— Господин, это Шаповаловы. Я узнал их командира, вон там валяется. Но… я не понимаю. Как ваш сын выжил? Охрана мертва или тяжело ранена. А эти ублюдки… их просто разорвали на части. Кто их так отделал? Это явно не работа из обычного оружия.

Отец повернулся к сыну.

— Никита… Что здесь произошло? Кто тебя спас?

— Пап… я же тебе говорил! Я вчера оформил подписку! Это был «Филин»! Два дрона! Они просто прилетели и… и размазали их! Как в тех видео, что я тебе показывал! Они настоящие, пап!

Пётр Туровецкий молчал. Он смотрел на трупы наёмников Шаповаловых, которые собирались уничтожить его семью. Он смотрел на своего живого и невредимого сына. И он впервые за всё это время по-настоящему осознал масштаб того, что создал один молодой парнишка на Дальнем Востоке.

— Знаешь, сынок… — тихо произнёс следователь Тайной Канцелярии. — Пожалуй, я сегодня ему позвоню. Мне нужно поговорить с этим… Феликсом Бездушным. Очень серьёзно поговорить.

Никита аж подпрыгнул, схватив отца за рукав.

— Пап! А ты возьмёшь у него автограф⁈ Скажи ему, что я его самый преданный клиент! Я всё, что хочешь сделаю, буду учиться день и ночь, только автограф возьми! Ну пожалуйста-а-а!

Глава 19

Петербург, Российская Империя

Деловой центр «Северо-Запад»

День у графа Петра Алексеевича Срезневского выдался тяжёлым, но продуктивным. Очередной раунд переговоров с представителями логистического картеля закончился ровно так, как граф и хотел. Они юлили, ссылались на «форс-мажорные обстоятельства», в итоге прогнулись. А куда им было деваться?

— Всё отлично, — пробормотал Срезневский и приложился к бокальчику Одесского чёрного. — Замечательно.

В последнее время вести дела в Империи стало тяжелее. Тот проклятый слив архивов Тайной Канцелярии всыпал каждому без разбору: кто спасал деньги, кто перепрятывал схемы, кто рвал концы. Иностранные партнёры, годами закрывавшие глаза на мелкие нарушения в обмен на жирные контракты, вдруг стали святее Папы Римского. Посыпались ультиматумы и идиотские расторжения договоров. Приходилось выкручиваться и искать обходные пути.

Но справляться было не впервой. Его бизнес — предоставление «услуг безопасности» в столице — был слишком нужным, чтобы рухнуть из-за внешнеполитических передряг. Люди всегда хотят чувствовать себя защищёнными, особенно когда вокруг творится чёрт-те что. А если они этого не чувствуют, им стоит помочь это осознать.

О вечернем приёме у княгини Сибильской граф думал без всякого удовольствия. Сплетни, кислые шампанские, поздравления с очередной чужой годовщиной. Он бы променял это сомнительное удовольствие на вечер с друзьями или даже за работой в кабинете, но жена уже третью неделю проедала ему плешь по поводу этого раута. Ей нужно было выгулять новое колье и «навести мосты» с нужными дамами. Придётся идти и снова торговать лицом.

Он уже потянулся к телефону распорядиться насчёт машины, как в кабинет ворвался барон Гольц — поджарый, вечно взвинченный человек с бегающим взглядом, — и сейчас этот взгляд бегал заметно быстрее обычного.

— Петя! — заорал барон с порога и потряс телефоном. — Ты видел⁈ Ты уже видел, что происходит⁈

Срезневский поморщился. Друга он уважал, но не любил эту его манеру дёргаться по любому пустяку.

— Успокойся, Аркаша. Сядь, выпей со мной винца. Чего ты опять такой нервный? Опять таможня груз тормознула? Я же сказал, что решу этот вопрос завтра утром. В Питере сейчас каждый день происходит что-нибудь интересное, не стоит так переживать.

— Да при чём тут таможня! — Гольц плюхнулся на стул и отмахнулся от предложенного бокала. — Я про наши общие дела! Про наш сектор! В столицу зашёл этот… этот… Бездушный! Со своим «Филином»!

Срезневский поставил бокал. Фамилия где-то попадалась — в сводках, в чьём-то разговоре, — но без деталей, которые стоило бы запомнить. Граф держался бумажных документов и личных встреч. Всё, что происходило в интернете, его не касалось.

— Бездушный? — переспросил он. — Припоминаю… Это тот самый ботаник, чей род вырезали где-то в Сибири? Или на Дальнем Востоке? Что-то мелькало в сводках… А, ну да! Тот мелкий выскочка из Приморья, который там сейчас с орками воюет и за это княжеский титул получил. И что с того? Какое нам дело до провинциального князька?

— Какое дело⁈ Петя, ты вообще от реальности оторвался! Он в Петербурге! Он здесь! И он забирает наших клиентов!

Охрана значительной части столицы — самые «вкусные» торговые и промышленные кварталы — была поделена между четырьмя влиятельными родами. Срезневский с Гольцем контролировали солидный кусок этого пирога. Они никого не пускали на свою территорию, проворачивали свои схемы, и бизнес приносил хорошие деньги.

Если какой-нибудь упрямый купец или владелец ресторана не хотел покупать их «охранный сертификат», утверждая, что у него и так всё спокойно, в дело вступал мелкий криминал, который у партнёров висел на коротком поводке. Вдруг, совершенно случайно, упрямцу били витрины, кто-то поджигал склад, ломал руки-ноги прислуге или товар бесследно исчезал по пути в магазин. Полиция составляла протоколы и разъезжалась, а перепуганный бизнесмен сам прибегал к Срезневскому и был готов платить любые деньги за безопасность.

И это была идеальная агентурная сеть. Их охранники стояли повсюду и видели, кто с кем встречается и кто что привозит. Вся информация стекалась к Срезневскому и шла в дальнейшее обогащение и шантаж.

— В смысле забирает клиентов? — спросил граф. — Как какой-то провинциал может зайти на нашу территорию? Выдавим его, делов-то. Подошлём ребят, объясним. Не думаю, что у него сейчас есть время и ресурсы бодаться с нами здесь, когда у него там, в Приморье, задница полыхает.

— Да хрен ты его выдавишь! Ты не понимаешь! Посмотри! — Гольц подсунул Срезневскому телефон.

На экране проигрывалось видео. Над улицей летел странный дрон, выкрашенный в сине-белые цвета. Из подворотни выскочили трое парней с битами и побежали к ювелирному магазину. Дрон резко ускорился, из его корпуса вылетели три маленьких дротика. Трое нападавших упали на асфальт и задёргались в конвульсиях, не успев даже добежать до витрины.

— Это что за игрушки?

— Это «Филин»! — пояснил Гольц. — И это только начало! Они работают уже пять дней на нашей территории! Смотри сюда! — он смахнул видео и открыл страницу какой-то социальной сети. — Вот, читай! Это владелец сети пекарен на Вознесенском, который нам платить отказывался!

Срезневский пробежал глазами по тексту:

«Господа, это просто чудо! Я вошёл в сотню счастливчиков, кому удалось оформить подписку на