

Я завидовала собакам. Они могли проснуться так быстро. Мне требовалось как минимум пятнадцать минут, три жалобы, шесть стояний под солнцем с закрытыми глазами и бесчисленные прокрутки ленты в Instagram.

— Должен признать, я не ожидал, что ты назовёшь Генгара недооценённым. Мне казалось, что он был популярен, — сказал Уильям после короткой паузы.

— Нет, я думаю, большинство людей выбирали Алаказама. Он умел сгибать ложки.

— Я всегда хотел научиться сгибать ложки силой мысли, — согласился он. — Ты права. Алаказам был круче.

— Нет. Генгар всё равно выигрывает. — Я покачала головой. — Он большой, фиолетовый и призрак, и все его боятся. Не говоря уже о том, что, кажется, он мог бы обнять лучше всех. Он был бы лучшим питомцем.

— Как можно обнять призрака?

— Мы говорим о животных, которые могут сжиматься до размеров капсулы величиной с теннисный мяч. Думаю, мы можем допустить, что призрака можно обнять, — сказала я с усмешкой.

Уильям кивнул.

— Очень верно. Как они уменьшаются?

— Не знаю. Я никогда не задумывалась о научной стороне вопроса. Если начать разбираться в этом, то придется задаваться вопросом, как большой желтый мышонок может выпускать электричество из своих щек. Это скользкий путь к разрушению всей магии. Давай не будем это обсуждать.

— Некоторые вещи лучше оставить невыясненными, — согласился он. — Хотя мы с тобой явно разойдемся во мнениях насчет Генгара и Алаказама.

— Пожалуй. Хотя если бы ты привел своего Алаказама на бой против моего Генгара, я бы легко победила тебя.

— И как же?

— Психические типы слабы против призраков. Очевидно.

— Я думал, наоборот.

Я покачала головой.

— Ты явно не видел, как Дерека Акору рвали на части призраки в шоу «Самые ужасные места».

Уильям нахмурился.

— Разве не выяснилось, что это шоу было постановочным?

— Не знаю. Оно не столько пугает, сколько забавляет. Я смотрю его ради истории.

Он засмеялся и обнял меня, быстро притянув к себе.

— Конечно, ради истории. А какая отговорка для просмотра «Покемона»? Культурный аспект?

— Нет. Желание иметь электрическую мышь или маленького оранжевого