пыталась соорудить живую пирамиду — добраться до гладкого бетона. Пирамида закономерно рухнула и погребла под собой матерщинников.

Внезапно картинка озарилась яркими вспышками. Несколько Одарённых, видимо, потеряв терпение, начали бить по бетонной опоре своими техниками: огненные шары и ледяные копья полетели в стену.

— Ну вот, видите, — улыбнулся я. — Самые Одарённые сейчас лупят по этой башне техниками. Прикиньте? Этому бетону ядерный взрыв нипочём, а они его сосульками ковыряют. А вы говорите — у вас работа… Так что если я могу найти время сидеть здесь, пить шампанское и отдыхать, пока мою базу штурмуют, то вы уж тем более можете позволить себе расслабиться.

Сёстры сняли очки, переглянулись и рассмеялись.

— Пойдём мы, наверное, — сказала Эльвира. — Там к фуршетному столу новую партию тарталеток вынесли, надо успеть, пока дармоеды всё не смели.

— Идите-идите, — кивнул я.

Я проводил их взглядом и мысленно связался с дроном.

«Сириус, направь в столицу ещё больше наших дронов. Охранных, курьерских, медицинских… Поднимай резервы из Куба. Раз они так сильно хотят нас не допустить в их уютный бизнес, то давай начнём их бесить по-настоящему. Пусть небо над Петербургом гудит от „Филинов“».

«Принято, Повелитель. Формирую полётные задания для двух сотен новых юнитов. Отправка через десять минут».

«И передай Фурии, чтобы подошла ко мне».

Я с интересом наблюдал за реакцией зала на моих дронов, которые сегодня выполняли роль обслуживающего персонала. Башатов как организатор с радостью принял мою идею заменить живых лакеев механическими.

Реакция была забавной. Пожилые аристократки шарахались от летающих подносов с шампанским, крестились и обмахивались веерами. Солидные мужи смотрели на них с подозрением, старались не делать резких движений. Молодёжь была в восторге.

Один паренёк лет шестнадцати воровато огляделся и протянул руку — потрогал пролетавшего мимо дрона с канапешками. Дрон, запрограммированный на максимальную вежливость, сделал вид, что ничего не заметил.

— Неплохой вечер, правда?

Я обернулся. Рядом стояла Ольга-Фурия. Признаться, на пару секунд я даже дар речи потерял. Привык видеть её в мешковатых толстовках, с растрёпанными волосами и красными от недосыпа глазами. А сейчас передо мной стояла другая девушка.

Тёмно-синее вечернее платье хорошо на ней сидело и открывало линию плеч. Волосы были уложены в сложную причёску, лёгкий макияж добавлял лицу резкости. На шее поблёскивало изящное колье.

— Оля… — я даже растерялся. — Выглядишь сногсшибательно! Слов нет.

— Спасибо, Феликс, — она улыбнулась, и было заметно, что ей неловко. — Но, честно говоря, мне жутко непривычно. Я обычно живу в тени, за монитором. А тут столько людей, и все смотрят…

— Ну, время тени закончилось, так что можешь не париться. Теперь я здесь власть!

— Знаешь, Феликс… По моим ощущениям, ты не только теперь, но уже давно здесь власть.

— Не-не-не, ты не путай, — я покачал пальцем. — Я совершенно не лез ни в какие управленческие дела, пока не было официальных назначений. Всё было неофициально. Исключительно частный бизнес и благотворительность. Каждый должен заниматься своей работой.

Она хмыкнула, но спорить не стала.

— Сириус передал, что ты звал меня?

— Ага, у меня для тебя задание. Разработай максимально жёсткую маркетинговую и рекламную кампанию. Такую, чтобы вся столица гудела, и чтобы «Филин» был на слуху у каждого жителя Петербурга. Возьми те ролики, которые у нас заготовлены: на что способны наши дроны, их эффективность… И покажи реальные случаи спасения. Дай им статистику: сколько в Приморье один дрон за месяц спас жизней, сколько предотвратил угонов… В общем, сделай красиво.

— Хорошо, — кивнула она.

— И ещё, самое главное. Нужно сделать так, чтобы в каждом видео, в каждом посте звучал чёткий посыл: мы лучше всех тех охранных контор, что были там до нас. Они просто неудачники, бандиты в погонах и рэкетиры. А за нами будущее. Слоган должен быть примерно таким: «Работайте с лучшими, и ваша жизнь станет немного легче и гораздо безопаснее».

— Феликс… — Оля нахмурилась. — Ты опять лезешь на рожон? Столица — это не Приморье, там аристократы влиятельные, у них куча родственных связей в правительстве, свои ЧВК, прикормленные министры… Не думаю, что на данный момент это может тебе как-то глобально угрожать, но зачем столько плодить врагов? Зачем их провоцировать?

— Знаешь, Оля, я не люблю дебилов. Одно дело, что они пытаются мешать моим охранным дронам… Это бизнес, конкуренция, я понимаю. Но там же летают и медицинские дроны! Только за первые сутки работы в Питере было больше семидесяти реагирований на инфаркты и инсульты! А эти придурки пытаются их сбивать, потому что они, видите ли, «чужие». И там, где они сейчас пытаются решить проблему силой, штурмуя мою базу, скоро придёт понимание, что у них ничего не получается и вряд ли получится. Разве что они вскроют какие-то секретные ракетные склады Империи и начнут лупить по этой вышке каждые десять секунд, чтобы дронам было тяжелее туда вылетать и залетать… Но на их счастье, у них этого не получится.

— Почему на их счастье, а не на наше? — не поняла Ольга.

— Ну так тогда бы мне пришлось их прикончить, всех до единого. А так я просто сотру их репутацию и бизнес в пыль. Пойми, Оля, там, где они поймут, что не могут сделать всё силой, они начнут играть грязно. Уверен, они будут находить подставных людей, которые будут на камеру плакать и рассказывать, как на них дрон «Филина» напал, или как на их глазах машину спалили, а наши дроны просто мимо пролетели, или как магазин грабили, а мы не помогли… Они попытаются выставить нас угрозой обществу. Поэтому мы опередим их. Развяжем эту информационную войну первыми и на своих условиях.

Уладив вопросы, я пошёл вглубь гостевой зоны. На просторной веранде, подальше от шумной суеты банкета, стоял Станислав Башатов. Он заметил меня и тут же выпрямился.

— Моё почтение, Ваше сиятельство…

— Станислав, — я поднял руку. — Только давай без этого официоза. Просто Феликс. Мы же, в конце концов, не чужие люди, вместе уже через столько прошли. К чему эти расшаркивания?

Башатов улыбнулся.

— Привычка, Феликс. У нас в обществе смена титулов обычно тянет за собой смену всей парадигмы отношений. Но я рад, что мы можем общаться как раньше.

— Отлично. Тем более, что у меня к тебе есть предложение. Очень выгодное, смею заметить. Предлагаю тебе стать главным строителем Приморья. Возглавить одну большую